Чтение онлайн

— Сеньор Антонио, я бы хотел посоветоваться. Можно ли подарить этот прибор жителям Валенсии? Это не будет слишком вызывающе? — неуверенно поинтересовался я.

— Отличная идея, Алекс! Это можно сделать в последний день твоего пребывания в клубе, во время проведения июльской ярмарки. Я немедленно свяжусь с представителями компаний. Им эта идея придётся по вкусу. Не могу дождаться увидеть тебя на поле. Удачи тебе, Танке!

Всю атмосферу предстоящего финала я ощутил только тогда, когда наш автобус стал подъезжать к стадиону. Господи, сколько же тут людей! Наши болельщики снова облачились в тельняшки. Наверное, после этого Мундиаля, это станет основным атрибутом русских болельщиков. Хорошо, если так. Особенно прикольно тельняшки смотрелись в паре с кокошником на бородатых мужиках в возрасте.

Российские флаги, шарфы, шарики, шлемофоны с заячьими ушами… Наш автобус встречали «Катюшей», а какие-то мужчины организовались в десяток аккордеонистов. К восторгу окружающих они мастерски играли «Прощание славянки». Четыре мужика нацепили на себя картонный макет танка Т-34 и расстреливали из ствола льва. Я знал, что самих россиян на стадионе в финале будет немного, не достались им билеты. Но здесь, видимо, собрались все те, кто приходил на наши тренировки несколькими днями ранее. Местные власти сообразили поставить два огромных экрана, куда будет транслироваться игра. Если все эти болельщики заорут, то они точно перекричат стадион, а то и весь Берлин. Наблюдая этот цирк, я даже забыл, что наша сборная здесь главное блюдо, настолько всё это было сюрреалистично.

В подтрибунном помещении я наткнулся на бегущего Тимати. Насколько я знал, он с Камилой должны выступать перед началом матча на церемонии закрытия Мундиаля. От него я узнал, что в перерыве встречи выступит испанский тенор Пласидо Доминго, а группа «II Divo», исполнит официальный гимн чемпионата мира «The Time of Our Lives». Толком пообщаться не получилось, поэтому договорились сразу после игры встретиться в нашем отеле. Заодно, наконец-то, познакомлю его с Дюхой. Вот у кого радости полные штаны будут! Хотел уже бежать в раздевалку, как в вестибюле встретил своего агента в компании Кике и президента «Валенсии» сеньора Солера. Пришлось тоже немного задержаться и уделить внимание испанцам.

На предматчевой разминке я успел немного пообщаться с Руни. Ну, как пообщаться? Перекинулись парой фраз, ведь на нас были направлены камеры. А то скажут потом, что мы договорились «слить» игру. Мы обменялись футболками и, уже уходя с поля, я ему крикнул:

— Я тебя прекрасно понимаю Уэйни! Ты ведь потом можешь продать мою майку на аукционе. Футболка победителя много денег соберёт. Надеюсь, ты их потратишь на благотворительность?

Англичанин, улыбаясь, покачал головой и поднял большой палец вверх. Хороший он парень, раз понимает шутки.

Перед выходом на поле, я сидел в раздевалке и слушал мотивационный спич Сёмина. Когда тренер закончил свою речь, я у него спросил:

— Юрий Палыч, разрешите сказать пару слов парням?

Получив утвердительный кивок тренера, я вышел к столу, который стоял посередине комнаты:

— Ребята, мы все большие молодцы. Обязательно помните об этом на поле. Мы уже сделали невозможное и вышли в финал. Золото Мундиаля нужно и нам, и англичанам, поэтому сегодня на поле будет настоящая битва. Но она будет длиться всего девяносто минут. Поэтому, давайте покажем родоначальникам футбола, что и русские зайцы разбираются в этой игре, — замолчав, я не торопясь оглядел всех присутствующих, а затем, вздохнув, добавил. — Я Познеру обещал привезти кубок, не подведите меня.

Несколько секунд все «вкуривали» мой юмор, а потом раздевалку заполнил такой хохот, что задрожали стены. Сёмин, вытирая слёзы, наклонился ко мне:

— Так ты ради Познера сюда приехал?!

— Ну, да. Как говорится, пацан сказал — пацан сделал, — с юношеским максимализмом отпарировал я.

— Когда завоюем кубок, то обязательно назовём его «кубком Познера», — вставил свои три копейки мой друг.

Когда все успокоились, Юрий Павлович сказал:

— Так, ребята, давайте-ка присядем на дорожку.

Мы сели на свои места и в помещении раздевалки наступила абсолютная тишина. Стало слышно, как летает муха под потолком. Спустя секунд двадцать, Сёмин добавил:

— С богом, парни. — и, уже никого не стесняясь, тренер перекрестился сам, а потом перекрестил нас. — Вперёд, за победой! Ни пуха, ни пера!

— К чёрту! — хором ответили мы и потянулись на выход.

Если честно, то я ожидал, что перед матчем к нам заявится Путин со свитой, который толкнёт торжественную речь и тому подобное. Но даже попрыгунчика Мутко не было видно. Только Сёмин и мы. Видимо решили, что уж, если всегда спокойный Граф полез с утра на стены, то лучше на нас не давить.

Выходили мы на поле в сопровождении детей. Мне достался вихрастый мальчишка лет десяти, который всё пытался у меня что-то спросить на местном языке. В ответ я лишь улыбался и пожимал плечами, давая ему понять, что язык великого фон Гёте мне не известен.

Увидев выходящих футболистов, стадион загудел. Я сразу поднял свободную руку и начал приветствовать ею болельщиков, которые в ответ стали с остервенением размахивать флагами и шарфами. Ликование продолжилось до того момента, пока не заиграл государственный гимн Великобритании. Во время исполнения торжественной песни я разглядывал трибуны Олимпийского стадиона. Невооружённым взглядом было видно, что наших болельщиков маловато. Но они все были в тельняшках. Бросил быстрый взгляд на ложу для почётных гостей, которая располагалась в центральной зоне стадиона. Сеньор Антонио стоял в окружении первых лиц европейских держав. По левую руку находился принц Испании Филипп VI с супругой, а по правую — английская делегация, решившая посетить финальную встречу. Мухаммада с женой и сыном разместили рядом с принцами. Рядом с Президентом стоял Иванов, ещё какой-то незнакомый мужчина в военной форме, Фетисов, а рядом… я даже глаза хотел протереть… стояли Александров с Леной. Вот это да! Я даже не знал, что их места будут рядом с Президентом России. Попытался найти сестру с племянником, но тут заиграл гимн Российской Федерации. Мы обнялись и стали его петь.

После исполнения российского гимна, я поприветствовал игроков английской команды, после чего не торопясь пошёл на свою позицию. Аргентинский арбитр стоял в центральном круге и поглядывал на наручные часы, выжидая последние секунды до начала встречи. Сегодня розыгрыш мяча с центра поля достался англичанам. Дэвид Бекхэм был более удачлив Лёхи Смертина. Наконец-то, раздался долгожданный свисток, сигнализирующий о начале финального матча. Стадион моментально взорвался оглушительными криками радости. Футбольный праздник для миллионов поклонников игры, наконец-то, начался.

Британцы не спешили атаковать наши ворота, первые минуты они держали мяч на своей половине поля. Присматривались к нам. Но я знал, насколько всё это обманчиво, ведь англичане всегда славились своими молниеносными атаками. Казалось, что всё было спокойно и тихо, как вдруг Бекхэм диагональной передачей стремительно перевёл мяч на правый фланг. Майкл Оуэн тут же устремился к мячу, но завладеть им у него не получилось. Дюха на долю секунды, но всё-таки опередил англичанина и, после обработки мяча, отдал его на Игнашевича. Увидев рывок Павлюченко, Сергей без раздумий выстрелил в направление нападающего. Ускорившись, я побежал по бровке, наблюдая, как Роман выигрывает верховую борьбу у Джеррарда. Прибавив ещё скорости, жду пас между защитниками, который выведет меня один на один к воротам. Делаю шаг и оказываюсь почти на одной линии с соперниками. Ещё шаг и мяч скользит по траве. Красавчик, Романыч! Делаю пару шагов и мяч оказывается у меня в ногах. До ворот около тридцати метров. Болельщики, в предвкушении опасной атаки, загудели. Пол Робинсон выбегает из штрафной и несётся на меня. Вот это ты зря делаешь. Пробежав около пяти метров, я подсекаю круглого, направляя его в створ ворот. Британский голкипер пытается дотянуться, но безуспешно. Провожаю взглядом полёт мяча, который, опускаясь перед лицевой линией, отскакивает от газона в ворота. Гол! Я не верю своим глазам! Я забил долгожданный четырнадцатый гол! Эмоции меня переполняют! Мне кажется, что я сейчас просто взорвусь!

Трибуны восторженно ревут, а я бегу к ближайшей телевизионной камере, подбежав к которой ору на английском: «Привет Фонтену!». Оборачиваюсь на поле и вдруг замечаю поднятую руку аргентинца, потом смотрю на линейного арбитра, который держит поднятый флажок и начинаю закипать. Да не было там положения вне игры. Не было! Я же специально следил за положением англичан. Да и не только я. Представляю, что творится у телевизоров. Смертин с Павлюченко подбежали к главному арбитру, а я к его помощнику.