Чтение онлайн

Разумеется, у этих открытий есть свои ограничения. С одной стороны, это исследования корреляций, поэтому мы не можем точно определить, что является причиной, а что – следствием. С другой, коэффициент интеллекта – это ограниченное и крайне несовершенное средство оценки умственной производительности. В любом случае для нас это хорошая новость: если мозг может меняться, реагируя на среду, то он должен быть податлив и к нейрохакингу. Тогда как именно среда провоцирует изменения в мозге?

Существует множество механизмов, которые могут влиять на то, как среда меняет ваше тело, в том числе и мозг. Например, изменения во внешних условиях могут воздействовать на экспрессию генов (которую изучает сфера эпигенетики). Еще один способ влияния – через микробиом, экосистему микроорганизмов, живущих в вашем теле и на нем, которая может воздействовать на что угодно, от настроения до уровня энергии. Микробиом зависит, например, от питания и уровня стресса. Последний и наиболее часто упоминаемый способ – физические изменения мозга в ответ на человеческий опыт.

Нейропластичность – это способность мозга формировать и реорганизовывать связи в ответ на обучение, новые переживания или травмы. Наш мозг физически меняется, реагируя на позитивные факторы (например, возможности для обучения) и негативные (например, трудное детство или стресс). Связи между нейронами называют мозговой проводкой. Объясняя, почему одни нервные клетки сопрягаются с другими и почему их связи могут пропадать, нейробиологи используют следующие выражения: «Нейроны, которые возбуждаются вместе, связываются друг с другом»; «Нейроны, утрачивающие синхронизацию, теряют связи». Когда вы учите гамму на рояле или запоминаете математическое равенство, вы буквально создаете набор новых нейронных связей. Этот процесс известен под названием синаптогенез.

Соседние нейроны тоже приходят на помощь. Если нейроны, находящиеся рядом с теми, которые непосредственно участвуют в выполнении обучающей задачи, не слишком заняты другими обязанностями, они тоже привлекаются к ее решению. В результате набор нейронов, вовлеченных в эту задачу, растет – как минимум на начальном этапе. Я говорю «на начальном этапе», потому что когда люди набираются опыта в конкретной области, то реальный объем мощности, который мозг выделяет на выполнение данной задачи, уменьшается. Отчасти поэтому при сканировании мозга специалиста и новичка, выполняющих одну и ту же задачу, кажется, что мозг второго освещен целиком: он работает намного усерднее, множество его отделов помогают справиться с новой нагрузкой. Напротив, мозг эксперта выглядит сравнительно спокойно; в нем происходит намного меньшая активность, в которую вовлечено меньше нейронов, даже несмотря на то, что специалист выполняет задачу лучше и быстрее, чем новичок [19] .

Теперь мы знаем, что «мозговая проводка» человека существенно меняется со временем – к добру или к худу. Преподаватель моей кафедры в MIT, Себастьян Сеунг, познакомил меня со способностями коннектома – полной структуры связей различных нейронов в мозге и нервной системе в целом. Проведя исследование с участием многих сотен людей, американские и тайваньские ученые выяснили, что в среднем мозг каждого человека более чем на 13 % отличается от того состояния, в котором он находился 100 дней назад [20] . Способность мозга перестраивать свои нейронные связи позволяет нам учиться и меняться даже во взрослом возрасте. Тем больше причин сделать ваш апгрейд целенаправленным: вы можете быть уверены, что изменения в вашей «проводке» будут происходить так, как хотите вы.

Обучение игре на музыкальном инструменте [21] или жонглированию [22] , запоминание наизусть схемы автомобильных дорог города [23] , подготовка к стандартизированным тестам по юриспруденции [24] и медицине [25] , прохождение разговорной психотерапии [26] – все это, как выяснилось, вызывает наблюдаемые физические изменения в мозге. Это говорит о том, что метаморфозы мозга более чем возможны.

Чтобы ответить на этот вопрос, нужно понять, как измеряется интеллектуальная продуктивность. Есть два способа: поведенческий и биологический.

Поведенческие тесты, которые я рекомендую использовать для экспериментов на себе, измеряют интеллектуальные способности (не культурные знания) и пригодны для многократного использования. Поскольку наша цель как нейрохакеров – использовать тесты для замеров своего прогресса, нам нужны такие, которые будут надежны даже при повторении, чтобы мы могли видеть различия в своей продуктивности с течением времени. (Если каждый раз, проходя тест, вы все лучше запоминаете его вопросы и привыкаете к ним, то высокий результат после многократного повторения не равен хорошим показателям в первый или второй раз. Нам нужно этого избежать.) Полезные тесты часто включают визуальные головоломки или игры. Я представлю вам сокращенные версии некоторых подобных заданий. Я выбрала те, которые можно проходить множество раз, чтобы вы могли оценить эффективность своих экспериментов. Подробнее мы поговорим о них во второй части этой книги.

Есть тесты, которыми я не рекомендую пользоваться. Например, многие популярные тесты на личностные качества и интеллект непригодны для повторного применения и культурно предвзяты. Некоторые опросники, предназначенные для определения интеллектуальных способностей, на самом деле измеряют культурные знания. В итоге можно получить обманчиво низкий результат просто из-за того, что вы не знаете терминологии. Например, вот один старый вопрос из SAT – теста, который во многом коррелирует с IQ-тестами и некогда отличался крайней культурной предвзятостью.

Рис. 1. Вопрос из IQ-теста [27]

В этом случае верный ответ – В: гребец – это спортсмен, который гребет, находясь в лодке, а регата – гонки яхт. Эти слова были привычны для высшего общества, но мало кому знакомы за его пределами. Поэтому их считают культурно предвзятыми. Такого рода тестов нам следует избегать.

Измерение физически заметных изменений в мозге, например, перестройки его электрической активности, вероятно, является будущим нейрохакинга. Недорогие переносные устройства для визуализации церебральной деятельности позволяют нам бросить взгляд в том направлении, в котором будет развиваться эта сфера, давая шанс осуществлять наблюдение за функционированием мозга в реальном времени. Томография мозга также применяется для диагностирования СДВГ; одобренный FDA [28] прибор позволяет педиатрам сравнивать мозговые волны их пациентов с мозговыми волнами детей, которым поставлен диагноз СДВГ [29] . Однако большинство биологических методов оценки интеллектуальной продуктивности медицинского уровня либо недостаточно совершенны, либо труднодоступны, чтобы применять их для нейрохакинга в домашних условиях. Так что на данный момент нам остается полагаться в основном на поведенческие тесты.

В этот момент вы, возможно, гадаете, как на самом деле выглядит конечная цель нейрохакинга – то есть прошедший апгрейд мозг. Он будет выглядеть по-разному у каждого человека. Вы ответственны за собственный апгрейд. Вы можете проводить самоэксперименты и решать, что считать оптимизацией вашей интеллектуальной продуктивности. Тот факт, что вы можете что-то изменить в себе, не означает, что вы обязательно должны это сделать.

«Нейроразнообразие» – модное словечко, с которым вы, наверное, знакомы: оно обозначает возникающее естественным путем разнообразие всех наших чудесно разных человеческих мозгов. Так же как есть потрясающее разнообразие цветов волос, кожи и глаз, существует немыслимое множество «биологических компьютеров», скрывающихся за нашими лицами. Индивидуальные различия в интеллектуальной продуктивности могут быть существенными: двух совершенно одинаковых мозгов не бывает даже у однояйцевых близнецов.