Чтение онлайн

Под патронатом этого фонда были десятки детских домов, и раз в полгода туда направлялись врач для осмотра детей и представитель фонда для составления перечня необходимого детдому. Не сложно догадаться, что в очередной тур по детдомам были направлены Лина и Леший, причем Лина так и не призналась, случайно они оказались в паре или нет. Первый же детдом был в плачевном состоянии. Визит оказался крайне тяжелым во всех отношениях. По пути к следующему пункту их командировки Леший остановил машину у какого-то кафе

– Предлагаю выпить

– Ты же за рулем,- устало потирая виски, которые нещадно ломило весь день, проговорила Лина

– Там есть гостиница,- кивнул он на соседнее здание

– Тогда ты паркуйся, а я пойду и сниму нам номера,- выдохнула Лина.

Как они пили и о чем они говорили, я не знаю. Лина рассказала мне лишь о происшествии в лифте. Ей было плохо во всех отношениях, и она еле сдерживалась от падения в обморок, когда он спросил

– Почему ты тогда ушла?

Не то чтобы Лина не ожидала этого вопроса, она знала, что однажды придется на него отвечать. И даже придумала такой гордый и красивый ответ, говорящий о ее самостоятельности и независимости, но сказала она другое

– А ты как думаешь?
– глаза нещадно слезились, голова болела и кружилась одновременно, поэтому она скорее догадалась, чем увидела его легкое пожатие плечами

– Тяжелый период

Тут Лина не сдержалась и громко фыркнула

– Тяжелый?
– и ее понесло еще дальше от запланированного ответа,- Моя карьера была разрушена, моя жизнь, моя репутация, меня саму сломали!

Под конец ее нервной тирады лифт остановился, и в него начали входить люди. Было шумно, голова раскалывалась, но Лина услышала тихий вопрос

– И все из-за меня?

– Да,- сказала Лина. Но не поняла, услышал ли он ее ответ. Да и вообще она не была уверенна, что тот вопрос вообще задал он! Так что как только лифт остановился на ее этаже, она молча вышла в коридор.

Утром Лине было плохо. Настолько плохо, что Леший вместо приветствия спросил

– С тобой все нормально?

– Обычное похмелье,- попыталась отмахнуться Лина, хотя чувствовала, что это не так

Леший сделал шаг к ней и дотронулся до ее лба, затем сжал запястье и посчитал пульс

– Это не похмелье. Иди в номер

– А как же...
– начала было возмущаться Лина, с трудом фокусируя мысли

– Я сам съезжу, а тебя на обратном пути заберу

– Да я не...
– начала было возмущаться Лина, но коридор начал кружиться и она послушно вернулась в номер.

Леший сдержал слово и вернулся за ней через пару дней. К этому времени Лина уже оправилась после непонятной болезни и в следующий пункт командировки они отправились вместе. На этот раз на поезде.

У Лины очень чуткий сон, поэтому проснувшись среди ночи, она долго не могла понять, что за звуки ее разбудили, а поняв, быстро присела на соседнюю койку и попыталась разбудить своего попутчика. Помог только резко включенный свет. Леший широко открыл глаза и невидящим взглядом уставился в потолок. Лина осторожно погладила ее лоб и волосы на виске. Он моргнул, и в глаза вернулась осознанность

– Что спровоцировало кошмар?
– тихо спросила Лина, не в силах оторваться от его волос. Леший потер глаза

– Не важно,- ответил он, резко встал с койки и вышел из купе.

После этого случая он был мрачнее тучи. Они-то в принципе и так особо не разговаривали и держались на расстоянии как физически, так и психически, а тут вообще у Лины сложилось впечатление, что у нее вместо попутчика большой чемодан, который сам передвигается и иногда издает какие-то звуки.

Один из детдомов в их маршруте был на карантине. Ветряная оспа. Их это, естественно, не остановило. Благо, Лина в детстве переболела этой заразой, так что теперь спокойно помогала ухаживать за больными детьми, читала им сказки и кормила с ложечки самых маленьких.

Где-то на второй день Лина заметила нездоровый вид своего попутчика. Серое лицо и огромные синяки под глазами

– Ты как?
– поймав его за руку, спросила она.
– Ты же болел ветрянкой в детстве?

– Понятия не имею,- устало выдохнул он

– Как это? Родители не говорили?
– спросила Лина, покрепче перехватывая его руку, так как он порывался уйти

– У меня нет родителей. Я местный, можно сказать,- грустно улыбнулся он

– Я не знала,- констатировала Лина

– А что ты вообще обо мне знаешь?

– Ну, кое-что знаю,- лукаво улыбнулась Лина, Леший невольно усмехнулся

– Ну, а если серьезно, ты не заразился часом? Для взрослых это опасно,- с тревогой спросила Лина

– Я же врач, забыла? Я знаю. И нет, я не заразился, а просто устал

– Тогда иди и отдыхай, а завтра утром уезжаем. Мы и так тут задержались

– Но еще не все выздоровели

– У них здесь есть свой врач! Предписания ты дал. Все, завтра уезжаем! И это не обсуждается. Еще не хватало, чтобы ты заразился! Ясно?

– Хорошо,- с улыбкой сдался Леший и Лина, наконец, отпустила его руку. Довольно кивнув, она развернулась и направилась к директору сообщить об их отъезде.

Первую ночь в поезде он спал как убитый. Реально вымотался, бедняга. А вот на следующую кошмар опять повторился

– И зачем ты согласился на эту командировку?
– тщательно пряча жалость и сочувствие, спросила Лина, когда осознание вернулось в его широко раскрытые глаза. На этот раз кошмар явно был сильнее, свет не помог, и Лине пришлось (по ее словам) обнять ладонями его лицо и хорошо так встряхнуть. Пока он приходил в себя, она осторожно поглаживала его скулы

– Что ты делаешь?
– холодно спросил он, и Лина одернула руки

– Прости,- проговорила она и вернулась на свою койку.

Лина уже засыпала, да и колеса поезда громко стучали, так что ручаться за верность услышанного она не могла, но почему-то все равно мне рассказала

– Я сам напросился на этот проект, когда узнал от Геннадича, что ты теперь работаешь в нашем фонде. И как после этого я мог отказаться от командировки, в которую ты так боялась ехать одна?

Утром он опять превратился в чемодан. И был им последующие два дня, а потом у Лины закончилось терпение.