Чтение онлайн

Светало. Вот уже первые птицы проснулись. Стало ощутимо прохладнее. Или это меня колотить начинало, потому что Алана всё не было.

От нечего делать я попробовала глину. Она была странной консистенции, будто масляная. Возможно, именно поэтому она плохо смывалась. Потом я стояла у кромки воды и, не отрывая глаз, смотрела на ровную гладь, надеясь на чудо. А потому пропустила момент, когда мне под ноги метнулся тёмный комок. Не удержавшись, я взмахнула руками и рухнула в озеро, подняв фонтан брызг.

Вылетела на берег, обтирая лицо и костеря на чём свет стоит того, кто со мной так поступил. На берегу сидел той-гаюн и как ни в чём не бывало умывался лапой.

— Тойчик! — завизжала я, едва удержавшись от желания заняться «ногоприкладством» по некоторым пушистым задницам.

— Той-той-той, — заверещал мой питомиц, смотря на озеро.

Я развернулась. И ничего не увидела. Уже хотела возмутиться, решив, что той-гаюн отвлекает меня. Но неожиданно поверхность всколыхнулась. Я шагнула вперёд, стараясь разглядеть, что там происходит.

В следующее мгновение вынырнул Алан, поднимая фонтан брызг, и поплыл в мою сторону, таща за собой нечто крупное. Я бросилась к нему.

— Уйди, Даяна, — прохрипел он, подтягивая к берегу огромную тушу. Я вначале решила, что это тиверна, но потом поняла — ошиблась. Эта тварь ярко-зелёного цвета с оранжевыми полосами по бокам была раза в два больше, чем та, что я видела на границе. Скрюченные лапы с огромными чёрными когтями напоминали сабли наших соседей — такуров. Одна верхняя конечность отсутствовала, и вокруг неё расползалось по поверхности чернильное пятно. Я поняла, что это работа дрока. Из ощеренной пасти торчали крупные клыки. Не находись эта тварь в воде, Алан вряд ли бы смог подтащить такую тушу.

— Тебе помочь? — заметалась я, ища, во что бы вцепиться.

— Набирай кровь, Даяна, — напомнил мужчина, для чего мы здесь.

Я метнулась к камню, где сидела. Наклонилась, чтобы поднять клинок и чашку, и услышала ещё один характерный всплеск и звериный рёв.

А дальше всё было как в страшном сне. Из глубин поднялась вторая сакурата и бросилась к Алану, занося для удара свои убийственные когти. Мне она показалась настоящей громадиной. Время будто замедлило свой ход. Тойчик растянувшись тёмной массой, метнулся к монстру и залепил глаза. Резко наклонившись, подняла свой меч. Я не успевала! У меня был только один шанс — второго сакурата не предоставит. А потому просто швырнула оружие подобно дротику в чудище, за благо сил в моих руках, таскающих больных, было предостаточно.

Он вошёл точно между двумя лапами в оранжевое пятно на груди сакураты. Окрестности вздрогнули от звериного рёва. Тварь покачнулась и стала заваливаться прямо на Алана. Он попытался увернуться в сторону, но немного не рассчитал и огромные когти, падающего чудища полоснули спину.

Я бросилась к дроку.

— Алан!

— Хороший удар, Даяна, — улыбнулся он и рухнул на тушу убитой им сакураты.

Из разрезанных ран хлынула ярко-красная кровь, перемешиваясь в воде с чернильной. Я взвыла. Схватив дрока подмышки, я потянула на берег. На то, что мужчина обнажённый, я не обращала никакого внимания. Не до того мне сейчас было. Руки скользили по грязному телу, но я справилась.

— Только не вздумай умереть, дрок, — шипела я сквозь зубы, только чтобы что-нибудь говорить и не впасть в панику, которую я не могла себе позволить.

Кое-как вытащив его, я уставилась на порезы. Потом резко встала, и не смотря больше на раненого мужчину, направилась к той туше, что недавно рухнула, сражённая моим мечом. И только здесь вспомнила о той-гаюне, что фактически спас нам двоим жизнь.

— Тойчик! — кликнула я своего питомца и, не обнаружив его на берегу, бросилась в воду к морде сакураты. Мой той-гаюн оказался в воде, придавленный головой тиверны.

Вытащив друга, вновь ставшего «котом», я быстро осмотрела тельце. Ран, к моей радости, не обнаружила, а потому не очень вежливо потрясла его вниз головой. Через две минуты мой «кот» сделал вдох и обдал меня ядрёной вонью.

— Тойчик! — взвыла я. — А это-то зачем?

Положив вредного той-гаюна недалеко от дрока, я побежала за клинком и чашкой, а потом сразу к валяющимся в воде тушам. Мне нужна была их кровь. Пробить кожу на спине монстра с одного удара не получилось, но со второго удалось, и я набрала тёмной субстанции почти до краёв.

— Прости, Алан, но мне сейчас надо срочно сделать противоядие, — пробурчала я, стараясь не смотреть на дрока, а то никуда не уйду. Нужно было быстро изготовить противоядие, пока кровь этой твари не стала менять свойства, а для этого требовался огонь и саквояж, оставшийся возле раненого Люка. Чтобы заполучить и то и другое, мне было необходимо попасть к хижине. Выругавшись, что я не удосужилась уточнить, в какой она стороне, я быстро осмотрелась и обнаружила убегающую в чащу натоптанную тропинку. Бегом припустила по едва виднеющейся тропке, стараясь не расплескать ценную жидкость.

На моё счастье, она привела меня куда надо. Люк был всё в том же бессознательном состоянии. Но хуже за время нашего отсутствия ему не стало. И это обстоятельство меня обнадёжило. Не теряя времени, я занялась приготовлением противоядия. Похвалила себя за предусмотрительность — все нужные ингредиенты у меня были с собой.

Дрова оказались недалеко от уличной печи, так что растопить её не составило труда. Немного порывшись в хижине, я раздобыла вполне приличный котелок. Вылила в него кровь, добавила несколько капель масла из семян торопника ежистого, ложку зелья долголетия, вылила полпузырька настоя из листьев полуденной полунницы. Это было очень редкое растение, которое я нашла, когда была на практике в горных районах границы у старой травницы. Проговаривая все ингредиенты вслух, чтобы не сбиться или чего-нибудь не забыть, ждала, когда полученный состав закипит. Тогда его надо было быстро снять с огня и капнуть в туда сок южного растения иксиломатии, которое также хорошо помогало и при аллергии.

Пока варила противоядие, старалась ни о чём не думать, а как только сдвинула в сторону, мысли накинулись на меня встревоженным роем: вдруг не получилось, что мне тогда делать, а как его можно проверить, а если я что-то забыла?

Однако предаваться стенаниям времени не было. У меня на берегу истекал кровью Алан. Вернувшись в хижину, я на свой страх и риск капнула несколько капель готового противоядия Люку в рот и, подхватив саквояж, понеслась по тропинке к озеру.

Прибежав на берег, я в удивление огляделась. Алана нигде не было, зато кровавая дорожка прекрасно указывала на то, куда он исчез. Я побежала по следам и нашла его под кустом раскидистого орешника. Обругав дрока за самоуправство — мог бы от воды не уползать, а то мне теперь бегать придётся — я принялась за обработку ран.

Делать надо было всё быстро, потому носиться от берега к орешнику и назад мне пришлось немало. Но я справилась. Всего его мыть не стала, только спину и шею пока оттёрла.

Обработав рану и влив противоядие в рот, я присела на минутку рядом с Аланом — передохнуть. И заснула. Очнулась от тихого стона.

— Алан? — наклонилась я над мужчиной. — Ты как?

Но ответом мне была тишина, если дрок и приходил в себя, то лишь на короткий миг. Зато мой той-гаюн вполне оправился и теперь скакал по берегу, охотясь на крупных стрекоз и, с громким жужжанием пролетающих над землёй, жуков.