Чтение онлайн

Что, чёрт возьми, мы здесь делаем?

Я промокла насквозь, когда Пришна открывает тяжёлую металлическую дверь с треснувшим окном.

Она затаскивает меня внутрь.

Помещение освещено тускло — через дюжину грязных световых люков. Огромное — больше, чем казалось снаружи. Мусор повсюду. Рваные пакеты, обёртки, тряпки смешаны с кучами листьев по бетонному полу. Пятна на полу, на стенах, на массивных балках. Воздух спёртый, с привкусом старого машинного масла и плесени.

Пусто — кроме блестящего чёрного вертолёта у задних ворот и двух человек, стоящих перед ним.

Сердце падает в пятки.

Шестьдесят семь

Астор

Я бросаю мотоцикл на полпути в гору — чтобы меня не услышали. Задыхаясь, бегу через лес — ветки и колючки рвут одежду, царапают руки. Дождь всё ещё льёт, но кроны деревьев дают хоть какое-то укрытие — хотя бы видно, куда бежать.

Очертания ангара медленно проступают впереди.

Я ускоряюсь, дыхание рвётся короткими хрипами. Ноги горят, лёгкие сжимаются, сердце колотится — но я уже не чувствую ничего. В голове только одна программа: найти Сабину, пока не поздно.

Вырываюсь на вершину — не останавливаюсь на открытом пространстве. Нет времени.

Сжимая пистолет двумя руками, пригибаюсь и бегу вдоль стены ангара. Кажется, я вышел с тыльной стороны. Чёрный вертолёт стоит у задних ворот. Осторожно обхожу, чтобы меня не заметили.

Киллиан либо ещё не приехал, либо сделал то же самое — бросил машину и поднялся пешком. Где он — неизвестно. Если Киллиан не хочет быть замеченным — его не увидит даже тепловизор. Этот человек — призрак.

Прислушиваюсь — но дождь барабанит по металлической крыше и заглушает всё.

Гром гремит вдали, пока я огибаю угол.

Перед входом стоит моя Aston Martin. Задняя дверь открыта. Внутри никого.

Приседаю у металлической двери — главного входа — и взвешиваю варианты. Их всего два.

Первый — ждать Киллиана и заходить вместе. Самый умный.

Второй — заходить одному. Самый быстрый — и я выбираю его.

Оставаясь низко, открываю дверь, поднимаю пистолет и врываюсь внутрь.

Пульс взлетает, когда сцена разворачивается передо мной.

Карлос держит Валери — пистолет приставлен к её боку. Моя жена — вернувшаяся с того света.

Моя жена.

Её вид ошеломляет. Она рыдает, лицо красное и опухшее. На ней грязное домашнее платье чуть ниже колен. Она ещё худее, чем я помню — хрупкая фигурка выглядит ещё меньше рядом с Карлосом, который выше её больше чем на голову.

Карлос же выглядит готовым к войне. Длинные каштановые волосы стянуты в хвост. На нём хаки-штаны-карго и потёртые коричневые ботинки. Он ухмыляется, увидев меня, пока Валери отвисает челюсть.

Рядом с ними — Пришна держит Сабину, нож у её горла. Глаза Сабины наполняются слезами, как только она меня видит.

Взгляд мечется между двумя заложницами.

Моя жена и любовь всей моей жизни.

Невозможная ситуация.

Пытаюсь осмыслить происходящее.

Пришна и Карлос работают вместе. Это почти не укладывается в голове. Я доверял этой женщине. Пришна работает на меня больше десяти лет. Я дал ей второй шанс, открыл дом, жизнь — и профессиональную, и личную. Всё, к чему у неё был доступ, всё, что она слышала, читала, организовывала. Она знает всю мою жизнь.

Именно поэтому она меня обставила.

Чёртов идиот. Чёртова сука.

Глаза фиксируются на Сабине — моей сладкой, прекрасной бабочке. Лоб красный и опухший, тонкая струйка крови стекает по шее. Ярость взрывается в венах.

— Отпусти её. — Я меняю стойку, наводя прицел между бровями Пришны.

— Кого? — спрашивает Карлос. — Жену или шлюху?

Пришна смеётся.

— При, — хрипит Валери, едва слышно. — Что ты делаешь?

— То, что нам — мне и тебе — давно следовало сделать.

— Ты моя сестра… прекрати. Прекрати. Ты не в себе.

— Не в себе? У тебя уже годы ни одной здравой мысли. Твоя безответственность как матери — причина смерти Хлои.

При упоминании имени дочери я ломаюсь.

— Кто-нибудь скажет мне, какого хера тут происходит?!

Карлос наклоняет голову.

— Ты прекрасно знаешь, что происходит. Ты это устроил. На прошлой неделе ты предложил мне обмен — тело Валери на Сабину. И вот я здесь — готов забрать своё.

Ох, чёрт.

Глаза Сабины расширяются — от шока, от боли.

Предательство, которое она должна чувствовать. Глупость.

Нет, нет — я сделал это раньше. До того, как влюбился в тебя.

Желудок сворачивается — я вдруг чувствую, что теряю контроль.

— Стоун, — продолжает Карлос, голос как молот по барабанным перепонкам. — Мы с тобой давно знакомы. Ты начал всё, когда переспал с Валери за моей спиной — моей первой девушкой, моей первой любовью. Потом женился на ней — и вбил последний гвоздь.

О боже. Я снова смотрю на Сабину.

Я соврал ей — сказал, что не знал Валери до нашего «одноразового» секса. Сказал, потому что не хотел, чтобы она думала, будто между нами с Валери были настоящие чувства. Потому что их не было. Никогда.

Губы Сабины приоткрываются — лицо бледнеет.

Ох, чёрт. Чёрт, чёрт, чёрт.

Карлос продолжает.

— Но на этом не кончилось, да, Стоун? Как будто этого мало — твоя мать посадила моего брата. Из-за неё он мёртв. Честно — я должен был сделать это ещё тогда.

Он издаёт безумный смешок. Глаза становятся дикими.

— И даже тогда ты меня не оставил в покое. Разрушил мой самый прибыльный проект недвижимости — отнял почти всё, ради чего я работал.

— Деньги можно вернуть.

— Брата — нет.

— Дочь — тоже.

— Я её не убивал, Стоун. Ты знаешь. Я много дерьма в жизни натворил, но детей не убиваю. Поверь — я бы с радостью признался сейчас, если бы это был я.

Валери опускает голову и рыдает без остановки.

Карлос бросает на неё взгляд.

— У тебя талант к женщинам, да, Астор. Каждая женщина, которая входит в твою жизнь, заканчивает трагично, верно? Твоя мать — в авиакатастрофе, Валери теряет дочь, а теперь Сабина — с ножом у горла. И При? Посмотри на неё. Ты заставил её так тебя ненавидеть, что она готова на всё, лишь бы вырваться из твоих лап.