Чтение онлайн

После этого бессмысленного сражения и предательства воинов Хорезмшаха среди горожан наблюдаются колебание и нерешительность.

На следующий день кадий города [182] и шейхульислам [183] с группой высокопоставленных чиновников от имени жителей города Самарканда приходят к Чингисхану и, получив его заручительство, возвращаются в город. На рассвете следующего дня они открывают ворота Намозгах и впускают в город монголов, которые стали разрушать внешние городские и крепостные стены, пока не сровняли их с землей [184] . Монголы с жителями Самарканда сотворили то же самое, что и с жителями Бухары, в частности, по приказу Чингисхана всех жителей вывели за город. Как писал Ибн аль-Асир: «Они лишали девушек девственности и убивали женщин, которые сопротивлялись им» [185] . Они разграбили весь город и подожгли соборную мечеть.

Ибн аль-Асир приводит иную версию сдачи города Самарканда: «Находившиеся в городе воины, поскольку были тюрками, сказали: «Мы тоже из рода монголов, поэтому они нас не убьют», после этого они попросили пощады у монголов, и их просьба была принята. Они открыли городские ворота. Жители города (таджики) пытались остановить их, но не смогли. Тюрки после открытия ворот со своими семьями и имуществом вышли из города и отправились к кяфирам, которые им посоветовали отдать им свое оружие, имущество, скот и тогда их отпустят по домам. Но как только монголы завладели их оружием, имуществом и скотом, напали на них и всех до единого убили» [186] .

Рашид ад-Дин же пишет, что «остальных обитателей крепости вывели на поле, тюрков отделили от таджиков, разделили их по десяткам и сотням, а тюркам, как принято у монголов, волосы собрали и заплели косички» [187] . Как далее он пишет, остальные вместе с тюрками-канклийцами с их эмирами числом более 20 человек, имена которых он называет и которые были указаны в списках Чингисхана, были казнены.

Таким образом, согласно «Джами ут-Таварих», Чингисхан на самом деле пощадил тюрков [кроме канклийцев] и не только сохранил им жизнь, но и в дальнейшем использовал в своих захватнических походах. Так тюрки, воевавшие на стороне Хорезмшаха, были Чингисханом приравнены в правах к монголам, что и сыграло в будущем этнополитическом раскладе Центральной Азии весьма важную роль.

Необходимо отметить, что население Самарканда и после предательства тюрков продолжало борьбу с монголами. Во многих исторических источниках отмечается самоотверженная борьба самаркандской молодежи и богатырей [пахлаванов], которые, укрывшись в городской крепости, ежедневно устраивали вылазки и давали бой монголам. Последние из тех богатырей, общее число которых составляло тысячу человек, после разрушения крепости перешли в соборную мечеть и оттуда стрелами убивали монголов. Всего небольшая часть отважных самаркандцев нанесла монголам больше урона, чем все тюркские наемники Хорезмшаха, вместе взятые. Но силы были неравны. Как пишет Рашид ад-Дин, монголы, окружив мечеть, пускали по ним нефтяные стрелы, и та тысяча мусульманских богатырей заживо сгорела внутри мечети, т. е. все они стали шехидами [188] . Это произошло, как пишет Джузджани, «…в день праздника Ашуро десятого мухаррама 617 года хиджры» [189] . Героический подвиг самаркандских богатырей на вечные времена сохранился в исторической памяти таджикского народа.

Войска Чингисхана в течение трех дней грабили город. В эти дни, если они встречали в городе живого жителя, тут же его убивали, а после разграбления поджигали дома. Город был полон обезглавленных и обгоревших трупов.

Чингисхан, пишет Рашид ад-Дин, «…тридцать тысяч мужчин – мастеров и ремесленников – подарил сыновьям и женам [190] . И ещё столько же мужчин были отданы для использования в военных целях, все они прямиком отправлялись в Монголию».

В те дни нескончаемые вереницы людей шли из Средней Азии в Монголию. Если кто-то отставал, убивали, заболевших также сразу обезглавливали. Потомков тех пленных – мастеров, ремесленников и кустарей из Бухары, Самарканда, Ургенча, Мерва, Герата, Балха, Термеза, Худжанда, Бенакета [Баноката] и многих других мусульманских городов и сегодня можно встретить на территории нынешнего Китая [191] . Всё остальное население городов и сел Мавераннахра и Хорасана было поголовно казнено монголами.

Самарканд превратился в руины, а точнее – в одно большое кладбище, там не осталось ни одного живого человека. Люди, создавшие великую исламскую цивилизацию, были поголовно истреблены. Со временем рядом с прежним прославленным на весь мир городом возник новый, под тем же названием, с новыми жителями, которые не имели ничего общего с прежними самаркандцами.

Термез – один из старейших городов Мавераннахра, имеет более чем 2500-летнюю историю. В «Худуд-ул-Алам» еще в X в. отмечалось, что «Термез – цветущий город, расположенный на реке Джайхун. Там же, на берегу реки, находится городская крепость. В этом городе расположено местопребывание царя Хатлона и Чаганияна. Здесь варят лучшее мыло, создают зеленые циновки и опахала [веера]» [192] . Ибн Хаукал также считает Термез благоустроенным городом, состоявшим из крепости, Шахристана (города) и квартала ремесленников (Рабата). «Большинство улиц и базаров города было вымощено красным жженым кирпичом. Это был благоустроенный, многонаселенный город, являвшийся местом караванной торговли для других регионов» [193] .

О времени возникновения города Термеза точных сведений не существует, известно только, что ещё в VI в. до н. э., во времена правления Ахеменидов, этот город уже считали древним. По преданиям, Термез, который в те времена называли Тарамастха [194] , был заложен предводителем бактрийцев Зардуштом (Зороастром). Город был заложен на правом берегу Джайхуна (Амударьи), на оживленном перекрестке караванных путей Великого шёлкового пути, в пяти километрах северо-западнее нынешнего Термеза. Этот город считался одним из развитых в Бактрии, а позднее в Кушанском государстве. В Средние века Термез вновь приобрел известность в качестве одного из важнейших центров торговли и ремесленничества Тохаристана.

В 1220 г. Термез, как и другие города Мавераннахра, подвергается нашествию орд Чингисхана.

После уничтожения Самарканда, в год Змеи, в месяце зильхиджа, летом 617 г., когда Чингисхану донесли, что Хорезмшах находится в летней резиденции, он отправил Джебэ Ноёна из племени Бисут с одним туманом [195] войск в качестве арьергарда, Субидая Багадура из племени Уриенгкат также с одним туманом, Тукучара Багадура из эмиров племени Кунгират также с одним туманом войска, строго наказав: «Пока не поймаете его, назад не возвращайтесь» [196] . Джучи, Чагатая и Угэдэя он отправил на завоевание Хорезма и столицы Хорезмшаха – города Ургенча. При этом Чингисхан всем военачальникам отдал приказ, содержание которого в своей книге под названием «Ярлык Чингисхана» приводит Рашид ад-Дин: «Эмиры, высокочтимые вельможи и все подданные должны знать, что все земли от восхода Солнца и до заката Великий Бог дал нам. Все, кто подчиняется нам, – это означает, что они проявляют жалость к себе, жене, детям и близким, но если кто не подчиняется, идет войной на нас, тот вместе с женой, детьми и близкими должен погибнуть» [197] .

В том же году Змеи, или осенью 1220 г., Чингисхан с местности под названием Нахшаб к юго-востоку от Самарканда вместе с младшим сыном Толуем, которого звали Йека Ноён, направился в сторону Термеза по дороге, которую монголы и назвали Темур Кахалка («Железные ворота»). На самом деле «Железные «ворота» придумали не монголы, это название горного ущелья недалеко от Байсуна, которое так называли местные жители ещё задолго до монголов. Именно через эти ворота проходили многочисленные торговые караваны из Бухары и Самарканда в Гиссарскую долину (долину рек Сурхана и Кофарнихана).

Когда Чингисхан приблизился к воротам Термеза, он отправил жителям послание, чтобы они сдались, но население Термеза, испокон веков гордившееся мужеством и отвагой своих сыновей, смело отвергло предложение Чингисхана и приняло жестокую битву с многократно превосходящими силами монголов. На помощь жителям города Хорезмшах отправил воинов из Сиистана под командованием Амира Занги. В свою очередь, Амир часть своих богатырей направил для защиты Балха – столицы Тохаристана; периметр крепости Балх составлял 43 фарсанга.

Далее, как описывает Джузджани, «термезские богатыри сражались героически и нанесли армии Чингисхана большие потери, монголы же только после применения манджаников [198] смогли несколько ослабить сопротивление термезцев» [199] . Тем не менее, сражения продолжались, и «мусульмане Термеза достаточно монголов отправили в ад» [200] .

После 11 дней ожесточенных боев монголам удается ворваться в город и вывести всех жителей за городскую стену на казнь. Рашид ад-Дин приводит рассказ о дикой расправе монголов над жителями Термеза, когда один монгол поднял меч, чтобы отрубить голову старушке, она с мольбой обратилась к нему: