Чтение онлайн

Зато я определенно точно знаю, что я — здоровый мужчина в полном расцвете сил. Как Карлсон, епта.

Посмеявшись сам с собой, включил поворотник, чтобы обогнать плетущегося еле-еле дедка (во время обгона кинул взгляд в его сторону, и правда, дедок, как не рассыпался еще — непонятно), обдумывая свой следующий вопрос. Не хотелось слишком рано спрашивать — это то, о чем я думаю, или нет?

Вдруг, окажусь прав, и наша игра закончится раньше, чем мне хочется. А если не прав, то… честно говоря, этот вариант я не рассматривал. Просто хотелось как можно дольше пообщаться с моей девочкой.

Сворачивая на свою улицу, вдруг осознал, что со вчерашнего дня я Наташу в своих мыслях кроме как «своей девочкой» и не называю. И, черт возьми, мне это нравилось.

Мне нравились те чувства, что она во мне вызывала. Я не собирался себе больше запрещать думать о ней в этом ключе — как о моей девушке, моей будущей жене, будущей матери моих детей.

Да, самоуверенно. Да, еще ничего не известно наверняка. Но внутри себя я уже решил, что добьюсь эту женщину. Даже, если мне придется в лепешку расшибиться.

Помню, как скептично отреагировал, когда Даня рассказал про свою встречу с Олей, его девушкой, с некоторых пор — женой. Что он с первого взгляда понял — эта женщина его. От волос до кончиков пальцев на ногах (его слова, не мои).

Я тогда хмыкнул, не поверив ему. А повстречав Наташу, убедился — брат не пиздел. Когда встречаешь своего человечка, осознаешь это сразу и больше не сомневаешься.

Только я протупил и не предпринимал никаких серьезных шагов на протяжении года, а потом, после корпоратива, тоже ничего не делал.

Поначалу думал, что после того, как с ней переспал, меня отпустит. Но не срослось. Не отпустило. И теперь, видя, что и Наташа не против продолжить наше знакомство, этому был только рад.

Выходя из машины, набрал очередное сообщение, третий вопрос:

— Верхний предмет одежды?

— Нет, — мгновенный ответ.

Рассмеявшись, кивнул соседке, заходившей со мной в подъезд. Та удивленно на меня посмотрела, не понимая, чего я так веселюсь, и поспешила вперед к лифтам. Немного затормозил, чтобы она успела уехать. Еще напугаю бедную женщину, и так уже, наверное, решила, что я не очень адекватный.

— Его легко можно увидеть?

— Нет.

Точно нижнее белье.

— Он приятный на ощупь?

— Да.

Хм… интересно. Может ли быть нижнее белье приятным на ощупь? Наверное, смотря, кто его… щупает, так сказать.

Боже, какой бред лезет в голову. Крыша что ли начала протекать от влюбленности?

— Это комплект?

— Да.

Открывая дверь в квартиру, решил немного пошалить:

— Ты когда-нибудь фотографировала себя в нем?

— Да.

Малышка отвечала быстро.

Только ответ на этот вопрос, учитывая, вокруг какого именно предмета одежды крутятся все мои мысли, мне не понравился. Голову подняла совершенно нелогичная ревность, стоило мне только представить, как Ната присылала фотографию своего шикарного тела в соблазнительном белье какому-то мужику. Она же мне ничего не должна. Я, конечно, считаю ее своей женщиной, но она-то так не думает. Пока, по крайней мере.

Нахмурившись, спросил:

— А мне бы ты его сейчас прислала?

— Нет.

А это было обидно. Но вполне естественно. Уточнение пришло спустя полминуты.

— Но когда-нибудь — возможно. Если повезет…

Мои губы растянулись в улыбке. Со стороны это, наверное, смотрелось странно: стоит мужик в прихожей, не разувается, не снимает куртку, а молча смотрит в телефон и похотливо ухмыляется. Хорошо, что никто меня не видел в этот момент.

— Ты любишь этот предмет одежды?

— Да.

— Он единственный в твоем гардеробе?

— Нет.

Черт, не самый умный вопрос. Логично, что у нее не один комплект белья. Сколько у меня еще вопросов осталось? Считать было лень, поэтому решил, что пора закругляться.

— Это кружевное белье?

— Это был последний вопрос, между прочим, — и злобный смайлик.

Неужели, я не угадал?

— Встретимся в следующую субботу в 18.00 в кафе «Менестрель» в центре.

Моя девочка. А я красавчик.

Наталья

— Ты серьезно загадала кружевное белье? — с непередаваемым скепсисом в голосе спросила Аня, следившая за нашей с Андреем перепиской с таким вниманием, словно смотрела увлекательнейший спортивный матч.

— Да, а что в этом такого? — пожала плечами я.

К этому моменту успела приговорить уже вторую бутылку шампанского и нацелилась на третью. Поэтому предмет разговора со Светлицким меня не смущал.

— Ты странная, — протянула брюнетка, с сожалением замечая, что мандарины закончились.

— Возможно. Но мне плевать.

— Ладно, — махнула рукой подруга. — Каждому свое. А теперь, — хлопнула она в ладоши. — Раз уж мы разрешили твою проблему, давай, наконец, поговорим о том, ради чего я сюда пришла. О моей свадьбе-е-е-е, — последнее слово она буквально пропела.

Рассмеявшись, я отставила бокал (пора трезветь), согласно кивая:

— Давай. Рассказывай свои идеи.

Встала, чтобы налить нам чай (все равно Аня не пьет) и убрать шкурки от мандаринов, горка из которых гордо высилась перед подругой. На последнее она смотрела с плохо скрываемой грустью, словно я что-то самое дорогое в ее жизни выкинуть решила.

— Пойдешь домой — еще купишь, — заметила, смахивая их в ведро.

— Это когда еще будет, — вздохнула брюнетка.

— Ну ты же не неделю у меня сидеть планируешь? — рассмеялась, ставя перед ней чашку ароматного зеленого чая.

Аня, любившая его до безумия, брезгливо сморщилась и отодвинула кружку как можно дальше от себя.

— А можно черный? — робко спросила, стараясь на меня не смотреть.

Сделав вид, что не обратила внимание на ее внезапно изменившийся вкус, молча протянула свою кружку. Будущая Гарикова благодарно улыбнулась. Чувствовалось, что благодарна она не только за чай, но и за отсутствие вопросов.

Сев напротив подруги, подтянула к себе зеленый чай и выжидательно посмотрела на Аню.

— Выкладывай, что там у тебя.