Чтение онлайн

О, мои дни, мое сердце неудержимо бьется от ее близости, ее голос так близко опьяняет. Она нежно кладет руку мне на бедро. На мне шорты, поэтому соприкосновение кожи с кожей обжигает меня.

— Мне нравится — без обязательств, Оскар, и когда придет время, я уверена, ты будешь рядом, но на будущее не болтай языком. Я не твоя детка. Ты горяч, как грех, но как только ты открываешь рот, все превращается в дерьмо, — говорит она с усмешкой.

С этими словами она встает и берет свои сумки, пока ее подруга оплачивает счет. Я так увлекся Луной, что даже не заметил, как она встала из-за стола, а потом они неторопливо удалились, как будто и не оставляли меня сидеть здесь.

Меня.

Оскара О'Шейна.

"Туза", какого хрена?

Я стремительно возвращаюсь в "Блок-Тузов", срезая путь через деревья вместо тропинки, чтобы убедиться, что я снова не столкнусь с ней, пока чувствую это замешательство. Она уже заставила меня вести себя как похотливую девственницу, а я король секса.

Я направляюсь прямиком в спортзал, молясь, чтобы мои парни были там, мне нужно выпустить пар. Черт возьми, у меня из-за всего этого вырастит вагина.

Хлопнув дверью в спортзал, Роман и Паркер сразу же поднимают глаза.

— Черт возьми, Оскар, — ворчит Роман.

Я начинаю расхаживать перед гирями, на которых они тренируются, не в силах ни устоять на месте, ни присесть.

— Ты в порядке, Оскар? — спрашивает Паркер, всегда заботливый.

Если бы здесь был только Роман, он бы оставил меня гноиться.

— Я не знаю Паркер, я так не думаю, — отвечаю я, но не замедляю шаг.

— Во мне что-то изменилось? Я чувствую себя так же, но я чего-то не понимаю? Проверь меня, Паркер.

Он странно смотрит на меня, затем переводит взгляд на Романа, который тоже смотрит на меня в замешательстве.

— Что, черт возьми, не так, Оскар? У меня нет на это времени, — вздыхает Ром, вытирая лицо полотенцем.

Почему сегодня все вздыхают в мою сторону?

— Кажется, мне только что отказали, чувак, — бормочу я.

— О чем, черт возьми, ты говоришь? — Ром стонет.

— Я говорю о том факте, что я просто подошел к девушке, применил свое обаяние, одарил ее своей улыбкой и мурлыканьем на всю мощь, и… ну, ничего, совсем ничего. Мой член плачет, ребята, он действительно хотел этого, — не могу не скулить.

Они молчат, уставившись на меня, как будто у меня выросла еще одна голова или что-то в этом роде. Затем Роман разражается смехом, похожим на смех сытого живота, и он упирается руками в бедра, чтобы сдержаться. Ублюдок, какого хрена он смеется? Это серьезно. Я смотрю на Паркера в поисках помощи, а он кусает нижнюю губу, пытаясь сдержаться, чтобы не закатить истерику вместе с Ромом.

— Это не смешно, ребята, я серьезно. Каждый раз это срабатывает как заклинание, а она отмахивалась от меня, как от ничтожества. Ну, она признала, что я в ее вкусе, но потом сказала мне держать рот на замке, потому что это разрушает то, что у меня есть. Я теряюсь, ребята, что не так с моим ртом? Я искренне в растерянности, парни.

От этого Ром смеется еще громче, и Паркер, блядь, присоединяется к нему.

Мои руки прижаты к бокам, когда я смотрю на них сверху вниз, любой другой в этой школе обосрался бы при виде этого, но этим придуркам требуется целая вечность, чтобы успокоиться.

— Вы закончили? — оычу я.

— Да, успокой свое дерьмо, Оскар. Так тебе отказали? Это случается, ну, не со мной, но я слышал, что это случается, преодолей это. Иди и используй свой… мурлыкай кому-нибудь другому, — посмеивается он.

— Идите вы нахуй, ребята, я бы не злился, если бы это было так просто. Я просто знаю, что у нее будет самая сладкая киска, чувак. Я имею в виду, что она едва положила руку мне на бедро, я бы добавил, рядом с гребаным коленом, и я мог бы прямо тогда кончить в штаны, — заявляю я.

Это чистейшая божья правда, и я этого не стыжусь.

— Чувак, успокойся, иди пробежись по кругу, прими холодный душ или позаботься о себе. Мне все равно, но прекрати вести себя как сучка. — он ухмыляется и садится на скамью для тяги, похоже, со мной покончено.

— Пошел ты, Ром, я дрочу на нее уже несколько дней, и этого недостаточно. Паркер, помоги парню, мне нужен совет, — умоляю я, поворачиваясь, чтобы сосредоточиться на нем, надеясь, что он будет нежнее со мной, но Паркер выглядит беспомощным.

— Э-э-э, извини, Оскар, что бы я ни сказал, это не заставит тебя заполучить киску, приятель. Я думал, ты всегда говорил, что ты король и мне нужно брать у тебя уроки? Теперь я в замешательстве, — выпаливает он.

Я явно задел провод в его мозгу. Он мне вообще ни к чему.

— Идите вы нахуй, ребята! — кричу я и вылетаю из спортзала, направляясь прямиком в свою комнату, потому что моему члену нужно немного внимания. По крайней мере, теперь у меня есть имя, которое я могу выкрикивать в душе.

Луна.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

(Луна)

Глядя на свое отражение в зеркале туалетного столика, я с трудом узнаю себя. Используя немного лака для волос, я придаю дополнительный объем своему стандартному "конскому хвосту", поскольку мне пришлось нанести более плотный макияж, чтобы следовать их дурацким рекомендациям.

Я несколько раз перечитала руководство, которое было в коробке с удостоверением личности, чтобы убедиться, что я соблюдала все правила макияжа, которыми меня благословил Фезерстоун. Я просто рада, что это не вынуждает нас всех делать вид, что Рен выглядит потрясающе. Я использую тональный крем, немного бронзатора, румян и немного туши для ресниц. Я готова. Полный макияж глаз или помада не требуются, поэтому я обошлась без этого, просто использовала немного блеска для губ.

Тот факт, что это требование вообще вызывает отвращение у кричащей во мне феминистки, но это также дает мне представление о том, какое место занимают женщины в их мире.

Встав из-за комода, я оглядываю свою униформу перед зеркалом в пол, это скорее сшитый на заказ деловой костюм, который демонстрирует все достоинства.

Жемчужно-белая блузка без трех верхних пуговиц намеренно выставляет напоказ мое декольте. Мой черный блейзер украшен золотой вышивкой, а на левой стороне груди — кроваво-красная эмблема. Эмблема совпадает с красным логотипом, который был на толстовках парней в пятницу вечером, когда меня затащили в эту адскую дыру, с выгравированным на нем золотом А.Ф. Подходящая к цвету черная юбка сидит чуть выше колен, облегая бедра, с опасно высоким разрезом сзади. Завершают ансамбль туфли на четырехдюймовых каблуках с красной подошвой.