Чтение онлайн

Атака длилась считанные секунды, и все трое стража замертво упали на обожжённый пол, подняв облачка пепла. Человек в чёрном отпустил четвёртого мёртвого стража, а потом дотронулся до каждого из убитых им солдат, тихо обратившись к ним, от чьих тел начал подниматься пар регенерации:

— Я не позволю вам мне мешать, но так уж и быть. Живите и мучайтесь от боли в своих аквариумах, жалкие вы рыбёшки.

Тела стражей вздулись, потемнели и в мгновение ока разложились, испуская зловоние и обнажая кости, но и те, обуглившись, превратились в прах. Человек в чёрном двинулся дальше.

Дойдя до противоположного края коридора, он внимательней всмотрелся в сплошную металлическую стену, издававшую лёгкий стрекот. Чужак дотронулся до неё и сразу отпрянул от двери, словно его обожгло.

— Адамантий покрытый тонким слоем прозерпина. — задумчиво произнёс чужак в чёрном, поглаживая свою руку. — Не дурно, Хмурый, очень даже.

Вторженец вздохнул и начал выбивать на виске ритм из длинных и коротких сигналов. Ему вновь ответил треск таких же сигналов. Через минуту томительного ожидания, заграждение, зашипев, ушло вверх, открывая взору двухстворчатую зеркальную дверь. Человек в чёрном дотронулся до неё. Стекло потемнело, пошло трещинами и рассыпалось пеплом, издавая неприятный скрежет и треск.

Вторженец медленно вошёл в Диспетчерскую, дошёл до края верхней площадки, остановился и посмотрел вниз. Там, скрываясь за мерцанием энергетического барьера, стояли два диспетчера во главе с Па Джехути. Если его помощники дрожали, спрятавшись за спины старшего диспетчера, то Па смотрел на чужака с вызовом из-под бровей. Несмотря на своё косоглазие и сутулость, он умудрялся выглядеть достойно.

— Ммм, это и всё? — протянул Человек в чёрном. — Я ожидал от паранойи Хмурого куда большей эффективности.

Па робко улыбнулся. В его глазах, переливающих всеми цветами радуги, притаилось неловкое превосходство.

— Простите, но кто вам сказал, что это всё? — вежливо ответил он.

— Не всё? — склонив голову на бок, подозрительно переспросил человек в чёрном. Но он ещё до конца не завершил свой вопрос, как со стороны плотно закрытой двери кабинета Гарибальди послышался быстро нарастающий по амплитуде звук. Что-то зашипело, и якобы закрытая дверь замерцала помехами. Через неё прошёл плотный ярко-белый луч, устремившийся во вторженца. Человек в чёрном резко повернулся к смертельному лучу и небрежно его отбил к потолку: оттуда посыпались искры, куски перекрытий и осколки взорвавшейся лампы. Но в тот же момент, когда вторженец только-только отбил лазер, что-то круглое врезалось ему в центр солнечного сплетения и, оторвав от земли, отнесло к противоположной стене. Вторженец с глухим звуком, не издав и звука боли, ударился об стену, сфера лопнула, и оттуда вырвалась и расплелась липкая сеть, прижав его к стене.

Человек в чёрном попробовал пошевелить руками и ногами, но бесполезно. Затем он посмотрел в сторону якобы закрытой двери кабинета Гарибальди. Через неё прошёл, пригибаясь, высокий, более двух метров, человек, закованный в силовую броню. Он, держа в руках тяжёлую винтовку с подствольником, из которого поднималась тонкая струйка дыма, остановился и внимательно всмотрелся в чужака.

— Хосе, ты был прав, — наконец заговорил воин, не убирая взгляда с пленника. — Наш враг осирисиец! Энергетическое оружие против него бесполезно.

Мужчина бросил на землю винтовку, и направился к вторженцу, снимая на ходу шлем. За маской скрывался одинсонец: лицо изрытое шрамами, одного ухо нет. Сквозь дверной проём вышло ещё двое солдат, ростом ниже первого. Оба нацелили на вторженца обычные автоматы.

Одинсонец дошёл до главной двери, посмотрел вглубь коридора, ужаснулся и грязно выругался.

— Что там, босс? — настороженно спросил один из солдат.

— То, что паранойя Хмурого сегодня сбылась, вот что! — холодно ответил одинсонец. — Дэнзел, что там со связью?

— Глухо! Я испробовал всё что умею! Хотя, если у Па ничего не вышло, то, что говорить о нас?

— Очень плохо, — протянул одинсонец, а затем с ненавистью посмотрел на вторженца. — Я не знаю, кто ты на самом деле, Тчи, но ты заигрался!

— Ммм, — пропустив мимо ушей слова одинсонца, механическим голосом протянул человек в чёрном. — Беру свои слова назад. Хмурый, больной ублюдок! Пригласить сюда трёх тяжёлых пехотинцев был не плохим ходом! Особенно самого Эрика Ханса, позывной - «дикарь».

— И я не думал, что я сегодня буду ловить настоящее чудовище, — с холодной яростью ответил Эрик, прищурив взгляд. — Чудовище, способное уничтожить пятнадцать опытнейших стражей за пару минут! Мы с ними не очень-то ладили, но я всегда уважал их силу, а ты взял их и испепелил!

— Я не просто испепелил их. Я всех их, кроме четверых везунчиков, полностью уничтожил плюс ещё двое сверху. Беднягам не повезло встать у меня на пути.

— Встали у тебя на пути?! — сжав кулаки и сделав шаг в сторону вторженца, яростно прорычал Эрик, выпучив глаза. — Нет, ты не простое чудовище, Тчи! Ты - больной ублюдок!

— Тчи? Извини, не хочу тебя разочаровывать, но я не Тчи. — голос вторженца сквозил сарказмом. Ярость Эрика резко утихла, уступив место удивлению.

— Тогда кто ты такой, мразь?

— Кто я, тебя не должно волновать, а вот на счёт своего чутья, ты бы побеспокоился, Дикарь.

Сеть, сдерживавшая вторженца, рассыпалась в труху. Не успел он ещё приземлиться на землю, как тут же направил вперёд руки и сжал кулаки. Дэнзела и Хосе резко отбросило назад. Они ударились об противоположную стену, охнули и сползли вниз. Эрика, с ужасом и неверием на лице, даже ещё не успевшего поднять автомат, словно кто-то невидимый силой усадил на колени, а руки плотно прижал к туловищу, а оружие упало на землю. Вторженец повернул кулаки вокруг своей оси, и броня одинсонца, затрещав, начала сжиматься и скукоживаться, сдавливая тело воина. Эрик, скрепя зубами, болезненно промычал, но затем, злобно посмотрев на врага, начал сопротивляться нахлынувшему на него давлению. Поднимаясь на дрожащие ноги, он с большим усилием прокричал:

— Хосе, Дэнзел! Это необычный осирисиец! Сбросьте броню и не вздумайте стрелять обычным пу… Ах ту ублюдок!

Человек в чёрном ещё сильнее сжал кулаки, и из тела солдата хлынула кровь. Он закричал не своим голосом, вновь упал на колени и изогнулся назад. Ещё чуть и враг сломал бы ему позвоночник, но вдруг из-за спины Эрика выбежал темнокожий Дэнзел в трико. Он нацелил во врага пистолет из чёрного углепластика. Чужак недовольно цокнул языком и резко направил на него левую руку. Эрика, как тряпичную куклу, бросило в сторону Дэнзела, и тот, выругавшись, вынужден был отпрыгнуть в сторону. В это же время, чужак шевельнул пальцами обеих рук, вспышка света, и в них появилось по четыре шипа в каждой из ладоней. Вторженец, не раздумывая, запустил все снаряды в не успевшего сменить манёвр Дэнзела. Но вдруг из-за спины Дэнзела появился седеющий, но ещё нестарый сильвиец Хосе. Закрыв собой своего напарника, он скрестил руки перед собой и остановил шипы за несколько миллиметров до того, как они должны были его проткнуть. Сильвиец с большим усилием, подбодрив себя волевым криком, направил иглы обратно во врага. Человек в чёрном небрежно махнул рукой, и шипы разлетелись в разные в стороны. Вторженец, меж тем, поднял правую руку вверх и уже собирался щёлкнуть пальцами, как теперь из-за спины сильвийца появился Дэнзел. Вновь прицелившись во врага, он выстрелил короткой очередью. Первая из пуль попала в поднятую руку вторженца, и та сразу обмякла. Вторая пуля попала в другую руку, третья прямо в сердце, четвёртая в гортань. Человек в чёрном, издав хриплый протяжный звук, сделал несколько неловких шагов спиной к стене, повалился на неё и медленно сполз вниз.

Дэнзел перезарядил пистолет и, не спуская глаз с поражённого врага, направился к нему, подняв перед собой оружие. Хосе, нервно посмотрев на обезвреженного противника, подбежал к покрытому паром регенерации Эрику, который, болезненно вздыхая и откашливаясь, с трудом сел.

— Командир, как вы? — озабоченно спросил Хосе. Опустившись на одно колено возле одинсонца, он испугано осматривал заживающие на нём раны.

— Хотелось бы сказать, что бывало и хуже, но настолько плохо не было. Надо же, полукровка, да ещё небывало сильный, — слабо произнёс Эрик, смотря на то, как Дэнзел аккуратно дотронулся пистолетом до подбородка врага и чуть приподнял ему голову. От него также исходил пар регенерации.