Чтение онлайн

Неужели прогнозы Паулы оправдаются? Ведь в реале именно эта команда и выиграла чемпионат мира. Я поднял голову на трибуны и чуть с кресла не свалился. Кто-то из российских болельщиков изготовил плакат «С нами Граф Дракула!». Я усмехнулся. По мне, это уже явный перебор. Это всё фильм о Дозорах с его вампирами и оборотнями. Вот выйду на поле и заявлю на камеру: «Всем выйти из сумрака!».

Игра продолжалась и на десятой минуте Каморанези с двадцати метров пробил рядом со штангой. А спустя две минуты Дзамбротта сместился с правого фланга в центр, продвинулся к линии штрафной и нанёс просто нереально мощный удар в нижний угол, прямо впритирку со штангой. Не знаю как, но гений Акинфеев, каким-то чудом «вытащил» мяч и перевёл его на угловой. До середины первого тайма итальянцы продолжали доминировать на поле, в то время как мои партнёры не провели ни одной осмысленной атаки.

Сёмин находился в такой прострации, что даже сидеть уже не мог. Он подхватился и стал нервно ходить вдоль бровки, пытаясь внести в нашу игру хоть какую-то осмысленность. Но я буду честен — «синие» нас переигрывали и в скорости, и в принятии решений. Ребята просто стояли на своей половине поля и пытались обороняться. Всё! Пока у них это с горем пополам получалось, а что будет потом? Про атаку я, вообще, промолчу. Сашка Кержаков, конечно, пытался цепляться за мяч, но… Паула была права — один в поле не воин.

Прошло ещё около десяти минут и до Сёмина, наконец-то, дошло, что на поле нужно что-то менять. Он подошёл к Бородюку и отдал какие-то указания.

— Саня, срочно разминайся. Меняешь Быстрова. Давай, — хлопнул меня по правому плечу Генрихович и я, не веря услышанному, тут же убежал разминаться.

С моим появлением трибуны ожили и начали скандировать: «Граф! Граф!». Я поднял правую руку в приветствие и болельщики ещё больше загомонили. В том месте, где я разминался, мяч ушёл в аут. Я подхватил «круглого» и, немного пожонглировав на камеру, подкинул его за спину и пяткой отдал мяч в руки Андреа Пирло. Итальянец улыбнулся, а болельщики аж захлебнулись в аплодисментах моему трюку с мячом. Бельгиец не выдержал этого цирка и, подбежав к бровке, сделал мне замечание на английском. Я прижал руку к груди и покаянно кивнул, соглашаясь с арбитром. Подумаешь, немного похулиганил, да публику повеселил.

Когда заканчивал разминаться, то наши, к моему большому удивлению, перешли в контрнаступление. Билялетдинов помчался по дальнему флангу, вошёл в штрафную и, дождавшись Кержакова, прострелил на линию вратарской. Саня в одно касание пробил по калитке… но мяч пролетел на пару сантиметров выше ворот. Кержаков, как и болельщики, схватился за голову и стал непонимающе оглядываться. Эх, Саня, Саня… А ведь сейчас ты мог нас сильно выручить. Увы…

Я прибежал в техническую зону и под руладу матершинных слов, исходящих от Юрия Павловича, начал быстро переодеваться. Всё, я «Готовченко», стою на бровке и жду паузу в матче. Наконец, арбитр останавливает игру из-за фола итальянцев против Алдонина. Это Гаттузо совершенно нелепо въехал в центре поля в голеностоп Жеки. Андрей Викентьевич с Вадимом тут же помчались оказывать помощь, а бельгиец показал первый в матче «горчичник». Гаттузо пытался оспорить данное решение арбитра, но его быстро увели от греха подальше свои же партнёры.

Гришанов показывает руками замену и Сёмин отдаёт Димке Лоськову указание срочно разминаться и готовиться выйти на поле. Такой поворот событий развернул планы тренерского штаба на сто восемьдесят градусов. После того, как хромающего Женьку увели с поля, я выбежал вместо него. На табло горела уже сорок третья минута. С учётом компенсированного времени, мне останется сыграть всего четыре-пять минут. Вот, почему не выпустили меня пораньше? Эх, Семён Семёныч!

Трибуны радовались моему выходу, как глотку воды в знойный день, а я бежал к месту нарушения и думал лишь о будущей стратегии. Всё было не просто плохо, а катастрофично. Сборная держалась только благодаря непробиваемой защите. Хоть в этом Сёмин поступил умно.

Смертин разыгрывает штрафной и мяч уходит на Билялетдинова. Динияр, не видя продолжения развития атаки, тут же отдаёт длинный пас нашему вратарю. Ну, вот почему, он так не уверен? Можно же было отдать пас мне.

Итальянцы начали прессинговать нас по всему полю. Игнашевич выбивает мяч на чужую половину поля. В борьбе с Барцальи, Кержаков получает удар локтем в голову. Бельгиец фиксирует нарушение, но предупреждение «макароннику» не выносит. Ну, что сказать? Фол тянул на жёлтую карточку, но в этом эпизоде итальянцам просто повезло.

В этой паузе Лоськов меняет Быстрова, а я побежал в штрафную соперника. До ворот было около тридцати пяти метров. Лоськов делает навес на одиннадцатиметровую отметку. Игнашевич оказался первым на мяче и тут же скинул головой на Кержакова. Саня попытался обработать мяч грудью и пробить по воротам, но, видимо, занервничал и мяч попал ему в руку. Арбитр не зевал и этот момент видел. Бельгиец останавливает встречу. Сашка начал спорить с бельгийцем и объяснять, что мяч задел только его плечо. Однако аргументы Кержакова были арбитру до одного места. Хорошо ещё, что «горчичником» не наградил.

Пирло торопится ввести мяч в игру и делает дальний заброс на правый фланг. Тони у Дюхи мастерски выиграл верховую борьбу и тут же попытался продвинуться в нашу штрафную. Но мой друг его всё-таки догнал и распластался в опасном подкате, выбив мяч в аут, при этом неудачно задев ногу «макаронника». Лука тут же с криком упал на газон и начал корчится от боли. Знаем, мы это уже проходили. Сейчас встанет и побежит, как ни в чём не бывало. Ох, уж эти актёры!

Дюха получил заслуженное предупреждение. Все понимали, назревает весьма опасный штрафной. До ворот всего восемнадцать метров. Я встал в «стенку» и оказался крайним справа. К мячу подошли Пирло и Тотти. Оба игрока совершенно мастерски пробивают штрафные. Акинфеев начал отдавать указания Игнашевичу и двигать «стенку». Мы сместились вправо аж на полтора метра и стали ждать розыгрыш штрафного. Итальянские болельщики орали, словно ужаленные. Они просили свою команду забить гол.

— Vai goal! Vai goal! — эти крики аж по ушам били.

И тут я вспомнил, что в будущем стали класть игрока позади «стенки». Это на тот случай, если игроки подпрыгнут, а мяч будет пущен низом. Лучше перестраховаться и пожертвовать одним игроком, чем рисковать. Поэтому я подозвал Дюху и быстро объяснил ему задачу. Друг согласился без проблем и тут же упал на траву спиной к бьющим. Это он правильно мыслит. А то, не дай Бог, мяч угодит в руку и тогда нас будет ожидать уже пенальти.

Раздался свисток бельгийца. Тотти пробежал мимо мяча, а Пирло закрутил с правой ноги. Я выпрыгнул и увидел, что мяч летит прямо на меня. Ещё успел прижать подбородок к груди и закрыть глаза. Тут же получил ощутимый удар в левое предплечье. Приземляюсь на газон и падаю на четвереньки. Вот же, зараза! У Пирло удар, как по наковальне. Снова страдает моя левая рука. Хорошо, что удар пришёлся по касательной и это не пенальти. Мяч уходит на угловой. Однако, использовать «стандарт» итальянцы не успевают. Раздаётся свисток об окончании первого тайма. Ко мне подошли уставшие ребята и поинтересовались моим состоянием. С помощью Дюши я поднимаюсь на ноги и перед моими глазами появляются наши врачи. Быстро же они бегают.

— Викентьевич, да всё нормально. Рука только побаливает, — начинаю пояснять.

— Саня, не учи меня делать мою работу и я не скажу куда тебе идти. Давай аккуратно осмотрим твою руку и только тогда поймём, что с ней, — отвечает Гришанов и ставит свой чемоданчик на траву рядом со мной.

Команда уходит в раздевалку, а я остаюсь с медиками на поле. Врач согнул и разогнул руку в локте, покрутил кисть, попросил сжать левой рукой его пальцы. Да не один раз, а несколько. Видимо, его что-то серьёзно насторожило.

— Ох, не нравится мне эта травма, — подытожил он осмотр. — Короче, после игры тебя ожидает очередное МРТ.

— МРТ так МРТ. Только на поле выпускайте.

Я взял бутылку воды и полностью вылил её себе на голову. Затем, правой рукой собрал свои длинные волосы в ладонь и уложил их назад. Как же мне надоели эти пакли! После Мундиаля обязательно их укорочу. И плевать мне на контракты с «Nike» и с «Zara». Сделаю себе короткую модельную стрижку, как у Морозова в его последние годы жизни. Кажется, она «фейд» называется? Если ему нравилось, то и мне подойдёт. Стану законодателем новой моды в мужских причёсках.