Чтение онлайн

Стремление Чингисхана к налаживанию взаимовыгодных торговых отношений с государством Хорезмшаха Рашид ад-Дин объясняет следующим образом: «Поскольку монгольские племена были кочевниками и жили вдали от городов, материи, одежда, ковры для них имели большую ценность, и слухи о выгоде торговых отношений с ними (т. е. с Мавераннахром. – Д. Д.) распространились очень быстро» [10] . Поэтому мусульманские купцы из Бухары и Самарканда, Мерва и Худжанда с необходимыми для кочевников товарами отправлялись во владения Чингисхана, т. е. в Туркестан [11] , Монголию и Китай.

Рашид ад-Дин рассказывает, что однажды мусульманских купцов приводят к Чингисхану, увидев высокое качество товаров, он загорается желанием наладить торговлю с мусульманскими странами. Летом 1218 г., как пишет Рашид ад-Дин, «он (Чингисхан) снаряжает послов с караваном, полным драгоценностями, во главе с тремя личными посланниками – Махмудом из Хорезма, Алиходжой из Бухары и Юсуфом из Отрара – к Мухаммаду Хорезмшаху» [12] .

По Джувейни, «в том году, поскольку караванные дороги стали безопасными, а выгода от торговли с монголами превышала все ожидаемые прибыли, к монголам с большим количеством товаров направились три купца: Ахмед из Худжанда, сын Амир Хусейна и Ахмед Болджа. Они везли очень много одежды, вышитых золотом и серебром, из парчи и такие ткани, как зарбофт, карбос и занданиджи» [13] .

К тому времени Чингисхан расчистил все дороги от разбойников и на пересечении дорог расставил посты для защиты путников. Стража получила приказ доставить к Чингисхану мусульманских купцов с хорошими товарами [14] .

Чингисхан, увидев высококачественные изделия из Мавераннахра, загорелся желанием наладить крепкие торговые отношения с государством Хорезмшаха. К тому времени, когда купцы стали возвращаться домой, Чингисхан приказал царевичам, военачальникам и эмирам, чтобы каждый из числа своих близких подготовил по 2–3 человека с необходимой суммой денег золотом и серебром и отправил их с купцами к султану (Хорезмшаху. – Д. Д.) для налаживания торговых контактов. Элита монголов из числа своих родных и близких выделила по 1–2 человека, которых в целом набралось 450 человек [15] . Ибн ал-Асир также подтверждает, что Чингисхан, сформировав караван из числа «купцов и тюрков [16] , с большим количеством серебра и меха выдры отправляет их в Мавераннахр – в Самарканд и Бухару приобрести ему «парчу» и одежду» [17] .

Таким образом, три выдающихся историка, очевидцы периода монгольского нашествия, подтверждают, что вместе с мусульманскими купцами в составе каравана находилось большое количество родных и близких монгольской элиты – царевичей, эмиров, военачальников. Отправляя в Мавераннахр элиту монгольской знати, Чингисхан, судя по всему, действительно намеревался наладить добрососедские отношения с Хорезмшахом. Именно поэтому он расчистил торговые пути от разбойников и грабителей, а для обеспечения безопасности купцов расставил на перекрестках дорог посты под названием «каракчи».

В то же время, отправляя в путь монгольскую элиту, Чингисхан считал эту поездку вполне безопасной, так как, принимая решение об отправке столь высокопоставленной миссии в Мавераннахр, он брал на себя огромную ответственность. Хорезмшах же, отдав приказ об убийстве послов Чингисхана, не только приговорил себя к смертной казни, но и запустил механизм уничтожения мусульманского мира, и прежде всего Мавераннахра и Хорасана со всеми жителями этих краев. Мы подробно рассматриваем этот фрагмент истории, поскольку он объясняет все дальнейшие действия Чингисхана. Возможно, если бы не случилась эта трагедия с караваном, ход мировой истории был бы другим.

Когда караван, состоящий из 500 верблюдов, 400 монголов, посланников Чингисхана, и 50 мусульманских купцов, прибывает в пограничный город Мавераннахра Отрар, их задерживают по приказу правителя города Эналчука по прозвищу Каирхан, который был из тюркского племени канкли и являлся племянником матери Хорезмшаха Турканхатун. Увидев столь большой караван с несметным множеством различных дорогостоящих товаров, Каирхан позарился на них и отправил к Хорезмшаху гонца с письмом, где спрашивал, как поступить с посланцами Чингисхана.

Ибн ал-Асир пишет, что в ответном письме Каирхану «Хорезмшах приказывает ему убить послов Чингисхана, а их товары отобрать и отправить ему» [18] . Каирхан выполняет поручение султана: убивает посланников Чингисхана, а их товары и имущество отправляет Хорезмшаху. Как далее пишет Ибн ал-Асир, «Хорезмшах продаст эти товары бухарским и самаркандским купцам» [19] .

Хорезмшах уже тогда был напуган стремительным ростом влияния Чингисхана в Азии, особенно после его молниеносной победы над Китаем, и поэтому, не раздумывая, согласился с мнением Каирхана, что караванщики могли быть отправленными в разведку лазутчиками Чингисхана. Хорезмшах отдает приказ об уничтожении купцов и разграблении их имущества, несмотря на то, что среди них были мусульмане – выходцы из городов Самарканда и Бухары. Каирхан, обвинив купцов в предательстве и шпионаже, приказывает казнить всех 450 человек и разграбить караван. Хорезмшах, как пишет Рашид ад-Дин, «не знал, что, проливая кровь невинных людей и разграбив их имущество, он погубит жизнь и себе, и другим» [20] . Каирхан же, являясь главным зачинщиком убийства купцов и грабежа, по мнению Рашид ад-Дина, не только совершил преступление, но «в тот день разорил целый мир и обездолил целый народ» [21] .

Ибн ал-Асир пишет, что монголы еще до того злополучного нападения на послов Чингисхана в Отраре совершали набеги на такие города Туркестана, как Кашгар и Баласогун, которые находились на границе Мавераннахра. Хорезмшах же хотел перекрыть пути обеспечения монголов необходимыми товарами [22] .

Из числа всех путников, пришедших с указанным караваном, выживает только один человек – погонщик верблюдов, который в это время находился в бане. В русском переводе «Джами ут-Таварих» – «Сборник летописей» (М. – Л., изд. АН СССР, 1952) приведена другая информация: выжил купец и сбежал из тюрьмы. Существует ещё несколько других эпизодов, в которых русская версия указанной книги отличается от оригинала персидского текста.

Итак, погонщику верблюдов удается бежать и через лишения и пустыни добраться до Чингисхана и рассказать ему о случившейся в Отраре трагедии [23] . Чингисхан, как пишет Рашид ад-Дин, после всего услышанного разгневался, поднялся на вершину холма, обнажил голову и, набросив на шею пояс, приник лицом к земле. Он провел на холме три дня в одиночестве, рыдал и молился Богу: «О, Великий Господь! О, Творец таджиков и тюрков! Я не был зачинщиком этой смуты, даруй же мне своею помощью силу для отмщения!» [24]

На совете племен по поводу решения о войне с империей Хорезмшаха Чингисхан впервые призвал монголов к беспощадной бойне с мусульманами. Его призыв был без возражений принят элитой монгольского общества, потерявшей в Отраре своих близких родственников. Хотя еще совсем недавно, в ходе китайской кампании, Чингисхан сам отвергал предложения элиты о беспощадной войне с китайцами, подразумевающей тотальное истребление всего населения и разрушение городов и сел противника [25] . Как пишет Рашид ад-Дин, Чингисхан считал, что «между ними больше не осталось никакой преграды для войны» [26] : во-первых, Хорезмшах убил купцов и его посланников, которые шли к нему в поиске единства и перемирия, с миролюбивыми посланиями, во-вторых, он необдуманно сразился с монгольскими отрядами и завладел его владениями в Туркестане.

Джузджани, судя по всему, несколько преувеличивая события, пишет так: «Когда погонщик верблюдов рассказал Чингисхану о случившемся, тот приказал собрать войска Туркестана, Китая и Тамгача. Они вынесли восемьсот флагов, под каждым флагом тысяча всадников. Триста тысяч коней заправили для богатырей. Каждой десятке всадников выделили по три барана, одному железному казану, по одному бурдюку для воды и для кумыса и отправились в путь» [27] .

По свидетельству некоторых других летописцев, даже после случившегося Чингисхан еще раз отправляет к Мухаммаду Хорезмшаху послов с требованием выдать ему виновников Отрарской трагедии и извиниться. Но Хорезмшах и на этот раз отказывается выполнить требования Чингисхана и приказывает казнить посланцев. Конечно, если бы он предполагал, как после этого обернётся его судьба и судьба всех народов Мавераннахра и Хорасана, он, возможно, никогда бы не совершил подобного поступка.