Чтение онлайн

Там, где они, всегда успех…'

Дюша, сидевший рядом, заметил моё резко приподнявшееся настроение:

— Ты чё такой довольный? Колись, давай?

Я наклонился к его уху и вполголоса пропел припев песенки. Друг громко рассмеялся, но это было уже не критично, так как собрание к этому времени уже закончилось. Все стали расходиться, а мы с Дюшей запели песню про неугомонных бурундучков. Кто из нас был Чип, а кто Дейл, было неважно. Мы веселились и, глядя на нас поющих, стали и другие члены команды улыбаться, а братья Березуцкие и Павлюченко даже подпевать.

В скором времени мы отправились в аэропорт Франкфурта-на-Майне. Там я по-быстрому отлучился вместе с Александровым и приобрёл для Лены крепкий кожаный рюкзак для учёбы фирмы «Coach» с принтом лошадки, впряжённой в карету. Я помнил, как она увидела такой в витрине магазина и очень хотела купить, но всё времени не было. Потом нашёл пенал для канцелярии от «Swarovski» и вместительную кружку-термос с крепкой, завинчивающейся крышкой. Будет на занятия с собой чай брать. А напоследок приобрёл набор закладок для книги с фотографиями игроков сборной России. Хоть многие и говорят, что лучший подарок это бриллиант, но любовь измеряется не деньгами, а вниманием.

Я всё больше понимал, насколько мне повезло с Леной. Быть женой футболиста тяжело. Но быть женой известного футболиста — тяжело вдвойне. Многие видят только глянцевую сторону жизни. А ведь это совсем не так. Футболист зарабатывает, пока играет. А сколько спортсменов получают травмы и уходят в никуда?

Моей жене приходилось каждый день держать себя в тонусе — накрашенное лицо, причёска, модный наряд. Ведь к ней было приковано даже больше внимания, чем ко мне. Плюс, Лене приходилось ещё и обо мне заботиться. А это очень тяжело и психологически, и физически. Ведь иногда хочется просто продрыхнуть в постели весь день, обожраться чем-нибудь вредным и поплевать в потолок, тупо пялясь в телевизор. Но нельзя. Положение не только даёт привилегии, но и загоняет в жёсткие рамки.

На борту самолёта нас тепло встретили и персонал аэробуса пожелал нам удачи с итальянцами. Перелёт до Гамбурга прошёл буднично. Казалось, только поднялись в небо, а уже идём на посадку. В отель мы заселились в восьмом часу вечера.

Я заранее договорился с Ириной и ужин нам принесли в номер. Жаль, что свечи нельзя было зажечь, сразу бы сработала противопожарная сигнализация. Но Лена и так была очень рада возможности побыть вдвоём и остаток вечера прошёл в романтической обстановке. Увидев подарки, она даже слезу пустила, а я почувствовал себя последней сволочью.

Тяжело девчонке, когда я только о своём футболе и думаю. А ведь она и свадьбу на себя взвалила, и поступление в Манчестерский Университет, и с моим будущим «Институтом Физкультуры» переговоры ведёт, и дом на Мальорке «строит»… И ей всего восемнадцать лет!

От Лены я узнал, что Анна Петровна купила пятикомнатную квартиру в Дюхином доме. Сейчас занимается ремонтом и покупкой мебели.

— Саш, мама хотела бы и дом в Звенигороде выкупить у сестры. Там ТАКОЙ сад! У неё муж в питомнике работал, так все деревья и кусты сортовые. Немного пройдёшь и уже речка. Так жалко чужим людям отдавать. Да и Звенигород скоро войдёт в состав Одинцово и от Москвы недалеко.

— Конечно, пусть покупает. Будет её дачей. Хоть будет место, где можно шашлычки пожарить.

Ночью мы с женой подскочили от резкого шума, будто что-то взорвалось. Пока Лена включала свет, я схватил телефон. На экране высветились цифры — 2:17. Я накинул халат и выглянул в коридор, но там было всё тихо и спокойно. Лена догадалась подойти к окну и, осторожно отодвинув шторку, позвала меня. В ночном небе искрился фейерверк. Неужели у местных жителей какой-то праздник?! У нас же завтра важная игра, а они во всю куражатся. Само окно было откинуто на узкую щель. Я специально оставил его в таком положении для проветривания, поэтому мы и услышали шум взрывающихся петард. Я закрыл окно и плотно задёрнул штору. Легли в постель, обнялись и почти сразу же ушли в царство Морфея. Даже не пришлось считать баранов и овец.

Утром, несмотря на ночное приключение, мы проснулись совершенно выспавшимися. Вот, что значит хорошо провести время вдвоём. Было настолько хорошо, что не хотелось думать о предстоящей игре с Италией.

Сегодня мы решили завтракать в ресторане отеля. Узнали, что фейерверк запустили тиффози. Они хотели помешать нам выспаться. Однако итальянцы просчитались, наши номера были звукоизолированными и почти все представители сборной даже ничего не услышали. Возле отеля сотрудниками полиции были задержаны около сорока итальянских туристов в сильном алкогольном опьянении. Ну, это и понятно, в здравом уме на такие «подвиги» решится не каждый. Надеюсь, этих хулиганов продержат в полицейском участке очень долго и они не смогут поддержать свою сборную этим вечером.

После завтрака, я в составе команды, отправился на стадион «AOL Arena», на котором я уже играл в августе 2005 года. Моя «Валенсия» тогда билась с местным «Гамбургом» в финале кубка Интертото. Та встреча закончилась со счётом 1:1. Я вышел на замену во втором тайме и забил красивейший гол, который нам потом помог выйти в отборочный турнир кубка УЕФА. Я стал разглядывать пока пустые трибуны стадиона. Это спортивное сооружение вмещало пятьдесят семь тысяч зрителей и было разделено на два яруса. Эта арена смотрелась бесподобно. Возможно, причиной этого были сиденья светло-синего цвета, которые придавали стадиону эффект небесной чистоты и умиротворения. А в сочетании с зелёным газоном, смотрелось просто изумительно. Глядя на всё это, мне хотелось сесть посредине идеального газона, закрыть глаза и медитировать.

— Что, нравиться? — видя моё восхищение, спросил подошедший Бородюк.

— Да, Генрихович, классно смотрится. Я как только вышел на поле, мне сразу же стало здесь уютно. Эта арена для меня счастливая. Я здесь в еврокубке гол забил. Думаю, вечером у нас всё получится. По-любому, надерём задницу этим итальяшкам, — засмеялся я.

Александр Генрихович меня по-отцовски приобнял и ненадолго задумался.

— А ты знаешь, я когда в Германии играл, часто на встречи с «Гамбургом» сюда приезжал, — тренер посмотрел оценивающе по сторонам и продолжил. — Тогда здесь был другой стадион. Совсем не похож на этот. Он вмещал гораздо больше зрителей, да и развёрнут был с севера на юг. Когда я вернулся в Россию, старый стадион полностью снесли, а весной 1998 года здесь уже появился этот красавец.

Бородюк замолчал. Каждый думал о своём.

— Саня, — вдруг начал Бородюк. — А я ведь на этом старом стадионе никогда не выигрывал. Помню, однажды сыграли вничью, а остальные матчи мой клуб проигрывал «динозаврам». Это прозвище было такое у местного клуба, — усмехнулся мужчина. — Надеюсь, сегодня мы выиграем и этот стадион тоже станет для меня счастливым.

— Получается, и я здесь не выигрывал. Ну, мы это обязательно сегодня исправим. Для этого надо, всего лишь, обыграть какую-то Италию. Пустяки! Правда, Генрихович?

Бородюк засмеялся и похлопал меня по спине.

— Ладно, победитель, иди к остальным. Сейчас лёгкую пробежку сделаем, а потом «стандарты» начнём отрабатывать. Как там твоя рука?

— Честно? Синяк меньше, только когда пальцами двигаешь, то болит. Но терпимо. Так что не волнуйтесь, всё будет пучком.

Тренировка продлилась от силы минут сорок. Даже вспотеть толком не успели. После обеда был «тихий час» и я даже успел немного вздремнуть. После лёгкого перекуса, всю команду собрали в большом зале, где присутствовали Мутко с Фетисовым. Да, уж… сейчас начнётся! И действительно, сразу после «лекции» Юрия Павловича, началась «политинформация» от спортивных чиновников. Я с отрешённым видом слушал весь этот бред о патриотизме, а в конце выступления глава РФС нас и «пряником» поманил.