Моя жизнь со Старцем Иосифом
Шрифт:
* * *
Тогда же, к концу 1958 года, пришел к нам отец Тимофей, в великой схиме иеромонах Иосиф. В восемнадцатилетнем возрасте он поступил в известный Фламурийский монастырь Преображения Господня, где и стал монахом. Тогда игуменом обители был мудрый отец Досифей Махерицас.
В годы оккупации на отца Тимофея возложили опасное послушание. Ему поручили возить в Волос скудные запасы пшеницы для помола. Тогда, в мои детские годы, я его раз или два встретил в книжном магазине Сотириса Схинаса. Поскольку зерно перевозилось на мулах, каждое путешествие занимало много часов. Перевозить груз надо было с большой осторожностью, потому что если бы он попался немцам, то пшеницу у него отобрали бы, а его самого могли расстрелять.
И вот в один из таких походов отец Тимофей был задержан немецким патрулем. Он стал молиться, призывая Божественную помощь. Он беспокоился не столько о себе, сколько о монастыре, которому грозили неприятности. Обитель запросто могли сжечь. И случилось так, что один из офицеров патруля был православным. Это был румын, призванный в ряды армий стран Оси. [167] Этот офицер, подойдя к отцу Тимофею с оружием в руках, дал ему знак взять своих нагруженных мулов и уходить.
167
Страны нацистского блока, названные по термину «ось Рим-Берлин-Токио», гитлеровская коалиция — агрессивный военный союз Германии, Италии, Японии и других государств.
Как только ушли немцы, начали гражданскую войну коммунисты. Партизаны-коммунисты сильно беспокоили монастырь и причинили ему много вреда. Однажды они арестовали отца Тимофея и хотели расстрелять. Тогда произошло явное Божественное вмешательство, и отец Тимофей во второй раз избежал верной смерти.
Когда закончилось и это национальное бедствие, отцы начали восстанавливать обитель. Но испытания и труды истощили силы престарелого игумена, и в 1957 году он преставился. Архиерей, который знал добродетели и дарования отца Тимофея, настаивал на том, чтобы поставить его в игумена. Но отец Тимофей не соглашался ни на каких условиях. С характерным для него смирением он говорил: «Разве с такой мордой можно быть игуменом? Я своенравный человек».
В конце концов он уехал на остров Парос в монастырь Лонговарда к знаменитому Старцу Филофею Зервакосу. Преподобный Старец открыл ему, что воля Божия в том, чтобы идти ему в Новый Скит на Святую Гору, к известному исихасту Старцу Иосифу. Так этот святой человек в конце 1958 года пришел жить к нам.
Он служил до глубокой старости, а на Божественной литургии не раз видел ангелов. Отец Тимофей имел великое благословение преставиться послушником, чего он и желал, в 2004 году в возрасте восьмидесяти семи лет. [168]
168
В греческой монашеской терминологии существуют два разных слова, которые на русский переводятся одинаково — «послушник». Первое слово «докимос» — буквально значит «испытуемый», оно соответствует чину брата, еще не принявшего монашество. Второе — «ипотактикос» — буквально значит «подчиненный». Этим термином обозначаются все братья общины, пребывающие в подчинении своего Старца. Об о. Тимофее, принявшем великую схиму с именем Иосиф, говорится как о послушнике во втором значении этого слова: он не был главой общины, в которой подвизался и преставился.
Глава десятая. МОНАХИНИ СТАРЦА ИОСИФА
Постриг первых монахинь
В 1929 году Старец Иосиф, будучи в Салониках, познакомился с благочестивыми вдовами из Малой Азии, жаждавшими посвятить себя Богу. Старец переписывался с ними и как мог старался их наставить.
В 1930 году, чтобы лучше им помочь, Старец решил собрать их и пожить вместе с ними, чтобы дать им правильное монашеское воспитание. Государство выделило им покинутый монастырь в обезлюдевшем селе Геровица. [169] Там он постриг пять монахинь: Феодору, женщину святой души, которой он определил быть игуменией; Евпраксию, ставшую игуменией после преставления Феодоры; еще одну Евпраксию; Марию, все время плакавшую от большого сокрушения; и тогда еще молодую Февронию.
169
Это село находится недалеко от Зирново, в области Драмы, ныне называемой Нижний Неврокопий, на северо-западе губернии, в 10 км от болгарской границы. Это очень красивое место, изобилующее зеленью и водой. Но сам монастырь был разрушен. Он находился в столь жалком состоянии, что Старцу пришлось пригласить своего брата Леонида из Афин, чтобы тот помог ему в восстановлении обители. — Прим. греч. ред.
Монахини Старца были очень добродетельными. Все они были понтийками, очень благочестивыми женщинами. Он научил их умной молитве, совершаемой во время ночного бдения.
Бдение они совершали на коленях и говорили свои слова Христу со многим плачем, каждая в своей отдельной келейке. Так как все они были беженками из Турции, они привыкли молиться на турецком языке, причитая: «Зеклим Иису! Зеклим Иису!» — то есть «Иисусе Сладчайший». Старец заходил к ним, чтобы проверить, совершают ли они бдение. А они и не замечали его от большого плача и сокрушения. Все они в конце концов освятились и источали благоухание.
Монахиня Феодора имела большое духовное родство со Старцем Иосифом. В одном из своих писем он свидетельствует, что ему как-то случилось ощутить ее дыхание. Когда он был уже на Святой Горе, во время молитвы каким-то образом исчезло все окружающее, ибо благодать не знает места и времени, и он почувствовал Феодору рядом с собой, лицом к лицу, хотя и не видел ее.
Преподобная монахиня Евпраксия
Одна из этих вдов, монахиня Евпраксия, вспоминала, что, перед тем как Старец Иосиф приехал в Салоники, она сказала своим подругам:
— Я видела во сне одного старца, выглядевшего так-то и так-то. И видела, что он меня постригает в инокини.
— Вот глупая, — отвечали ей, — ты что, веришь снам?
— Ну, не знаю, так я видела.
И действительно, когда Старец приехал в Салоники, по Божию Промыслу они встретились, и он постриг эту старушку в монахини с именем Евпраксия. Но будучи понтийкой из Трапезунда, она плохо знала греческий и, вместо того чтобы говорить «Евпраксия», говорила «Апраксия». [170]
170
Евпраксия — благодеятельная, Апраксия — бездеятельная (греч.).
— Како нареклася еси, сестра?
— Апраксия.
— Нет, не Апраксия, а Евпраксия!
Она даже Псалтирь читала по-турецки. Став монахиней, эта сестра, читая Часослов и другие богослужебные книги, не понимала смысла читаемого, поэтому все время плакала и просила Бога просветить ее, чтобы понимать, что читает. Однажды вечером Евпраксия увидела во сне святого Иоанна Богослова, который дал ей в ложечке что-то выпить. Когда она проснулась, почувствовала, что сможет понимать все, что читает. Монахиня взяла Часослов и богослужебные книги, читала их и понимала все полностью.
* * *
Старица Евпраксия сказала как-то Старцу Иосифу:
— Старче, скажи теперь, чтобы у меня была молитва.
— Ладно, будет у тебя молитва.
— Нет, Старче, не так. Ты сказал это не от сердца. Скажи, скажи, как полагается.
— Ладно, будет у тебя изобилие молитвы.
— Вот, теперь благодарю тебя, Старче.
И как же утверждает Бог сказанное Старцем! В самом деле, после его слов пришло изобилие благодати.
Матушка Евпраксия говорила: «Старче, возьму тебя на свои плечи, буду нести тебя на своих плечах и тогда ничего не буду бояться. И в Иерусалим пешком пойду».
У нее было большое благоговение к Старцу, и она много преуспела в молитве. Она творила многочасовую сердечную молитву и достигла большого бесстрастия, высокой духовной ступени. Заходя иногда в келлию Евпраксии, Старец зачастую должен был толкнуть монахиню, чтобы привести в себя. Было видно, что в этот момент она находилась на грани восхищения.
* * *
Старец нам рассказывал, что в своем монастыре она однажды изгнала беса из одного мальчика. Этот ребенок пришел в монастырь и зашел в церковь во время литургии. Когда литургия закончилась, мальчик подошел к священнику, прося того прочитать над ним молитву и осенить крестом, ибо он был бесноватым. Священник сказал: