Чтение онлайн

— Ну, я не мог отказать себе доставить вам удовольствие нашим личным общением. — Безапелляционно оборвал начальник. — Невесомость приятна, к ней нужно лишь привыкнуть.

Роман не стал возражать, мысленно соорудив фак в ответ.

— К тому же, мы обсудим не только планы строительства двух новейших заводов.

Гигантский стафилококк занял свое привычное место за главным пультом. Нацедил из мензуроподобной бутыли тягучей зеленоватой жидкости с анисовым ароматом и толкнул конусообразный бокал без ножки своему собеседнику. Странная у них страсть к чистому абсенту. Роман приличия ради обмочил в пойле губы.

Ментор провел конечностями над дикобразом и колючки плавно изменили свой цвет на оранжевый.

— Я понимаю, — начал он, — насколько вам тяжело может даваться решение строить люмогенерационные заводы в густонаселенных обезь… Районах, — быстро поправился органический урод, и Ромке стоило больших сил проигнорировать такую оскорбительность. Суки.

— Вашу совесть должен облегчать тот факт, что строительство этих двух заводов утверждено на нашем Высшем Совете и ни вы, ни я, уже ничего изменить не сможем. — Жаба продолжала, как ни в чем не бывало. — Ваша лояльность — единственный путь к вашему выживанию. Я и лично про вас, Роман, говорю тоже. Мне почему-то хочется верить, что ваш разум окажется выше ваших комплексов и мы продолжим наше плодотворное сотрудничество.

Роман слушал, насупившись. В понятие "лояльность" не входит подобострастие на лице. А даже если бы и входило…

— Мы приготовили вам подарок, Роман, — продолжал задвигать урод, — вы слышали о программе триста шестьдесят пять?

— Единственное, что мне приходит в голову — столько дней в году… — Ромка разглядывал лицо напротив и с наслаждением представлял, как нехило было бы приложиться к ней справа бейсбольной битой.

— Это чудесная программа! — Ментор всплеснул в воздухе руками совсем, как человек. — Но для начала небольшой экскурс в эзотерику…

Свет по всему залу пригас, а вещатель оставался освещенным, будто на сцене.

— Как вам должно быть известно, Бог создал первого человека из глины по образу своему и подобию, вдохнул в него душу и отправил плодиться и размножаться. И дал ему женщину, созданную из ребра. Вы почему-то думаете, что из ребра вашего первого Адама… — Инопланетянин сделал паузу для эффектности. — А вот нет. Из собственного. С эзотерической точки зрения — женщина имеет божественное происхождение, пусть и не из мегаважной божественной детали. В этом всем очень много разных смыслов. Женщина воспроизводит вас, людей. Она вами и управляет. Вы, как слепые щенята тянетесь к ней, в начале — к матери, а потом в течение жизни переходите от одной рабовладелицы к другой, даже если ты лично, Роман, так и не думаешь. В такой схеме взаимоотношений скрыт логистический подвох, но вам, людишкам его нипочем не преодолеть. Как только вы начинаете терять волю, подчиняясь своей фемине — она пожирает вас, как паучиха. Потому, что задумка Бога была в другом. Вы дали женщинам чересчур большую свободу, прикрывая это идеей равенства. Хотя, о каком равенстве может идти речь, если она изначально имеет более высокое происхождение. Она давит на ваши внутренние рычаги и вы ничего не можете с этим поделать. И влиять на нее тоже не можете. У вас же равенство — а внутренние ее клавиши вам недоступны…

— Бред… — Роман тщательно пытался избежать деления на ноль в своем мозгу.

— Может быть. А может быть и нет. Но я продолжу, невзирая на ваше мнение, если вы позволите… — Ментор и вправду не обращал внимания на реплики Ромки, его речь была спокойной, словно у робота. — Соитие с женщиной имеет сакральный смысл. Вы соединяетесь с божественным началом, чтобы зародить новую жизнь. Для обладания женщиной вы строите свои планы на будущее, трудитесь для ее блага, завоевываете для нее, деретесь за нее с другими. Рождаете свои мысли, подчиняясь исходящим от нее флюидам. Попробуйте осознать, руководствуясь изложенными положениями, ранее известные вам факты. Эдипов комплекс, например… Или свою полигамность…

Деление на ноль-таки произошло, и не раз. Роман слушал, уставившись в одну точку, как загипнотизированный.

— Вы боитесь своих женщин, боитесь быть не выбранными. А будучи выбранными — комплексуете, что не сможете найти лучше, чем та, которая вас сейчас обуздала. И это замкнутый круг. Она манипулирует вами, повинуясь своему подсознанию. Оно ведь имеет божественное происхождение и женщине совсем не нужно задумываться. Все идет у нее изнутри. Для нее существует только две позиции — хочу или не хочу. Если хочу — нужен мужчина, который принесет ей то, что она хочет. И чем более она хороша — тем больше у нее таких рабов. Вы постоянно испытываете чувство вины по отношению к своей богине и это один из главных ее неосознанных рычагов. В комплекте с боязнью ее потерять — это страшное оружие.

Роман встряхнул головой и вышел из анабиоза. Что-то в этом всем есть. Он быстро прикинул сказанное на взаимоотношения своих отца и матери. И не нашел ни единого противоречия.

— Мрачноватую вы картинку нарисовали…

— Она была бы радужной, если бы вы давали своим женщинам правильное воспитание. Она бы двигала вас вперед, как и было задумано Богом. Но ваше общество избаловало своих самок. Они остаются детьми всю жизнь. Только хочу и не хочу. Ограничителем выступают лишь ее личностные качества, основными из которых являются генетические, по-просту — внешность. По-крайней мере — на начальном этапе вашего совместного танца. Так вот, Роман, мы предлагаем вам пройти программу триста шестьдесят пять. Вы правы — это ровно год. Каждый день вы будете обладать новой очень-очень хорошей женщиной…

— У вас тут, что — галактические бордель? — Роман расхохотался от такого оборота сюжета.

— Обладание женщиной за деньги — чистой воды фрустрация. Вы просто обманываете сами себя. Нет, здесь другое. Каждая из этих женщин, что начнут приходить к вам день за днем в течение года — будут искренне хотеть с вами соединиться.

— Они и так хотят со мной соединиться… — Роман вытянул ноги и смачно отхлебнул абсента.

— Да, ваш статус это предполагает. Особенно в вашем возрасте. Но зачастую, это та же покупка, что и, как вы выразились, в борделе, только более завуалированная. Нет, уважаемый помощник Центуриона, в нашей программе женщины будут хотеть соединиться именно с вами, невзирая на ваш социальный статус, деньги, автомобиль и тому подобные павлиньи перья. Они будут желать вас, Роман Алексеевич, вас сущего. По-настоящему и искренне, вы сразу почувствуете, о чем я говорю. Правда, только на одну ночь.

Роман залпом втянул в себя абсент досуха. Почему, интересно, он не принимает форму шара, невесомость ведь.

— Заманчиво… Даже если все остальное, сказанное вами, все-таки ваш инопланетный бред — все равно заманчиво. Только какой вам толк доставлять мне такой шоколад?

— Ну, с одной стороны, мы хотим отблагодарить вас за нынешнюю, а главное — будущую лояльность. С другой стороны — эта программа вас сильно изменит психологически. Вы избавитесь от многих комплексов. И взглянете на мир совершенно другими глазами. Вы целый год не будете им служить, исполняя ритуальные танцы. Впервые останетесь наедине с собой, со своей самостью. Это свобода. И гораздо большая, чем вы можете себе вообразить. Потом скажете спасибо.

Инопланетный сводник вновь махнул рукой над своим ежом и колючки, начиная от корней, выдавили из себя оранжевый цвет, сменив его ярко-синим свечением.

— Ну, и о планах строительства. Подготовительный период — год. Расчистка территории, подготовка инфраструктуры для жизни строителей. Доставка всех материалов. Через год — у нас будет спринт. Всего два года — два завода. Три земных оборота вокруг вашего светила откроют для человечества новую эру…

Сергей Михайлович возлежал на шелковых подушках и переключал каналы первого вещательного спутника. Первые полчаса он любовался собой в новостях то здесь, то там, потом ему это надоело. Может фильмец какой посмотреть. Вставать за чипом с трехмерной киношкой было мегалень и Центурион нащупал на подлокотнике кнопку связи с охраной.

— Колюнь, смотрю вот… — он бросил взгляд на голографический экран, — … Сто сорок пятый канал. Что за порнографию они гонят…

Показывали какое-то семейное ток-шоу, ведущий внимательно слушал стенания толстой дамы о нелегкой судьбе, сочувственно кивая ей головой.

— Пусть киношку задорную поставят. Ну, хоть "Двое на Марсе и луноход". Что ж за канитель на вечер глядя…

Через какую-то минуту, а может и меньше появилась заставка и приятная ведущая сообщила телезрителям о срочном изменении в программе вещания.