Чтение онлайн

— Это-сь из-за нехо такой кипишь, ась?

— Да из-за него, Вано, — ответила Анхель, смотря на Мичуля сверху вниз. — Но, будь так любезен, когда вступаешь в смену, не забывай ознакомиться с переданными тебе поручениями и не игнорируй те, что были поручены тебе в течение рабочего времени. Ты меня услышал?

— Ну, тык ять и следую инструкциям и соблюдаю их всегдась, хозяюшка, — несколько сконфужено ответил Вано, выпрямляясь, насколько позволяло ему его тело, — И ведь вы можёте быть не вы!

— А на что тебе твоя интуиция и логическое мышление, а? — раздражённо сказала Анхель, подойдя к подчинённому и несколько раз тыкнув его в плечо, так что он отшатнулся.

— Да понял-то, понял! — недовольно пропищал Вано, отмахиваясь. Он обошёл Анхель и, подойдя вплотную к Дэвиду, начал осматривать его снизу вверх. С многозначительным «Хо», он снял с себя защитный колпак, и Шепард увидел перед собой голову, очень похожую на крупную картофелину. Сероватая кожа, маленькие серенькие глазки, грубый большой нос, толстые губы и никакого намёка на волосяной покров, в том числе на брови и ресницы. Мичуля начал ходить вокруг Дэвида, дёргая себя за одинокую бородавку, росшую у него на кончике рыхлого тупого подбородка. Его манера бурчать себе под нос вызвало у Дэвида странную ассоциацию. Будто учёный жевал и пережёвывал язык вместе с зубами и гландами, время от времени проглатывая и выплёвывая их обратно. От этого видения Дэвид почувствовал, как по его спине пробежали мурашки, и он невольно сглотнул. Шепард непонимающе посмотрел на Анхель, но та медленно и отрицательно крутанула головой. Наконец, после десятого круга, Вано остановился, недовольно сморщился, и то ли чихнув, то ли фыркнув, повернулся к Сине, язвительно спросив её:

— И усё?

— Что значит «усё»? — темнее на глазах, сквозь зубы, переспросила Анхель. — Тебе сказано: это не простой человек. Его Лицензия созревает уже три недели, и ты должен был хотя бы раз да и увидеть по этому поводу отчёты. Только не говори мне, что ты их и в глаза не замечал!

— Чё мне эти буковки! На чё мне мои зенки то? Сам всё проверкаю и, если надо, настучу по ушам проверяющим, — буркнул Вано, проходя мимо Анхель и направляясь в сторону золотого полумрака. Сина поманила Дэвиду за собой раздражённым кивком.

Не успел он пройти и десятка метров, как стена, справа от него, сменилась длинным окном из очень толстого матового стекла. За ним мир был затуманен и неточен, но Шепард смог различить множество цилиндров, испускавших золотой свет. Между ними бродили жёлтые тени, державшие перед собой нечто прямоугольное и тонкое. Дэвид остановился и хотел получше разглядеть этот мир, но его окликнула Анхель. Её почти полностью поглотил жёлтый полумрак:

— Ты ещё успеешь увидеть, что там, но чуть позже.

Дэвид нехотя повернулся и также растворился в золоте. Однако пребывание в нём было недолгим. Лишь странное покалывание и ещё более усилившее стрекотание со всех сторон, а после более привычный сумрак плохо освещённого помещения, обставленного множеством измерительной техники, мониторами и датчиками. По ту сторону, где ранее находилось длинное окно, теперь располагалась широкая дверь и два круглых окошка. Свет в окошках мистически мерцал.

Мичуля добрёл до одной из вычислительных панелей, уселся в кресло на колёсиках и начал быстро нажимать на её сенсоры. Через несколько мгновений на самом большом мониторе появилась фотография Дэвида, а рядом с ней его данные.

— Ммм, То самый несмердяк знаш… — буркнул Вано, почесав себе за ухом, а потом повернулся на кресле и небрежно сказал, — И шо?

— Что ещё за шо, Вано? — вспыхнула Сина, быстро подойдя к Мичуля и с силой стукнув кулаком по ближайшей из панелей. — Хватит надо мной издеваться, будто я маленькая девочка! Что тебя не устраивает, и что ты знаешь, чего не знаю я?

— Не гори, как ясно огниво, хозяйка, и дослушай меня, — спокойно, но чуть сжавшись, пробубнел Вано. — Ять не бывал, когда-сь созревали Лицензии других несмердяков, но ять ихь довольно-таки обнюхал. Там ить лишь да неприять в том, что память нужна поширше, да болевой предел чутче. И усё. Этому и негодую: очегось ему особенное отношение. Подпись можно и такь и сякь изрезать-то!

Анхель выпрямилась, сжала кулаки, запрокинула голову и, закрыв глаза, вздохнула и выдохнула через нос, а потом очень спокойно ответила:

— Вот поэтому я и говорю, чтобы ты, каждый раз, когда заступаешь на смену, читал оставленные тебе инструкции и приказания.

— Чегось? — округлил глаза Вано, нелепо захлопав голыми веками, — Да небыль, шоб там быть чяму занятному.

— Примечания! Там есть примечания! — сквозь зубы процедила Анхель, вновь теряя терпение. Мичуля нехотя повернулся к монитору, провёл рукой по панели, пару раз по ней стукнув пальцем и вывел на экран короткое предложение.

— Воз-мо-жен рас-син-хрон, — медленно, по слогам, прочёл Вано, дёрнув себя за прыщик. — Агась, ну это другое дельце.

Учёный слез с кресла и подошёл к узкой двери, напротив входа в операторскую кабину. Мичуля приложил руку к тусклой панели, и дверь со скрипом ушла в сторону. Затем он опустил короткий рычаг, и открывшаяся комната заполнилась ярким светом. Вано нажал ещё на несколько кнопок и из света выехало кресло, похожее на стоматологическое, с множеством длинных и коротких ремешков. Там, где должна была располагаться голова, нависала металлическая тонкая трубка с изогнутой в обхвате присоской. Другой её конец уходил за кресло в ёмкость в форме вытянутого эллипса. Мичуля потянул за очередной рычаг. Кресло повернулось на девяносто градусов, и теперь расположилось спиной к одному из круглых окошек. Учёный зашёл за кресло, нагнулся, и вытянул из ёмкости с десяток проводов с разноцветными разномастными наконечниками. Мичуля повернулся к круглому окошку и дотянулся до небольшого ящика, висевшему над ним. Вано, лишь ему в ведомом порядке, подключил провода к коробке. Он сделал шаг назад, внимательно всмотрелся в провода, а затем, довольный собою, мрачно дёрнул себя за бородавку. Пройдя мимо Анхель, стоявшей в центре комнаты, и сев в своё кресло, Вано начал остервенело надавливать на сенсоры панелей. Дэвид, окончательно потеряв нить происходящего, чуть приоткрыв рот и сдвинув брови, уставился на Сину, но та его проигнорировала. Она, скрестив руки на груди и нервно постукивая ногой, внимательно следила за Мичуля. Наконец, учёный повернулся спиной к компьютерам и, важно посмотрев на Шепарда, пальцем указал ему сесть в кресло, но Дэвид не сделал этого. Вместо этого он подошёл к Анхель и, посмотрев ей в глаза, холодно произнёс:

— Может, мне всё-таки объяснят, что вы тут вокруг меня делаете?

Анхель и Вано переглянулись, и Сина, мягко улыбнувшись, ответила:

— Чтобы мне ответить на твой вопрос, ты должен кое-что увидеть и…

— Шо?! — взвизгнул Мичуля, спрыгивая с кресла, быстро замотав головой из стороны в сторону и скрестив руки на груди, — Не, не, не, вы шо ополоумели, ась? Незя же!

— Да не собираюсь я его прямиком туда пускать! — подойдя к Мичуля и дав ему по подзатыльнику, выкрикнула Анхель, — Живо подготавливай ЗГНАК.

— А, ну если так, то ладушки, — с облегчением выпалил Вано. Вновь обойдя своих гостей, он подошёл к той самой двери между двух окошек и, после непродолжительных манипуляций, открыл её. За дверью было ещё больше золотого света. Дэвид в очередной раз посмотрел на Анхель, но та жестом попросила его не произносить ни слова и последовала за Мичуля.

Они вошли в комнату, площадью около двадцати квадратных метров. Таинственный свет испускали плоские и гладкие плиты. Свет будто сочился из их глубин, а следом за ним следовал тот самый стрекот, который преследовал Шепарда с самого его прибытия на этаж. Комната была пустой, если не считать тонкого изогнутого цилиндра в самом её центре. К нему крепился предмет, похожий на сильно стилизованный штурвал фантастических космических кораблей. Возле цилиндра сейчас и вертелся Мичуля, нажимая на таинственном приборе различные кнопки, рычаги и сенсоры. Спустя пару минут учёный выпрямился и, уставившись на Сину, спросил её:

— Ну, шо ему позыркать то дать? Сё равно, наверн?

— Нет, покажи ему, где храниться его сырая Лицензия, — напряжено ответила Анхель, уставившись в пустоту.

— Сырьозно? — поджав губы, неуверенно спросил Вано, но увидев взгляд Сины, быстро нажал на несколько сенсорный кнопок и мир вокруг них погас. Но не успела прийти тьма, из-под пола стали подниматься полупрозрачные голограммы цилиндров. Тех самых, которые Дэвид видел не так давно в матовом окне. Они заполнили собою всю комнату. Между ними было небольшое пространство, не более метра шириной, по которому бродили люди. Они были одеты почти так же как Мичуля. Люди останавливались возле цилиндров, сверяли данные со своих планшетов с теми, что отображались на экранах, прикреплённых к основанию сосудов. Это были именно что сосуды, в которых, в позе эмбрионов, в золотой жидкости плавали люди. Они были голы, а к их ртам, затылкам, позвонку и промежностям крепились разномастные проводы и трубки. Дэвид узнал одного из них. Прямо перед ним плавал ни кто иной, как он сам. Шепард обомлел и почувствовал, как его тело покрылось мурашками и холодным потом.