Чтение онлайн

Ал говорил тихо и спокойно — просто констатировал факты и озвучивал свои выводы. Но по его тону я понимал, что он чувствовал дикую усталость. Ярлык «красивого парня» преследовал его очень давно и он всеми силами стремился от него избавиться. Даже удивительно, но потрясающе красивые люди чаще других были одинокими. Возможно, из-за того, о чём говорил Алан — мало кому был интересен их внутренний мир. Все хотели Алана из «Даймондс» — холодного Принца, который творил невероятные вещи на сцене. Но никто не хотел Алана Блэквуда, который любил в свой выходной спать допоздна, обожал снеки и мучное и вместо дизайнерского шмота любил гулять в спортивках и футболках размера оверсайз. Ну, он так считал. Я-то придерживался совершенно другой точки зрения.

— Хей, — я тронул друга за плечо, вынуждая повернуться, — Это не так. И ты прекрасно об этом знаешь. Просто тебе нужно завязывать общаться только с группиз — это же прости-господи, которые только прикидываются фанатками. Настоящие «шайн» не такие.

— Знаю, — кивнул он, — Но всегда в голове этот дурацкий вопрос «Они хотят меня, потому что я — это я, или потому что — Алан из популярной группы»?

— Это, мой друг, вопрос всех знаменитостей. Но не позволяй этому портить тебе жизнь или мешать ей наслаждаться. Твой человек будет любить тебя даже с этой ужасной маской на твоём лице, — не удержался от очередного стёба.

Ал показал мне язык, но я видел, что он более-менее расслабился. Я же почувствовал какой-то прилив тепла. Этот парень, с которым мы разделили не самые лёгкие времена, был невероятным. И он заслуживал буквально весь этот мир. В нём было очень много любви, которую он хотел дарить. Но, во-первых, он не знал, как это делать, а во-вторых — рядом не было того, кому эти чувства предназначались. Ал казался холодным, даже отстранённым, но на самом деле он был просто жутко стеснительным. Как-то он признался, что не может сближаться с людьми и делать первые шаги, потому что боится, что ему сделают больно. Я не знал, куда уходят корни этой истории и кто внушил ему этот страх перед близостью, но был точно уверен, что заочно ненавижу этого человека. А ещё я знал, что он обязательно будет счастлив. Иначе просто быть не может.

Все мы будем. Ведь так?

Ава

Я не приняла решение. Никакое. Проворочалась всю ночь — спасибо, тебе Ноа, за это — и с рассветом поняла, что и не должна давать ответ. Пока что. Мы ведь договорились — после тура. Правильно — работа на первом месте. Всё остальное неважно. Мы оставались профессионалами.

Тур по Азии был небольшим, но максимально ярким. В первую очередь — за счёт колорита. Как и в случае с Европой, это было мое первое подобное путешествие, так что мне было интересно абсолютно всё. Расписание у нас было более скромным, чем в первой части тура, и мы посетили всего четыре страны — Китай, Японию, Южную Корею и Малайзию. В каждой провели на менее трёх дней, не только выступая, но и также ненадолго вживаясь в роль туристов. Несмотря на то, что каждый из нас выделялся из толпы местных жителей, за счёт большого количества туристов затеряться было гораздо легче, чем в родных Штатах. Парадокс.

Мы гуляли небольшими группами, чтобы, опять же, не привлекать к себе внимания. К каждой приставляли гида-переводчика, так что мы могли не переживать о том, что ненароком потеряемся. Судьба это или заговор, но я каждый раз оказывалась в компании Ноа. И Алана. Хотя, о чём это — судьбой здесь и не пахло! Только наглым шантажом и, возможно, подкупом. У этих знаменитостей свои приёмчики.

Хотя, наговаривать на парня я не могла, поскольку вёл он себя, опять же, образцово-показательно. Не давил, не навязывал лишний раз своё внимание. Наоборот — он как будто отстранился, давая мне пространство и время. Но вместе с тем его присутствие ощущалось — он то приносил мне кофе, то давал попробовать какой-то очередной местный деликатес, то тащил всю нашу компанию к торговцам сувенирами и уговаривал меня что-то прихватить — если не себе, то родителям.

Со стороны это всё могло напоминать свидания. Если не брать в расчёт наличие Алана и переводчика. А также полное отсутствие физического контакта, что на Ноа, конечно, похоже было мало — он всегда был жутко тактильным, и скиншип было его всё. Но в плане эмоций — один в один свидание.

Что я чувствовала? Смятение. Эти несколько недель, что мы колесили по Азии, должны были мне помочь всё прояснить, но я не понимала ровным счётом ничего. Нравился ли мне Ноа? Да. Глупо было это отрицать. Хотела ли я быть с ним? Да. Нет. Не знаю. Могла ли я быть с ним? Нет. Однозначно. Это ставило крест на всём, чего я добилась за месяцы работы в компании. Заявить об отношениях с Ноа было равносильно тому, чтобы положить заявление об увольнении на стол Адамса. Я не могла просто выбросить свою карьеру на помойку.

Но и не думать о том, «а что, если…» тоже не могла. Особенно, когда Ноа постоянно находился рядом, предлагая мне то шашлычок из кальмара, то пирожок в форме рыбки со сладкой начинкой, то банан в шоколаде. Когда после концерта в машине, по дороге в отель, он негромко интересовался, не устала ли я. Или просто когда он стоял неподалёку, постоянно теребя висящую на шее цепочку с кулоном, который я подарила.

Да что там — даже по ночам он не покидал моих мыслей, потому что я, блин, даже спала в его футболке. Да — той самой, которую он мне тогда отдал, чтобы прикрыть растерзанную фанатками тушку.

Это было похоже на наваждение. Даже когда мы встречались, я не испытывала такого. Такого трепета, волнения. Но вместе с тем, когда я его видела — всё словно замирало. За минуту до встречи моё сердце колотилось как безумное, но стоило нашим глазам пересечься — и меня охватывало спокойствие. Сердце замедляло свой бег, а волнение улетучивалось. Будто я в безопасности. Будто бояться нечего и я там, где должна быть. очень двоякие чувства. Двоякие — и непонятные.

Концерты прошли отлично — программу мы откатали на «ура». Даже перфекционист Крис был доволен и даже признавал, что после такого насыщенного тура можно и немного отдохнуть. Как его после таких слов молния не поразила — вопрос, конечно, интересный.

В последний день, перед вылетом домой, я сидела поздно вечером на веранде в отеле и думала. О чём? Да обо всём. Слишком много всего произошло, так что поле для размышлений было огромным — и за неделю не вспахать. Но главным объектом моих мыслей, конечно, был Ноа. Давно я не думала о нём НАСТОЛЬКО много. Причём, это не было чем-то конкретным — так, абстрактные размышления, которые ходили вокруг да около. И не приносили ни смысла, ни облегчения.

— Хей, чего не спишь?

Вздрогнув, я подняла голову. Рядом стоял Крис. В глазах — ни намёка на усталость, несмотря на то, что на дворе, на секундочку, стояла уже глубокая ночь. Лишь любопытство. И беспокойство. Какой он всё же хороший. Повезёт же кому-то.

— Не знаю, — пожала я плечами, — Много мыслей.

— Поделишься? — спросил парень, — Я слышал, это помогает.

Хмыкнув, я кивнула в сторону свободного места на плетёном диванчике. Крис, верно истолковав мой намёк, сел рядом.

— Честно говоря, я, наверное, догадываюсь, что является причиной твоей бессонницы, — отметил парень, — Точнее, кто. Один певец-тире-рэпер-тире-танцор? Имя начинается на «Но», а заканчивается на «а»?

— Да ты просто Шерлок, — усмехнулась я, — Всё настолько очевидно?

— Ава, вы буквально пожираете друг друга глазами, когда думаете, что никто не видит. И особенно, когда этого не видите вы сами. Как вас до сих пор не спалили — непонятно.

— У нас ничего нет. Поэтому и не спалили, — пожала я плечами.

— Но вам бы хотелось, — Крис не спрашивал, — Вопрос только в том, чего вы медлите?

Грустно усмехнувшись, я сказала:

— Мне страшно.

Признаваться в этом Крису почему-то было легче, чем даже самой себе. Он внушал спокойствие. Я доверяла ему, как старшему брату, которого у меня никогда не было. Но если бы он был — я бы хотела, чтобы его роль исполнил Крис. Так что можно было на секунду закрыть глаза и представить, что мы — родные, и что этот парень, если что, готов был отметелить любого, кто даже косо посмотрит на меня.