Чтение онлайн

— Дура… чего ревешь? Я победил.

Он стоял надо мной, посылая в пространство волны злости. Стесанная о кулак или о дверцу машины скула, глаза все еще горят пьяной яростью схватки. Я видела, как не терпится ему излить свой неутоленный гнев на меня. К сожалению, я не могла ему в том помешать.

— Знаешь, а ведь так всегда бывает с непослушными девочками. Всегда. Но ты, конечно, этого не знала…

Я продолжала тянуть носом. Простое действие, остановить слезы я была не в состоянии, а он будто не понимал.

— Не смей реветь, иначе оставлю тебя здесь! Не смей, я сказал… или…

Я подняла голову.

— Ну, что? Что ты сделаешь? Что? Опять унизишь? Может, ударишь? Расскажешь родителям? Что?? Что будет на этот раз?..

— Что бы я ни сделал, тебе не понравится, верно? Так какая тебе разница, что именно будет? Теперь вставай.

Но я продолжала сидеть, с трудом контролируя громкие частые всхлипы. Тогда он сам присел на корточки передо мной, я не успела отстраниться, — взял за подбородок, вздернул, заставляя задрать голову.

— Дай посмотрю. Не бойся, я только взгляну… Хватит дергаться… бесишь, — осторожно обхватил мое лицо, разглядывая ссадину, — выглядит скверно. Причем довольно скверно. Болит сильно? Нет? Что-то я сомневаюсь… Точно нет? Хорошо. Потому что сейчас я сам тебя прибью, — он, наконец, отпустил меня, но продолжал сидеть, сжимая кулаки, пристально и будто огорченно глядя, — и где только ты набралась такой борзоты, куколка? Хотел бы я знать, кто на тебя так плохо влияет…

— Ты! — буркнула, отстраняясь, слишком угнетало его присутствие, — у тебя вот и набралась!

Он не двигался и молчал, сводя меня с ума этим своим необъяснимым молчанием, потом вдруг уронил лицо в ладони и шумно выдохнул. Разбитые руки его скользнули вверх, прошлись по волосам, пару раз, туда-обратно, вконец испортив прическу. А потом Макс выпрямился, мгновенно вырастая до великана, снова напугав меня. Оттуда, сверху, жалея, протянул ладонь.

— Поднимайся, пока не примерзла окончательно. Пожалуй, на сегодня с тебя хватит. Самое время отсюда свалить.

Я запнулась, впервые услышав какие-никакие человеческие интонации в голосе, но все же сердито пробурчала:

— Вот сам… и вали. Я без тебя доберусь, сейчас найду девчонок и…

Он нетерпеливо пошевелил пальцами.

— Руку дай. Какие еще девчонки? Не гони… Ника, слышишь меня? Ну, куда я без тебя уеду? Давай руку, вставай…

Я изумленно на него таращилась, а он ничего не замечал… даже когда помог подняться, когда, забрав одежду в гардеробе, добрались до его машины, когда завел двигатель, и я отогрелась, когда мы вдвоем с ним летели сквозь слепящие огни ночной автострады. От сумасшедшей скорости, что задал Макс, захватывало дух и обрывалось что-то внизу живота, а может, дело было вовсе не в скорости. Кажется, готова пойти за ним хоть на край света… совершить вдвое, нет, втрое безумнее поступок, чем тот, что недавно привел к драке… лишь бы снова услышать, как он произносит мое имя…

Я чего-то ждала от него, но за всю дорогу Макс ни разу не взглянул на меня, не сказал ни слова. Притормозил у самой подъездной дорожки, но к гаражу почему-то не свернул.

— Чего сидишь? Дуй домой. И быстро.

Я уже взялась за ручку.

— А ты?

Он почесал бровь, явно думая о чем-то своем, но покладисто пояснил.

— Подожду, когда зайдешь и уеду.

— Куда? — слова вырвались прежде, чем я прикусила язык.

Он повернулся, чтобы посмотреть мне в глаза. В салоне царила полутьма, глухая зона между фонарями, выражения лица разглядеть не удалось, но этот голос был мне хорошо знаком.

— По тонкому льду ходишь, куколка. Лимит почти исчерпан. Это была разовая акция, эксклюзив, понимаешь? И она только что закончилась. А теперь свалила нахрен из моей машины… или мне тебя за шкирку отсюда выкидывать?!

Старый добрый Макс вернулся, и мне сразу захотелось его ударить, но вместо этого я оглушительно хлопнула дверью его драгоценного автомобиля. Уходя, еще успела услышать, как возмущенно, громко он выругался. А потом внедорожник сорвался с места, оставив меня одну посреди тротуара.

Макс вернулся домой лишь глубокой ночью, когда все давно уже спали. Наверное, не хотел светить свежими ссадинами перед родителями, а может, у него были другие неотложные дела. Самой заснуть мне так и не удалось, я даже глаз ни на секунду не сомкнула, раз за разом прогоняя по кругу все известные события. Потом — во всех унизительных подробностях — заново. Так что к моменту, когда услышала возле дома знакомый гул машины, уже вся извелась. Значит, Макс вернулся трезвым, раз позволил себе сесть за руль. Это хорошо.

Конечно, чувствовала за собой вину. Не могла не чувствовать. Макс чисто по-человечески помог мне, а я… я его даже толком не поблагодарила, наоборот, мелко напакостила напоследок. Выходит, я думала о нем хуже, чем он того заслуживал, а о себе — лучше. Но себя-то я знаю. И завтра будет только поганее. Вина перед ним будет грызть меня с упрямым хрустом, как заяц кочан капусты.

Макс почти не шумел, но я догадалась, что он направился прямиком в душ. Ко времени, когда он оттуда вышел, я уже успела казнить себя всеми известными мне способами, безостановочно ворочаясь в кровати, как в гробу. Очередной поворот — и на ум вдруг пришло гениальное решение — зачем мучиться до утра? Сколько сейчас? Я торопливо привстала, засветив экран смартфона на тумбочке. Полтретьего… ну, не так уж и поздно, в принципе…

Помаявшись еще немного, изведя себя окончательно, но понимая, что моя вина сама по себе не рассосется, спрыгнула с кровати, зажгла ночник. Придирчиво оглядев себя в зеркало и не найдя огрехов, решительно запахнула халат, затянула потуже атласный поясок. Ну, что может случиться? Макс не спит, я тоже. Только загляну краешком глаза в его берлогу, быстро извинюсь, и сразу вернусь назад, к себе в комнату, с очищенной до райского блеска совестью. Сладко спать. И, наконец, вычеркну из памяти тот позорный случай. Риск, все же, дело благородное… да и удача любит храбрецов…

Я не ошиблась, Макс еще не ложился. Я сразу напоролась взглядом на него, лениво кружащего по комнате, разговаривающего по телефону. Он удивленно обернулся на звук открывшейся двери, но все мысли с извинениями из головы у меня вышибло не поэтому.

— Да, дома… да, нормально добрался… что такое? Уже успела соскучиться? Нет, завтра не приеду. Нет… и нет. Опять мимо. Увидимся, говорю, в конце недели. Ну, что еще? Что еще, спрашиваю… я же полчаса назад уехал… тебе не спится? Ах, я должен переключиться на видеозвонок, чтобы ты убедилась, что я действительно дома… один? А что еще ты хочешь, сладкая? Моего гребаного слова, значит, тебе уже недостаточно?