Чтение онлайн

Выезжая со двора, Стас думал, что придется работать. Это было скучно, и не престижно. В его кругу на тех, кто работал, смотрели с презрением. Сами себе они казались высшими существами, созданными править этим серым быдлом. Отношение переняли от богатеньких пап и мам, а вот зарабатывать, как они, эти презренные «бабки» не научились.

К Павлу его сразу проводил охранник. Буквально подталкивая в спину, что не поднимало настроение. Увидев его в дверях, брат отодвинул папку с бумагами, и ехидно уставился на вошедшего.

— Ну проходи, не стесняйся. Садись, расскажи, что ты придумал за месяц. Чем будешь заниматься, каков твой бизнес-план. Не молчи, я готов выслушать детально. — Голос сочился насмешкой. — Или нечего сказать? Может потому, что вчера ты до 5 утра гонял по объездной с дружками, до этого напившись и накурившись? Или позавчера — подарил другу пятнадцать шлюх на днюху? Или еще днем раньше, когда проиграл двести тысяч рублей?

— Ой, Паш, не надо. Для тебя это не деньги. Подумаешь.

— Для меня — да. А с какого хрена это не деньги для тебя? Ты, сучонок, рубля еще не заработал, а научился кутить, как купец провинциальный. Короче, вот так — карту банковскую на стол, ключи от машины на стол. Квартиру и телефон пока оставлю. Завтра не найдешь работу, отберу и это. Свободен.

— Паш, ну я правда думал. Я хочу с тобой работать.

— И что же ты будешь делать? — Брат не верил лживому парню, видел, что тот выкручивается. Но это поганец был единственным, что осталось от семьи. И хоть он понимал, что шельмец вьет из них с Наташкой веревки, любил его и не мог наказать серьезно.

— Ну, я же экономический закончил. Посижу, сделаю анализ, посмотрю, как сократить расходы, — вспомнил подсказку Натальи. — Я ж все помню, накладные расходы, оборот там, дебит-кредит.

Брат оглушительно расхохотался:

— Помнишь говоришь? Дебит-кредит? Ты забыл, что все это сверху — только прикрытие. Ты чего оборот-то увеличишь? Шлюх? На чем расходы сократишь — на дури? Так мы ее и так берем дешево, только везем дорого. Охрану сократишь? Или взятки? Нет, милой, в моем бизнесе тебе делать нечего, запорешь дело. Найди себе мирный гражданский бизнес, ресторан там открой, или строительную контору. Денег дам, но под четкий бизнес-план. А если и завтра ты ничего не предложишь, поедешь с пацанами — курьером за товаром, в Ташкент. Понюхаешь, почем фунт лиха, побегаешь от полиции, потом будешь по две сотни в день проигрывать.

Павел распалился, подошел к шкафу, где у него стоял коньяк и тарелочка с закусью, открыл дверцу, налил себе, выпил. Стас в это время закатывал глаза — фу, отстой.

Пока брат продолжал свою воспитательную работу, Стас отвлекся. Неужели он и правда загонит его в Ташкент за наркотой? Но это же опасно — потом через всю страну ехать, столько полиции, постов и собак. Он знал, что есть специальные собаки, натасканные на поиск наркоты. А собак он боялся до одури — в детстве на него бросился соседский бультерьер, и хотя покусать не успел, страху нагнал на всю жизнь. Заранее бледнеющий Стас, представлял будущие ужасы проселочных дорог, где он будет вынужден ехать в компании с грязным водилой, с грузом арбузов или еще какой хрени, под которой спрячут «товар» уже был готов упасть в обморок. Ах как бы было хорошо, если бы он мог перенестись разом домой, как тот крендель в инстаграме. Баба его позвала — он хоп, и тут. Прямо с аквалангом. Вот бы ему так! Или мужика этого нанять! А если откажется? Да и хрен с ним, пусть Паша и договаривается.

— Слышь, братан, кончай меня воспитывать. А тема у меня и правда есть. Смотри, что я нашел в инсте, — он изложил брату свою идею. — Нам нужно захватить бабу. Она вызовет своего парня. Его везем за товаром, заряжаем, она опять его вызывает — оп, он здесь вместе с товаром. Сокращение расходов! Никаких границ, проверок и потерь!

Павел не был ретроградом, но идея сперва показалась ему идиотской. Он выгнал брата, и пригласил своих аналитиков — попросил проверить эту историю с переносом из соцсетей. Никто не удивился, подобные задания поступали частенько — когда ставили цель кого-то кинуть, начинали всегда с подробного изучения.

Проверка заняла месяц, информацию в сетях подчистили, но не окончательно, что-то осталось у любителей, что-то упустили. Информации собрали прилично, в том числе и об интересе спецслужб. Это окончательно убедило Велеса, что телепортация в этом конкретном случае существует. Теперь служба безопасности получила задание, разработать операцию по похищению обоих участников процесса — Галины и Михаила Чиповых, которые совсем спокойно спали в своем далеком сибирском городе.

Империя Велеса-старшего была прибыльной, и только внешне законной. Ночные клубы с подпольными казино, гостиницы с «чистыми» шлюхами, рестораны, пара арен для подпольных боев. Все это держалось на силе, поэтому армия бойцов была немаленькой и затраты тоже. Павлу совсем не хотелось, чтобы его младший брат пошел его путем — он сам понимал, что сколько веревочке не виться… Брата он хотел вывести из-под удара, отправил его учиться за границу — но все напрасно, бездельник умел только тратить бабки и гонять на крутых машинах. Когда он разбил первую — брат пожалел, и купил новую. Через три месяца та же судьба постигла и вторую, а этому разгильдяю хоть бы что — даже ни царапины.

Теперь он решил отправить его куда-нибудь в Европу, дать помощника толкового, и пусть строит свою жизнь там. Без крутого брата за спиной, вести себя так в законопослушной стране не выйдет.

Так, разгильдяй, решивший судьбу Галки и Михаила, улетел под конвоем в благополучную Чехию, а за бедными телепортерами поехала бригада боевиков.

Наблюдение за молодой семьей вели недолго — три дня. Маршруты были простыми и понятными — работа-дом. Женщина была заметно беременной, потому решили с ней обращаться нежно — не навредить. Похищать Михаила не собирались — раз баба его может легко призвать, чего зря стараться. Галину взяли возле женской консультации — к ней подошла такая же беременная, попросила помочь дойти до машины. Потом из благодарности предложила подвезти до дома. Галка согласилась и села в машину сама. Ее почему-то не смутило, что за рулем водитель-качок, и сзади еще один. Муж и брат, представила новая знакомая Олеся.

Машина поехала по направлению к дому, Галка отвернулась к окну. Тут ее лицо накрыла тряпка с таким знакомым запахом.

— Опять, — растаяла мысль в засыпающем мозгу.

Пришла в себя она через пару часов, машина неслась по трассе на запад, на руках были наручники. Девушки в машине не было, только три качка. Сзади, в таком же джипе, ехали еще люди.

— О, принцесса очнулась. Дайте воды дамочке. Мадам, если вам дорог ваш ребенок, прошу не кричать и не суетится. Вам не причинят вреда, так сказать, мы везем вас на собеседование. Наш босс хочет предложить вам работу. — Говоривший был слегка насмешлив, и явно ничего не боялся.

— И как я понимаю, отказаться от этой работы я не смогу?

— Люблю умных женщин! Совершенно верно.

— А если я буду кричать, привлеку внимание полиции? — За этот странный год девушка перестала боятся, столько всего пришлось пережить.

— Милая дамочка, вы думаете вашему ребенку полезно спать от эфира? Мы можем усыплять вас перед каждым населенным пунктом, а это еще пара десятков раз. Пожалейте себя и свое дитя. — Стало ясно, что доброжелательны только слова, дела же оставляют желать лучшего.

— В таком случае, я не буду шуметь, но мне нужно в туалет, знаете ли, беременные часто хотят писать. И еще я хочу есть. А кушать что попало я не могу, токсикоз. — Злорадно известила похитителей беременная заложница.

Сейчас женщина думала только о близких — что почувствует муж, родители, узнав о пропаже жены и дочери? Сможет ли Миша утаить ее пропажу от родителей, или мать ожидает очередной сердечный приступ? Как им помочь, как дать знать о том, что с ней пока все в порядке? Как не злить похитителей и сохранить ребенка? Истерика неуклонно накатывала, но она сжимала дрожащие руки и зубы. На руке она наткнулась на подаренные смарт часы, о которых давно забыли. Это же система наблюдения, значит органы знают, что ее похитили! Только бы не привлечь внимание, чтобы часы не забрали и не выбросили. Нужно тянуть время, играть дурочку и ждать. Она подняла часы повыше на запястье, чтоб рукав свитера полностью их скрыл. Оставалось только молиться и ждать. От нервного напряжения ей хотелось сразу всего — пить, писать, кушать.