Чтение онлайн

– Это что за новости? Что ты устроила? – говорит мама строго. – Быстро собирайся и поезжай домой. Нас сегодня выписывают. Помоги папе всё подготовить.

Прикрываю глаза. Всё. Вспомнила. Лучше бы у меня память отказала. Папа отнёсся ко мне несправедливо, и мне пришлось убежать из дома.

– Нет, мам, – уверенно произношу.

– Что? – мама начинает часто дышать. – Что значит нет?

– Я останусь здесь. С Мироном.

– Быстро домой, – мама действует по обычной схеме, когда не получается попросить, пытается взять строгостью. Это у неё от отца генерала, моего дедушки Юры.

Только вот мне уже не пять лет и данный метод на меня не действует.

– Ты огорчила отца, Мия. Огорчаешь меня. Что с тобой происходит?

От возмущения скидываю с себя одеяло, усаживаюсь на кровати и обнимаю собственные коленки, упираясь в них подбородком.

– А с ним что происходит? – с досадой проговариваю. – Ты знаешь, как вообще всё было и какие вещи папа мне говорил? А как со мной разговаривал, – едва сдерживаю слёзы. – Разве я заслужила?

Мама замолкает. Скорее всего, обдумывает как именно выгородить папу. Она всегда такая. Ни за что не признаёт в открытую, что он не прав.

Да я и сама ещё неделю назад даже не подозревала, что папа может быть в чём-то не прав.

Он для меня эталоном. Кумиром. Точно не простым человеком, папа был для меня всем. Очень горько от мысли, что так больше никогда не будет.

Может, все так взрослеют?.. И это нормально. Не знаю.

– Папа не желает тебе зла, Мия, – немного смягчается мама.

– Он заставляет меня пересдавать анализы, мам. Он даже не спросил меня, как… вообще могло так получиться. Обвинил меня в том, что я принимаю наркотики, представляешь? – жалуюсь. – И ты на самом деле считаешь, что он прав?..

– Ох, Крошик…

Мама вздыхает и тут же отвлекается на детский плач, больше похожий на кряхтение. Буду врать, если скажу, что в этот момент не испытываю острый укол ревности.

Боже, какая ты эгоистка, Мийка! Просто невыносимая. И как Громов тебя вытерпит?..

– Мам, – повторяю. – Ты считаешь, папа прав?

– Я считаю, что тебе надо быстро вернуться домой, – произносит мама нервно. – У меня сейчас другие заботы, пожалей меня, пожалуйста, и сделай так, как отец говорит.

– Ясно, – с обидой выплёвываю. – Пока, мам.

– Мия…

Быстро отбиваю звонок и по привычке, забыв, что это телефон Громова, проверяю мессенджеры. Несколько сообщений от Лады. Призываю всех Богов, чтобы пройти мимо и не читать их. Также нахожу небольшую СМС от Демидова.

«Привет. Громов, срочно нужно поговорить. Свяжись со мной, как сможешь».

Быстро отключаю мобильный, так никому и не ответив и отбрасываю его в кресло. Мирон сказал ни с кем не разговаривать, и я слушаюсь.

Обещала ведь, что уж теперь.

Принимаю душ, переодеваюсь в обычную чёрную футболку своего любимого парня и обхожу каждый квадратный метр его берлоги. При свете дня здесь кажется просторнее и нравится мне ещё больше. Холодильник на кухне оказывается пустым, а мой живот предательски урчит.

Только я собираюсь проверить содержимое шкафов на скелеты, как слышится звук открываемого дверного замка. Вылетаю в коридор и открыто улыбнувшись, запрыгиваю на руки к Громову.

– Ждала? – спрашивает он, жадно целуя.

В нос проникает запах его туалетной воды и морозного воздуха. Уф-ф.

– Ждала, – отвечаю на ласку, поплотнее обнимая его задницу ногами.

– Голодная? – спрашивает Мир интимно.

– О-очень, – развязно тяну.

– Я принёс нам завтрак. Беги расставляй, я пока руки помою.

Достаю приборы из ящика и извлекаю контейнеры с панкейками и сырниками из ресторана, который находится рядом с нашим коттеджным посёлком. Кухня наполняется манящими ароматами.

Потом отворачиваюсь к окну и вспоминаю разговор с мамой. Вдруг становится грустно. Сзади слышатся шаги и я радуюсь тому, что у меня есть он.

– Ты был у нас дома? – спрашиваю не поворачиваясь. – Как там?

– Был. Нормально всё. Руслан ждёт, когда ты вернёшься.

Сжимаю зубы от злости.

– Домой я больше не вернусь, Мир. Никогда.

Вид из окна здесь, конечно, бомбический. Вся эта игрушечная квартира в новом жилом комплексе, словно удачно севший по фигуре наряд – моя до последнего миллиметра. Я так чувствую.

Каждый уголок здесь нравится. Каждая розетка.

Или это всё потому, что он рядом... Мы только вдвоём!

И всё случилось…

Предвкушение, что так будет всегда заставляет внутренности мурлыкать. А страх неудачи – тревожит и страшит.

Полнейший раздрай. Безмятежно спящие гормоны проснулись этой ночью и теперь не дают покоя.

Мирон подступает неслышно и обнимает сзади. Кошу взгляд, чтобы рассмотреть длинные чёрные ресницы.

– Так нельзя, – вздыхает он тягостно. – Руслан с Элиной как лучше хотели.

– Мне не зашло их «как лучше», – морщу носик.

Со звоном чмокаю холодную с улицы, колючую щёку, прижимаюсь к ней лбом успокаиваясь. Или, наоборот, приходя в смятение.

– И в универ я больше ни ногой, – задиристо проговариваю.
– Ясно тебе?

Громов неодобрительно качает головой.

– Вот что с тобой делать, а, вредная Карамелина?

Тихо смеюсь.

– Ты ведь говорил, что на противоположной стороне стыда всегда свобода. Так вот, Мир. Мне больше не стыдно… Ни за что. Всё, что случилось к лучшему.

Поворачиваюсь и обвиваю торс, сцепляя руки в замок на пояснице. Наблюдаю, как заботливо он на меня смотрит.

Мой.

Счастье кружит голову так, что от эмоций не выдерживаю взгляда.

– Чувствую себя свободной, – тихо шепчу.

– Свободной, – ворчит Мирон мне в макушку. – Ну а паспорт-то у тебя с собой?..

– Зачем? – удивлённо спрашиваю.

– Потому что мы с тобой женимся, – заявляет он.

Глава 39. Мия расширяет кругозор.

– Всё ещё дуешься? – ласково спрашивает Мия, обнимая сзади.

В спальне полумрак, если не считать тонкую полоску света, проникающую сюда из гостиной. Внутри всё дребезжит и громыхает, когда чувствую на спине её губы и горячее дыхание.