Чтение онлайн

— Значит, кто-то уже вскрывал нижний уровень? — Задумался Бесо. — Не знаю, радоваться или волноваться.

— А откуда ты получил информацию о подземном НИИ, если не секрет? — Полюбопытствовал Петренко.

— Откуда — не скажу. Не могу сдавать своих информаторов. Профессиональная этика, сами понимаете, — усмехнулся Пуля, и Фанат болезненно сморщился. — Но могу открыть, для кого я эту инфу отыскал…

— Для Калашникова? — Поднял бровь Мут.

— Почти. Для Депутата. Скинул ему всё на личную почту, месяц назад. — Ответил Пуля.

— Мы с Эдом точно здесь не были, — мотнул бритой головой Домра.

— Ну что ж… — Вздохнул полковник. — Теперь есть все шансы. Бросаем сейф тут. Вернёмся за ним позже. В НИИ может быть небезопасно. А нам нужно сохранить максимальную мобильность.

Тяжёлая дверь, на долгие годы оставшаяся в сырости подземелья, поддалась не сразу. Петли наглухо проржавели, и Карасю с Фанатом пришлось изрядно попотеть, чтобы даже на треть приоткрыть её створку.

Первым в НИИ вошёл Пуля, буквально не переставая удивлять группу, оказавшую ему доверие.

И хотя электронный замок работал, в коридоре нас встретила густая тьма. Как говорят в народе: «Хоть глаз коли».

Осветив пространство налобным фонарём и не заметив ничего опасного, Пуля пригласил за собой остальных.

Очутившись за дверью, первое время я привыкал к этой кромешной, всё поглощающей, густой, даже бархатной темноте, наполненной разнообразными звуками… Где-то вдали чуть стрекотали «Электры», к ним присоединялось неясное грохотание — как будто водосточная труба стучала о стену. Далее слух различил звуки падения мелких капель о кафельную плитку — звонкие, стремительные, распадающиеся на сотни мельчайших брызг. За ними последовало жужжание неизвестной мне аномалии, многократно усиленное пустотой галерей.

Включив налобный фонарик и отрегулировав его по интенсивности, Петренко предложил группе экономить заряд батарей:

— Впереди достаточно Эда и Пули. В хвосте пойду я. Вижу, у Мута тоже фонарик с регулятором? — Обратился он к моему напарнику, одобрительно кивая. — Вы в дуэте с Грачом. За сим, предлагаю всем разбиться на такие пары, где один освещает путь, а другой шагает вторым номером, прикрывая напарника. Бесо пойдёт со мной, позади, как самый опытный.

— Мы с Карасём, — мгновенно отреагировал Фанат.

— Мы с Домрой, — ответил Бочка. — Ну, и «свободные», конечно, вдвоём.

— Всем досталась пара. Прекрасно. — Улыбнулся Петренко.

— Ну что, детский сад, старшая группа, вперёд и с песней, — по обыкновению, съязвил Пуля, указывая во тьму.

Внутри меня на мгновение что-то сжалось, и тут же расправилось. Будто диафрагма сместилась, а потом самостоятельно встала на место. Казалось, сердце пропустило пару ударов. Но это не было страхом. Скорее, неоформленным предчувствием чего-то неизведанного. Детский страх темноты навсегда покинул меня ещё задолго до Зоны. Его место заняли тревожное ожидание, готовность к переменам, смутные, глубинные ощущения, щекочущие под рёбрами.

— Темно, как у негра между пальцев, — прервал мои размышления Бочка. — Да ещё это жужжание в подвале с электрикой… Наталкивает на тяжкие думы, вы не находите? — Сталкер подкрутил регулятор фонаря и хорошенько огляделся вокруг.

— Так точно, похоже на полтергейста. — Ответил ему Петренко. — Но, будем надеяться, что законы Мерфи бессильны в рамках конкретного подземелья.

— У соседней двери притаилась новорождённая «Электра», — не отрываясь от ПДА, пробубнил Эд. — Её почти не видно, однако жахнуть может, мама не горюй. Не насмерть, конечно, но мышцы сведёт на пару часов. Слава Зоне, детектор её запеленговал.

Одним размашистым движением проводник кинул болт, и темнота озарилась пучком желтоватых искр. Остальные кусочки лома с глухим звоном упали на землю чуть левее аномалии, и разряда не последовало.

— Кажется, сбоку есть проход, по одному просочимся. — Оптимистично заметил Эд. — Судя по тому, что она ещё жёлтая, а не бело-сиреневая, в ней не больше 200 вольт. Но при определённых обстоятельствах и этого достаточно для остановки сердца. Но если проявим осторожность, то аномалия нас не зацепит.

Небольшая дверь в соседнее помещение открывалась наружу, и Эд без проблем преодолев опасный рубеж, вошел в более светлое, освещённое небольшим скоплением «Электр» пространство.

Последовав его примеру, мы оказались в просторной комнате, похожей на проходную с кабинками охраны. Помещении выглядело неуютным. Разбитая мебель вдоль стен, покорёженные турникеты, разбитые в щепу деревянные скамьи и перевернутые тяжелые ячейки камер хранения говорили в пользу того, что здесь порезвился полтергейст.

— Ну что за день? — Устало вздохнул Бесо. — Пора составлять свой личный бестиарий. Химера, псевдогигант, псы различных мастей и размеров, два вида зомби, бюреры. Теперь вот полтергейст. Никогда за один день я не сталкивался с таким количеством опасных тварей. А сегодня, как прорвало.

— Вообще, здесь тихо, — ответил Эд. — Может, пронесёт…

Пройдя через поломанные турникеты, мы очутились у следующей двери.

— Прислушайтесь, — прошептал Дух. — Слышите? Что-то скрежещет. Как будто когти точат о стальной лист.

Скрипучая дверь медленно приоткрылась, отчего Эд стремительно отскочил в сторону и направил оружие на дверной проём. Бесо с полковником тоже отреагировали мгновенно, вскинув винтовки, снятые с предохранителя. Но за дверью нас встретила лишь пустота.

— Тьфу-ты! — Сплюнул Петренко, принимая расслабленную позу. — Ветер.

— Лично я чуть не обделался, — обезоруживающе честно описал сложившуюся ситуацию Бочка. Мут с Фанатом согласно закивали.

И в тот же миг из-за двери показалась небольшая фигура в белом. Девушка, лет двадцати, в халате научного сотрудника. Не замечая нас, она прошла вперёд, записывая что-то в большом, растрёпанном блокноте и, достигнув соседней стены, просто растворилась в ней, словно её и не было.

— Как это понимать? — Изумился я.

— Просто фантом, — удивлённо ответил Эд, впившись взглядом в пустоту. — Они встречаются в Зоне. Отголоски людей и событий. Наверное, никогда не смогу к ним привыкнуть, — поёжился он.

***

Бочка внимательно оглядел стену, в которой исчез призрак, и указал нам на мерцающее, каплевидное образование с неоднородной, губчатой структурой. Оно буквально застряло в глубокой, продольной трещине, идущей от пола до потолка. Артефакт переливался и мерцал приглушённым оранжевым светом, пропуская по своей поверхности волны искристого тепла. Большая его часть застряла в мотке арматуры, причудливо сплетённом и блестящем, будто его вчера отлили.