Чтение онлайн

— Будь моим… — продолжила она шёпотом. — На десятую часть своего сердца.

Все маски сброшены — передо мной настоящая Акане, без защиты, без притворства. Просто девушка, открывающая своё сердце. Закатное солнце за окном окрасило её силуэт в золотистые тона, создавая картину, которая навсегда отпечатается в памяти.

Её глаза блестели от слёз, но она не отводила взгляда. Белокожие щёки залились алым румянцем, выдавая, насколько ей трудно было произнести эти слова.

Её рука, всё ещё лежащая на моей груди, чуть дрогнула.

— Твоё сердце… — начала она, но остановилась, глотая воздух. Затем, собравшись, произнесла: — Оно бьётся быстрее положенного.

Я молчал, ощущая, как сердце колотится о рёбра, точь пытаясь достучаться до её ладони.

— Сейчас… восемьдесят девять ударов в минуту, — прошептала Акане. — Как у влюблённого человека.

Я хотел что-то сказать, но слова застряли в горле. Не потому что было нечего. Наоборот. Хотелось сказать очень многое. Акане. Девчонка из средней школы, что по-настоящему любит меня до сих пор. Вопреки всему.

— И тебе этого будет достаточно? — наконец спросил я. — Десятая часть?

Она кивнула, и в этом простом движении было всё:

— Да.

Отступив на шаг, она обхватила себя руками — не защищаясь, скорее удерживая что-то внутри:

— Знаю, вместе мы не уживёмся. Ты… слишком сильный. Затмеваешь меня. Подавляешь. Единственный мужчина, которому я готова подчиняться. Единственный, перед которым я готова склонить голову.

В её словах звучала такая откровенность, что на мгновение показалось — передо мной совсем другая Акане. Не та безупречная Фудзивара, а просто девушка, открывающая душу.

— Я не выдержу быть рядом всегда, — её глаза, тёмные и глубокие, смотрели прямо в мои. — Потому что рядом с тобой теряю себя.

Её чёрные омуты, которые, казалось, могли поглотить любую мою мысль.

— Поэтому моё условие… — продолжила Акане шёпотом, но каждое слово звучало как раскат грома: — Стань моим вечным любовником.

Я моргнул, едва осознавая, что только что услышал. Она же с трудом продолжила:

— Дари мне десятую часть своего времени. Неважно, с кем ты будешь. Просто будь моим. Хотя бы иногда. Только десятую часть… Этого мне хватит, чтобы не чувствовать себя потерянной и быть счастливой.

И замолчала, ожидая моего ответа.

«Стань моим вечным любовником…»

Я смотрел на Акане теперь по-другому. Всё её поведение, слова, взгляд — всё обрело смысл. Всегда такая гордая, непоколебимая, гениальная и недосягаемая, сейчас стояла передо мной, обнажив самое сокровенное. Её любовь была совсем другой. Не такой, как у Рин. Рин… просто сбежала. Когда настал момент бороться, она выбрала уход. Акане же… Она нашла способ вернуться в мою жизнь. Бегала в парке в маске, чтобы быть рядом, пусть и незаметно. Потом перевелась в мою школу, чтобы наблюдать за мной. Приехала на гребаный показ невест, переступив через принципы. И теперь стоит передо мной, поставив на кон всё: свою гордость, репутацию и само сердце.

Да и чего душой кривить, она привлекала меня. Всегда. Её ум, сила, неподражаемая харизма — всё это завораживало.

Знаю, взрослый мир, в который я скоро погружусь, будет полон соблазна, и в нём Акане всегда будет рядом. Её семья сотрудничает с Кобаяси, так что наши жизни связаны до самого конца. И она тоже понимает это.

Я шагнул к ней.

Её глаза расширились. Сама замерла, как бабочка в янтаре, но пальцы чуть дрогнули, наверное, не ожидала моего движения.

Я посмотрел на неё взглядом, который пугал всех, кто хоть раз видел его.

Акане вздрогнула, губы приоткрылись, дыхание сбилось.

— Десятая часть моего сердца… — произнёс я, глядя прямо в её расширенные глаза, — твоя.

Весь мир вокруг нас исчез. Остались только я, она и наш момент.

Её чёрные глаза блеснули, и она пошатнулась — будто мои слова имели физический вес. Но даже сейчас Акане сохранила свою особую грацию.

Я поднял руку и коснулся её подбородка. Едва-едва, кончиками пальцев, но этого хватило, чтобы она вздрогнула. Её глаза на мгновение закрылись, а когда открылись — в них плескалось море невысказанных чувств.

— Казума… — выдохнула Акане слабо, почти невесомо, как трепет крыльев бабочки.

Я молчал, глядя в её глаза, где больше не было никакой защиты и притворства — только чистая, обнажённая правда её души. И медленно, давая ей время и шанс отстраниться, склонился к ней. Она не отступила, не отвела взгляд — просто ждала, затаив дыхание, боясь разрушить этот хрупкий момент.

И наши губы встретились в поцелуе.

Это не было как в книгах или фильмах. Не страсть, не порыв, не вихрь эмоций. А что-то тихое, глубокое, похожее на первый снег — такое же чистое, настоящее. Её губы были тёплыми, мягкими. Идеальный поцелуй, будто отрепетированный тысячу раз.

Её руки скользнули вверх, осторожно касаясь моих плеч — трепетно, будто боясь, что я исчезну. Сколько же между нами невысказанной нежности. Мир вокруг ожидал, когда мы выплеснем её друг другу. И плевать на всё — на прошлое с его ошибками, на будущее с его неизвестностью. Сейчас только наш момент.

Когда я отстранился, её чёрные глаза открылись медленно, как будто Акане возвращалась из какого-то далёкого места. Румянец на щеках стал ярче, на губах улыбка:

— Это… это больше, чем десятая часть, — прошептала она, переводя дыхание.

— Считай это предоплатой, — улыбнулся я, глядя в её счастливые блестящие глаза.

Мы снова поцеловались.

Теперь не так осторожно. А с желанием. Впились в друг друга по-дикому.

Я подхватил её, усаживая на парту. Акане не сопротивлялась — наоборот, в её глазах появился тот особый блеск, который говорил больше слов.

— Десятая часть включает только поцелуи? — спросил я с лёгкой насмешкой, раздвигая коленом её ноги.

— Нет, — выдохнула она, притягивая меня за рубашку. — Сейчас ты мой. Весь.

Задрал её юбку вверх, обнажая стройные бёдра в тёмных чулках. Она поцеловала меня — глубоко, страстно, совсем не так, как минуту назад.

— Акане… — прошептал я, когда её губы переместились на мою шею. — Я же могу не сдержаться…

— Молчи, — её голос стал низким, почти хриплым. — Просто будь моим.

Её пальцы скользнули под мою рубашку, ноготки оставляли горячие следы на коже. В этот момент она была другой — не той хрупкой девушкой, просящей десятую часть сердца, а той самой Фудзиварой Акане, которая всегда берёт то, что хочет.