Чтение онлайн

Я стала регулярно встречаться с членами группы. Мы с Питером и Стивеном по очереди возили друг друга на наши мероприятия. Мы посещали церкви, где было очень мало прихожан, поддерживали их и пытались расширить их приходы.

Однажды мы приехали в город Лавенхэм в Саффолке. И решили прогуляться по полям перед вечерней службой. Быстро идти я не могла, поэтому всегда отставала от всех. Проходя мимо пруда, я остановилась посмотреть на утят. Я подумала, что все уже ушли вперед, и решила, что встречусь с ними уже в церкви.

– Какие же вы хорошенькие! – сказала я утятам.

– Они милые, правда? – раздался голос позади.

Я повернулась. За мной стоял Питер. Он ждал меня.

Вместе мы вошли в церковь, где должна была начаться вечерняя служба. Внутри было очень холодно. Я села на скамью и принялась рассматривать великолепный витраж с изображением белого коня, вставшего на дыбы.

– Мне нравится.

– Когда церковь закроют, я достану его для вас, – пошутил Питер, и я улыбнулась.

Тут он заметил, что я замерзла, снял пиджак и набросил мне на плечи. Я была очень тронута и смущена.

В следующий раз Питер предложил мне прогуляться вдвоем, и я согласилась. Мне нравился этот мужчина – он был очень милым и приветливым. Мы подружились. Я пригласила его на день рождения Роберта, чтобы познакомить с детьми. Когда я открывала ему дверь, в доме раздался страшный грохот. Оказалось, что мальчишки разбили окно футбольным мячом. Весь пол был засыпан стеклом, а Роберт стоял весь бледный и не мог сказать ни слова.

– Где у вас веник и ведро? – спросил Питер. – Не волнуйся, Роберт. Уверен, что у мамы все застраховано.

Роберт ушам своим не верил. Питер был так добр и спокоен – таким он и остался на всю нашу совместную жизнь.

С Рианнон он тоже быстро поладил. Когда заболел ее хомяк, Питер вместе с ней ухаживал за ним. К сожалению, зверек умер, и Питер помог похоронить его в нашем саду. Мы спели гимн и помолились за хомяка. Терять домашнего любимца тяжело в любом возрасте. Рианнон очень переживала, а мы утешали ее. К этому времени я уже поняла, как добр Питер и как хорошо он ладит с детьми. В тот же день Рианнон спросила Питера, не согласится ли он стать ее приходящим отцом.

Однажды Питер предложил нам съездить в Лавенхэм. Накануне мы катались верхом с Мэвис, и я ей все рассказала о предстоящей поездке.

– Он собирается сделать тебе предложение, так и знай!

– Не говори глупостей?

– А тогда зачем он зовет тебя в Лавенхэм?

– Потому что хочет поехать в Лавенхэм! И все!

Конечно, я не поверила предсказанию Мэвис. Но когда мы приехали, Питер повел меня той же дорогой, что и в первый раз, когда мы были здесь вместе с нашей группой. Он остановился у пруда, где мы любовались утятами, и действительно предложил мне стать его женой. От неожиданности я начала хохотать, Мэвис оказалась права.

– Что смешного? – удивился он.

Я перестала смеяться.

– Прости, – сказала я. – Мне хотелось бы выйти за тебя замуж, но я решила никогда, никогда больше этого не делать.

– Я знаю, – кивнул он. – Но я знаю и то, что мы будем счастливы вместе.

Позже Питер признался мне, что в первый же день нашего знакомства в ресторане понял, что я – именно та женщина, на какой он всегда хотел жениться.

Мы решили выждать несколько дней, прежде чем сказать детям. Нужен был подходящий момент. Но когда Питер приехал к нам в следующий раз и мы вместе с Рианнон молились перед сном, она открыла глаза и спросила его:

– А ты станешь моим настоящим папой?

Мы с Питером переглянулись и улыбнулись.

Следующий день был шумным и веселым. Меня выгнали из кухни и столовой, и Питер по секрету сообщил детям, что мы решили пожениться. А когда мы с Питером вернулись вечером с прогулки, ребятишки сказали, что испекли для нас торт в честь помолвки.

Дети были в восторге, но главную проблему представляла Хайди, моя собака. У Питера никогда не было собак. Перед его первым приездом я очень боялась, что Хайди ему не понравится, или он ей не приглянется. Но Хайди тут же влюбилась в Питера, и теперь уже не я, а он был ее лучшим другом. Хайди его обожала и всегда встречала с радостью.

– Хайди, как тебе не стыдно! – твердила я. – Ты же моя собака!

– Прости, но теперь я люблю Питера, – отвечала мне Хайди, облизывая лицо Питера.

– Ах ты, маленькая предательница!

Мы поженились в том же 1991 году и сегодня счастливы так же, как и в день нашего первого знакомства. Питер – добрый, мягкий человек, мне с ним всегда весело, а он поддерживает меня в трудные моменты и вселяет в меня уверенность в своих силах. Он неустанно старается сделать нашу жизнь лучше. Сильный, словно ветер под моими крыльями, он всегда помогает, не унижая своей помощью. Он слишком хорошо меня знает, чтобы говорить, что я не смогу сделать того, к чему стремлюсь всей душой.

Со временем мое состояние стало медленно ухудшаться. После операции 1970 года мне пришлось быть очень осторожной с пищей. Мне можно было только мягкую еду, но я все равно пыталась есть то, что мне запрещали. В 1993 году я подавилась кусочком сыра. Горло мое вновь пострадало, и врачи сказали, что я не должна есть в одиночестве – в любой момент я могу подавиться, и у меня может развиться пневмония. Питеру пришлось бросить работу, чтобы ухаживать за мной.

Примерно в то же время я обнаружила у себя аллергию на масличный рапс – язвы во рту и горле появлялись от одного только запаха. Из-за этого нам несколько раз пришлось переезжать. Стоило нам где-то поселиться, как кто-то начинал возделывать эту культуру, и нам снова приходилось сниматься с места. Я пыталась носить маску, но это не помогало. Горло постоянно болело, и теперь я могла есть только очень мягкую пищу.

Врачи посоветовали нам держаться подальше от рапсовых полей. Может быть, стоит поселиться на побережье? И в 1998 году мы переехали в Саффолк, в городок Олдебург. Мы взяли с собой Хайди, а моего коня Макса пришлось оставить Рианнон. Она уже выросла и ездила на нем чаще, чем я. Но потом Рианнон нашла новую работу и не могла каждый день присматривать за лошадью. Мы решили временно сдать его в аренду. У Макса был артрит задней ноги, и он не мог подниматься по склонам. Поэтому мы объяснили новым хозяевам, что он может скакать только по ровной поверхности.