Муж напрокат, или Откровения верной жены
Шрифт:
– Мне тоже было четырнадцать, когда я встретила Тулли.
Об этом я не подумала. Счастье, впрочем, что Тулли действительно заботился о ней.
– Ребекка была здорово влюблена в Зеда, но родители запретили ей встречаться с ним, поскольку он был из тех, кого принято называть плохими парнями. Та сначала бегала к нему тайком, но потом все-таки перестала.
Мне никак не удавалось справиться с внутренней дрожью.
– Как-то раз я возвращалась из школы домой, когда рядом остановился Зед и предложил подвезти меня. Я согласилась и села в машину. Он был таким… – Я вновь содрогнулась. Образ Зеда – темные волосы, смеющиеся голубые глаза – внезапно трансформировался в моем воображении. Я вновь видела лицо в маске и этот безжалостный ледяной взгляд.
– Не надо было тебе соглашаться, – прошептала Симми.
– Ты права. Но он был таким привлекательным. Он отпустил мне парочку комплиментов, и я растаяла. Еще он сказал, что Ребекка – трусиха, раз отказывается с ним встречаться. И он пригласил меня встретиться с ним.
Симми затаила дыхание.
– Я была просто счастлива. Этим предложением он словно бы сделал меня старше. Наконец-то я могла получить то, чего не было у Ребекки. У тебя нет братьев и сестер, так что вряд ли ты поймешь…
– Я понимаю, – возразила Симми. – Я все время видела это, когда наблюдала за Джексоном и его братьями.
– Я стала тайком уходить из дома, чтобы встретиться с Зедом в соседнем парке.
Я ненавидела эти воспоминания. Как бы мне хотелось, чтобы они принадлежали не мне, а кому-нибудь еще!
– И он попытался сделать это с тобой? – спросила Симми.
– Нет, – покачала я головой. – Для этого он был слишком умен. Так, пара поцелуев. Мы просто катались на его машине. Он давал мне пиво и травку.
– Наркотик?
– Да. Я делала вид, будто мне это нравится, чтобы не разочаровать Зеда. Бекка страдала, а я… мне, конечно, было немного стыдно, но я чувствовала себя такой счастливой, что не задумывалась о подобных мелочах.
Симми улыбнулась как-то неопределенно, и я в смущении отвела взгляд.
– В один из таких вечеров он взял меня силой.
– Не может быть! – охнула Симми.
Если вдуматься, на что я, собственно, рассчитывала? Что Зед удовольствуется одними прогулками и редкими поцелуями? В своих фантазиях я уже объявила его своим женихом – думала, что в один прекрасный день мы поженимся. Ну и дурочкой же я тогда была!
Я не собиралась рассказывать Симми детали того вечера. Мне и самой меньше всего хотелось вспоминать их. Конечно, я сопротивлялась, но он был куда сильнее. Ты ведь хотела быть как Ребекка, правда? – сказал он тогда.
– Он тебя изнасиловал, – сказала Симми.
– Я считала, что заслужила это, потому что встречалась с парнем, которого терпеть не могли мои родители. – Я вновь взглянула на Симми. – А вы с Тулли… Тебе ведь тоже было только четырнадцать, когда вы познакомились.
– Что ты! – Симми покачала головой. – Ничего этого не было, и, уж конечно, Тулли не стал бы меня насиловать. Поначалу он вовсе держался со мной как с младшей сестренкой. Когда мы начали, мне было уже пятнадцать, и мы все время пользовались презервативами, пока не решили завести ребенка.
Подумать только! Я и не ожидала, что Тулли проявит такую предусмотрительность.
– Ты рассказала кому-нибудь о том, что случилось? – спросила Симми.
– Нет. И я продолжала встречаться с ним. Зед сказал, если я откажусь приходить, он расскажет обо всем Ребекке. Я просто не знала, что мне делать. Как мне себя спасти.
– Но какое отношение это имело к гибели твоих родителей? – спросила Симми.
– Я забеременела.
– Забеременела? – охнула Симми. – У тебя был ребенок?
– Нет.
Сейчас моему ребенку было бы уже двадцать. Порой я представляла себе его. Представляла любовь, которая связывала бы нас.
– У тебя был один из выкидышей, – мягко заметила Симми.
– Нет, – я сжала руки. – Мой отец… он заметил, что меня тошнило по утрам, потому что он всегда отвозил меня в школу.
– И он догадался?
Я кивнула.
– Как-то раз, вместо того чтобы отвезти меня в школу, он привез меня в парк – в тот самый, где мы встречались с Зедом. Он ничуть не сердился. Сказал только, что видит, что со мной что-то не в порядке. – Голос у меня дрогнул, и я замолчала.
Симми сжала мою руку в своей.
– Я расплакалась и рассказала ему обо всем, – вымолвила я наконец. – Я думала, он рассердится, но он только обнял меня, как будто я была совсем маленькой девочкой. Папа сказал, что поможет мне. В то время я не очень-то представляла себе, что такое аборт. – Я глянула на Симми. – Ты знаешь, что такое аборт?
– Конечно, – ответила та.
– Отец сказал, он организует все так, чтобы мама не узнала. Еще он сказал, что Зед меня больше не побеспокоит. Я ужасно боялась делать аборт, потому что мать всегда учила меня, что это плохо. Но мысль о том, чтобы родить ребенка, была еще хуже.
– И что случилось потом? – спросила Симми.
– Я сказала Зеду, что отец обо всем знает и что я собираюсь сделать аборт. Он пришел в ярость. Заявил, что это и его ребенок тоже и я не имею права так поступать. Сказал, раз мой отец ни во что не ставит жизнь этого малыша, то и он тоже не заслуживает жить. Я видела, что Зед совсем спятил, и была только рада, что отец больше не подпустит его ко мне.
Прошло много лет, прежде чем я узнала, что отец нанял адвоката: он планировал посадить Зеда за совращение несовершеннолетней.
– И вот папа отвез меня на аборт. Но когда мы возвращались домой… – Я вновь глянула на Симми. – Трудно даже вспоминать об этом.
– Расскажи мне, – попросила она, вновь легонько сжимая мою руку.
– Когда мы подъехали к дому, оттуда выбежала моя мать. Я подумала, что она обо всем узнала, и мне сейчас не поздоровится. Но мама запрыгнула в машину и закричала, чтобы отец уезжал.
– Почему? – нахмурилась Симми.
– Потому что Зед был там. На дороге, ведущей к дому. Я не сразу поняла, кто это, потому что на нем была маска. Она закрывала все его лицо – кроме глаз, – я судорожно сглотнула. – По глазам-то я его и узнала. В руке он держал пистолет. Я быстро нырнула за сиденье, и тут он начал стрелять. Кровь… она была повсюду. А от выстрелов можно было оглохнуть, – я зажала уши руками, как будто могла заглушить эти проклятые выстрелы.
– Майя, – мягко сказала Симми, и я отметила, что она впервые назвала меня просто по имени, без мисс. В глазах у нее блестели слезы. – Бедная девочка, – промолвила она.