Чтение онлайн

Я погасила ночник, скинула халат и скользнула под одеяло. Вытянулась на спине и представила, как Зоя возвращается по коридору в гостиную, ступает босыми ступнями по вытертому персидскому ковру, гасит везде свет и ложится в постель к мужу. И они занимаются сексом. Прямо сейчас. Где-то в этой квартире. Возможно, через стенку от меня.

Я затаила дыхание и прислушалась. Но нет, стонов слышно не было, только стук дождевых капель об оконное стекло. Я сжала грудь и потеребила соски, которые всё ещё стояли торчком. Скользнула рукой между ногами. Ох, как там всё было влажно! Я обвела средним пальцем клитор и набухшие губы. Какая-то мышца внизу живота отозвалась на прикосновение сладким и длинным содроганием. Как давно у меня не было секса! Я прикусила губу. Стыдно и неловко заниматься этим в детской комнате, но иначе я не засну. Так и буду представлять, как Кирилл трахает Зою в соседней спальне. У идеальной пары наверняка идеальный секс.

Пальцы знали своё дело. Дыхание стало частым, мне приходилось сдерживаться, чтобы не застонать.

Внезапно дверь открылась, и в комнату просочилась неясная тень. Я замерла и всмотрелась в темноту. Это правда или мне померещилось? Ни черта не видно в этой чёрной-пречёрной комнате! И ночник далеко, не дотянуться.

— Кто здесь? — спросила я испуганно. — Зоя, это ты?

Послышался шорох одежды, как будто кто-то раздевался около кровати, а потом одеяло приподнялось, и на меня навалилось горячее тело.

— Хочу тебя, — раздался тихий срывающийся голос. — Не могу больше терпеть…

— Кирилл, что ты делаешь? — я задохнулась от острого возбуждения, когда он придавил меня к матрасу и нагло всунул ногу между моими коленями. — Уходи, прошу тебя. Так нельзя. Я уже говорила тебе…

Он зажал мне рот ладонью и прошептал на ухо:

— Тшшш… Я помню, что ты говорила, не повторяй больше эту чушь. Ты думаешь, я ничего не вижу, не понимаю и не чувствую? Ты ошибаешься. Тебе не удастся меня обмануть.

После краткой борьбы под одеялом он раздвинул мои бёдра и упёрся стоящим членом в промежность. Один толчок — и он окажется внутри. Я ощущала себя совершенно беззащитной. Если Кирилл захочет, то беспрепятственно меня трахнет, и никто ему не помешает. К моему ужасу, это ещё сильнее меня возбуждало. Внутри всё пылало и пульсировало. Этому костру не хватало последней веточки, чтобы взорваться огненным шаром.

Без сомнений, Кирилл знал о моём состоянии. Я дрожала и прерывисто дышала. Моя смазка увлажнила его член. Я попробовала вывернуться из объятий, но Кирилл налёг на меня всей тяжестью. Мне не хватало воздуха, я бессильно помотала головой по подушке. Кирилл приподнялся и ослабил захват.

— Я не обманывала тебя, — выдохнула я ему в ладонь.

— Ты сказала, что у тебя нет ко мне чувств. Это неправда, — он медленно обвёл пальцем мои губы, словно вспоминая в темноте их очертания. — Твои чувства очевидны любому…

— Я люблю своего мужа, — поспешно перебила я, упираясь пятками в матрас и делая очередную попытку выползти из-под Кирилла.

Куда там! Он был намного сильнее меня. А я одурела от близости желанного мужчины и потеряла над собой контроль. Ругая себя за слабость, я наслаждалась каждым прикосновением и с трудом удерживалась от стонов. На месте Кирилла я бы подумала, что все эти бестолковые ёрзанья и рывки — часть прелюдии, а не искреннее желание прервать физический контакт. Да любой бы вменяемый человек так подумал, потому что так оно и было на самом деле. Если бы Кирилл меня отпустил, я бы взвыла от разочарования.

Осознав это, я прекратила дёргаться и постаралась расслабиться. Мы оба вспотели. Моя грудь ходила ходуном и при каждом вдохе расплющивалась о его твёрдый пресс.

— Я не знаю, кого ты любишь, но хочешь ты меня, — спокойно сказал Кирилл. Палец, обводивший мои губы, остановился и попытался проникнуть в рот. Я упрямо сжала зубы. — Может быть, ты не понимаешь, как выглядит твоё поведение со стороны. Может быть, тебе кажется, что ты не подаёшь никаких сигналов, что ведёшь себя нормально и даже по-дружески… Но, блядь, Машенька, меня никто не хотел так, как ты. И от этого у меня срывает крышу.

От возмущения я открыла рот, и Кирилл этим воспользовался. Вставил между губами подушечку пальца, и я ощутила вкус его кожи, гладкость ногтя и даже рисунок папиллярных линий. В голове поплыло. Как же я его хотела! До обморока, до сведённых судорогой мышц живота.

— Возрази мне, — тихо предложил он, дразняще надавливая членом на вход во влагалище, — скажи, что равнодушна ко мне, что я тебе не нужен, что ты меня не хочешь.

У меня не осталось сил сопротивляться. Пусть он трахнет меня, я кончу, и мучительное наваждение рассеется. После оргазма я смогу произнести то, что он просит. И, может быть, тогда он мне поверит.

— Я тебя хочу, — сказала я и втянула в рот палец.

И начала сосать его, облизывая и заталкивая в горло. Я бы его проглотила, если бы могла. Моё нутро должно быть заполнено плотью этого мужчины — во всех отверстиях, сверху и снизу, прямо сейчас. Мне нужны его член, пальцы и язык, его слюна и сперма, он нужен мне целиком!

Кирилл сдавленно зарычал и одним толчком вошёл в моё распластанное тело — резко и грубо. Именно так, как мне хотелось. И начал размашисто трахать, да было уже поздно. Костёр получил свою последнюю веточку — меня взорвало с третьего толчка. Я скрестила ноги на заднице Кирилла и притянула его к себе. Впилась ногтями в окаменевшие ягодицы. Он больше не мог двигаться. Я стонала в голос и билась в конвульсиях, меня выгибало от удовольствия, сердце выпрыгивало из груди, а влагалище всё сокращалось и сокращалось, и конца-краю не было этому чудовищному оргазму. Такой долгий, такой мощный, такой сладостно-неконтролируемый. Словно прорвало плотину, и меня, как безвольную щепку, затянуло в воронку блаженства. Я ничего не могла с собой поделать.

Кирилл всё понял. Он замер, не мешая мне эгоистично наслаждаться каждой судорогой, лишь целовал в темноте мои глаза и губы, стискивал в объятиях и тихо матерился.

— Маша, Маша, что же ты со мной делаешь…

В изнеможении я обмякла под ним. Ноги расцепились и бессильно упали на кровать. Кирилл получил свободу и медленно вытащил из меня свой большой и твёрдый член. И снова вставил на всю длину. И опять вытащил. В его движениях было столько чувственности, что я не сдержала стон. Возбуждение ещё не угасло, меня уносило на новый виток, и я отдалась этой мягкой, но неумолимой волне. Со мной происходило что-то необычное, во время секса с Димкой я такого запредельного кайфа не испытывала.

— Ты всегда такая в постели? — спросил Кирилл, постепенно ускоряя темп.

Его неровное дыхание обжигало моё лицо, он глухо постанывал и вбивался в меня всё сильнее и резче.

— Какая?

— Сумасшедшая.

Я начала подмахивать, мы поймали общий ритм. Влажные шлепки и рваные вздохи перемежались моими полузадушенными вскриками, когда Кирилл проникал особенно глубоко. Я потёрлась щекой о его мягкую щетину:

— Нет, не всегда. Только с тобой. У меня никогда не было такого секса…

Он застонал и притормозил. Подался бёдрами назад, как будто хотел выйти, но я притянула его к себе близко-близко, чтобы между нами не осталось ни миллиметра свободного пространства:

— Пусти меня, — выдавил Кирилл, — я сейчас кончу.

— Кончай. Я не залечу, не бойся.

— Я не боюсь, — Кирилл с рычанием уткнулся мне в шею, — я не против детей…

Его тело содрогнулось, по широкой мускулистой спине побежала крупная дрожь. Его несколько раз сотрясло, он утробно завыл в подушку, как раненый зверь. Я обвила его руками и ногами, и меня тоже выкрутило в последнем спазме — самом ярком, самом опустошающем.