Чтение онлайн

Меня затягивало в это болото с каждым днем, точнее ночью, все больше и больше. И хоть от «белого» нет физических ломок, но психологическая зависимость появляется сразу, с первой «вмазки». Я начал быстро деградировать, хоть и не осознавал этого тогда.

Глава 5

К концу года, после пары месяцев употребления "белого", мне уже было не стыдно прийти в аптеку и разыгрывать целое представление, чтобы мне дали очередную, заветную банку «Солутана».

Был у нас, к примеру, такой способ. Я брал в аптеке один пузырек «Солутана» по бесплатному рецепту, выходил из аптеки на улицу, и мы быстренько, неподалеку, переливали его содержимое в другую посудину. Затем разбивали пустой пузырек, засовывали осколки назад в коробку и я возвращался в аптеку, рассказывая продавцам трогательную историю о том, как я, бедный несчастный, уже поднимаясь в квартиру, уронил коробку с лекарством на лестницу и она разбилась.

В итоге мне давали по тому же рецепту еще один пузырек, правда, уже за деньги, но это для нас были уже мелочи. Через пару дней тоже самое, мы проделывали в другой аптеке, в третьей. Но конечно долго так обманывать продавцов аптек не было возможности. Не одни же мы пользовались наверно похожими способами. Вскоре в аптеках на нас уже смотрели с большим подозрением и мы придумывали что-то еще. Что-что, а мозги в погоне за заветным пузырьком работали у всех, как компьютеры и придумывалось много всяких интересных вариантов. Не раз мы бегали и по родственникам, знакомым, соседям, рассказывая всякие байки, и у многих в домашних аптечках находились заветные пузырьки, которые они отдавали нам, ни о чем не подозревая.

Кстати моя мама, вышедшая в конце года из больницы, как ни странно, ничего не замечала, хоть запах у нас в квартире стоял уже постоянно чисто медицинский. Она свято верила, что я хороший ребенок и ничего противоправного себе не позволю. Андрей Годунов говорил ей, что готовит специальную жидкость для вытравливания меди, так как на зоне он освоил профессию чеканщика и делал, кстати, действительно неплохие картины на медных листах, но вскоре ему было уже не до этого.

Мы все чаще зависали в других колпинских притонах, делились новыми рецептами приготовления наилучшего раствора. Вообще, теперь все разговоры сводились к этому: кто как делает раствор, у кого он круче, как лучше провести реакцию, и т.д. Вот так этот год и закончился, в наркотическом угаре.

Кстати вспомнил еще одно знаменательное, культурное событие этого года; в Колпино, летом 1988 года, был открыт новый театрально-концертный зал Дворца культуры и техники на 780 мест, здание которого расположилось рядом со старым зданием Ижорского ДК. Здесь же, уже в 1991 году разместился Музей истории Ижорских заводов.

1989 год

1989 год

Немного истории

В период 1989-1991 гг. доходит до максимума главная проблема советской экономики — хронический товарный дефицит; из свободной продажи исчезают практически все основные товары, кроме хлеба. По всей стране вводится нормированное снабжение в форме талонов. В эпоху развитого социализма талонная система в СССР на продовольственные и промышленные товары, казалось бы, осталась в далеком военном и послевоенном прошлом. Однако в 1983 году вновь появились талоны на продукты в СССР. Первыми ввели талоны на извечный советский дефицит — колбасу. Очереди в этот период были за 70% товаров! Для покупки дефицита необходимо было не только заплатить деньги, но и предъявить специальный талон, разрешение на покупку! В разряд дефицита попадало практически все: колбаса, чай, кофе, крупы, соль, сахар, а также табак и водка. В отдаленных местностях было трудно достать даже самое элементарное — по талонам покупали хлеб, майонез, мыло, стиральный порошок, женское белье, даже школьные тетради! В каждом городе, регионе советские талоны выдавались с учетом местного дефицита.

Талоны на продукты в СССР не замещали деньги, а являлись лишь правом на приобретение того, или иного товара в строго лимитированном количестве. Талоны на продукты выдавались в профсоюзных организациях по месту работы, учебы, в жилищно-эксплуатационных конторах и распределялись с учетом количества членов семьи. Причем талоны на сигареты и водку выдавались даже на несовершеннолетних детей. Граждане активно обменивались талонами. Процветала и спекуляция советскими талонами.

Талоны в СССР печатались всплошную на листах бумаги. Их требовалось самостоятельно отрезать ножницами. На талоне значилось наименование товара, срок действия талона. Советские талоны на различные виды товаров отличались по цвету.

В перестроечное время бытовал следующий анекдот. Мальчик спрашивал маму, где папа. Мама отвечала, что папа стоит в очереди за талонами на талоны. Народ окрестил талоны перестроечного периода — горбачевская пайка.

С начала девяностых годов талонная система в СССР сошла на нет, в связи с прекращением контроля над ценами в торговых точках, развитием свободной торговли.

Главным словом в 1989 году становится «события». Журналист — становится главной фигурой в обществе. Они забывают, что бывают времена, когда нет сенсационных и серьезных новостей.

В феврале окончательно выводятся советские войска из Афганистана. В апреле в Тбилиси солдаты с саперными лопатками разгоняют демонстрацию. То же самое, только при помощи танков делают в Пекине на площади Тяньаньмынь. Много жертв.

В июне в Страну Советов приходит демократия. 1 съезд советов, избранный на альтернативной основе. На Пушкинской площади в Москве в первый день народ собирается на митинг, милиция разделяет толпу на части и все молчат, не зная, что делать. На второй день милиция уходит в сторонку и начинается бесконечное торжество гласности. Одна толпа слушает Константина Осташвили, который говорит, что во всем виноваты жиды, неподалеку другая толпа слушает Валерию Новодворскую, утверждающую, что во всем виноваты коммуняки. Те, кто стоят на одинаковом расстоянии от ораторов, становятся плюралистами.

На съезде создается Межрегиональная группа, объединившая борцов за демократию и с коммунистическим режимом. Будущий лауреат Нобелевской премии мира Горбачев все время перебивает реального лауреата той же премии Сахарова.

А дружба народов, основа основ СССР, доходит до того, что в Ферганской долине узбеки так рьяно принялись резать турок-месхетинцев, что те сбежали оттуда буквально все. Но на историческую родину в Грузию их не пустили, в Краснодарском крае тоже как-то не ужились. Пришлось им податься в США.

По принципу домино в этом году обрушился социалистический лагерь. Везде довольно мирно. Только в Румынии чета Чаушеску видимо так достала румын, что те сгоряча расстреляли Николае и Елену. И, наконец, 9 ноября прославленную Берлинскую стену частично разобрали на сувениры, частично превратили в художественную галерею, где главной картиной стал «Поцелуй Брежнева и Хонеккера».

Первый CD в СССР выпустила Всесоюзная фирма грамзаписи «Мелодия». К концу 80-х резко упали продажи грампластинок: народ предпочитал аудиокассеты, а избранные привозили уже из-за границы диски и плееры для их проигрывания. Нужно было идти в ногу со временем.

Летом 1989 года два десятка отечественных специалистов отправились на стажировку на предприятия Германии и Швеции, чтобы по возвращении организовать производство советских компакт-дисков. Тем временем голландские, германские и шведские специалисты занялись технической организацией производства: установкой «чистых» комнат, оборудования мастеринга репликации и упаковки, оборудования для подготовки воздуха и воды. Таким образом, к декабрю тиражом от 1000 до 5000 экземпляров были выпущены первые десять наименований первых в СССР компакт-дисков с записями классической музыки. Официально первым был назван CD "Иван Грозный — Стихира" Родиона Щедрина. Но у него был и предшественник, диск номер Ноль. Его отливали со шведской матрицы — записи группы «Roxette» тиражом в 180 экземпляров. Тираж поделили пополам между русскими и шведами, а на титуле под словами «We made it» расписались все участники проекта. Так началась история CD в СССР.