Чтение онлайн

Да и вообще, все семейка Ставицких для меня крайне опасна. Что ни брат, то проблемы. И с каждым своя история. Антон мертв, но постоянно преследует меня, Тимур, судя по всему, намеревается возобновить отношения, а Кириллу просто очень нужны финансы Антона, которые сейчас стали моими.

Я принялась за дело, воткнула в уши наушники и слушала музыку. Но ни убраться, ни насладиться композициями спокойно мне не дали. Я все равно продолжала лицезреть Тимура, который подозрительно часто проходил мимо. А язвительные комментарии его брата мешали мне сосредоточиться на уборке.

— Он хочет воспользоваться моей гибелью, чтобы подкатить к моей жене! — прозвучало в наушнике, перекрывая любимую песню.

— Чего он все время трется рядом с тобой, будто ты унитаз, который он не знает, как починить?

В какой-то момент от таких комментариев мне захотелось рассмеяться. Антон стал таким забавным, когда почувствовал конкуренцию со стороны Тимура. Словно маленький мальчик, брату которого подарили игрушку, а ему — нет.

Но все равно мне было очень приятно, что муж меня ревнует. Не грубо и зло, как это случалось раньше, а просто тихо бурчит себе под нос. Он выглядел в этот момент таким милым, что если бы я могла, то обязательно прижала бы его к себе, чтобы он не волновался.

Поймала себя на этой мысли и не поняла, откуда она ко мне вообще пришла. За все восемь лет у меня ни разу не возникало мысли, что Антону нужна поддержка и сочувствие. Для меня это оказались совершенно новые эмоции, и все оставшееся время я пыталась их переварить, то оправдывая себя, то ругая последними словами.

Дом преображался на моих глазах. Гостиная, с которой я начала бурную деятельность, сверкала чистотой. Но после уборки стало понятно, что ей требуется хороший ремонт.

Когда я перешла на спальню, там оказалось все совсем печально. Обои отсырели и лоскутами свисали со стен. В такие условия я никак не могла поселить мальчиков. Три спальни, и каждая из них совершенно непригодна для жизни. Я очень расстроилась. Теперь еще долго придется жить в гостинице. Прекрасно знала, что ремонт может длиться месяцами, но Антон утешил меня.

— Ада, я сейчас наберу на телефоне номер замечательной бригады, уже через несколько недель сможешь сюда переехать!

Даже не знала, как его благодарить. Он успел столько для меня сделать в виде призрака, сколько никогда не делал живым.

Оставалось только договориться с подрядчиком, расписание которого оказалось настолько плотным, что изначально он поставил меня в график через год. Но стоило ему услышать мою фамилию, как тут же тон изменился, и нашлось свободное время.

— Госпожа Ставицкая, я очень уважал вашего супруга, только ради него я готов бросить все свои объекты и оперативно сделать вам ремонт!

Никогда не думала, что Антон был настолько уважаем. Нужно будет при встрече обязательно спросить у этого строителя, что же такого сделал мой супруг, что он готов бросить все, лишь бы помочь его вдове.

К обеду я проголодалась, да и работы уже проделала предостаточно. Из кухни послышался голос Тимура.

— Ада!

Я решила проверить, что от меня хочет парень.

На столе стояло две кружки горячего чая и несколько бутербродов. Я осторожно подошла и осмотрела импровизированный обед.

— Что это?

— Я подумал, что ты проголодалась, взял с собой перекусить, но всегда готов поделиться с хорошим человеком! — его улыбка выглядела так искренне, что у меня язык не повернулся отказаться.

Мы ели в молчании. Я не знала, о чем нейтральном можно поговорить с ним, чтобы не касаться темы прошлого. Он лишь поглядывал на меня. Под таким пристальным надзором я не могла расслабиться и спокойно пообедать. Пришлось быстро проглотить бутерброд и приниматься за работу.

Но сколько я ни бежала бы от себя, все равно прекрасно чувствовала близость Тимура. Каждую минуту вспоминала, что не одна в этом доме. Когда-то я мечтала о том, чтобы мы вместе обустраивали дом для совместной жизни. Вместе налаживали быт для наших детей. Прошли годы, и вот мы действительно готовим дом к заселению, только это не наше гнездышко и никогда им не будет.

Ремонт пошел очень бодро. Я каждый день ездила в дом, чтобы проконтролировать все, но с Тимуром больше не встречалась. Странным образом меня это расстраивало. Каждый день, когда моя машина начинала шуршать гравием на подъездной дорожке, я надеялась увидеть и его машину, но каждый раз там стоял только «Форд» подрядчика.

Антон не оставлял меня ни на минуту. Он зорко следил за процессом. Именно благодаря ему я задавала рабочим вопросы, которыми в корне меняла их представления о блондинках.

Но ремонт стал и поводом для бесконечных ссор. Мы не могли сойтись на цвете стен, покрытии для пола. Я хотела, чтобы двери были светлыми, а Антону понравились темные.

В какой-то момент я не выдержала таких ярых обсуждений и набросилась на него:

— Антон, ты же не будешь жить в этом доме! Почему же мне не даешь впервые насладиться обустройством собственного дома?

— Дорогая, там будет жить мой сын. Ты понимаешь, что светлые двери будут изрисованы в первую же неделю?

— Откуда ты вообще так много знаешь про детей, или все свое свободное от работы время посвящал другой семье? — обиженно воскликнула я.

— А что мне еще оставалось делать? Тебя вообще не интересовало, дома я или нет! — в ответ крикнул он.

— Конечно, кому хочется наблюдать дома супруга с вечно недовольным лицом да еще и с бокальчиком чего-нибудь крепкого! — выплюнула я очередную колкость.

— Кто бы говорил, да ты же вечно старалась как можно больше выпить, чтобы быстрее уснуть!

— Естественно, я не могла перенести твоих прикосновений! — сначала сказала, а потом закрыла рот рукой.

Даже он не достоин таких слов. Как бы муж себя ни вел, но не стоило говорить всю правду в лицо. Очень захотелось все объяснить, потому что молчание затягивалось.

— Антон.

Ответа не последовало.

— Прости, я не то хотела сказать.

— По-моему, ты очень определенно выразилась! Не думай, что я был наивным мальчиком, все прекрасно понимал. Поэтому и не трогал тебя!

— Вот именно! Вот именно из-за этого я так и сказала!

Он как всегда не так все понял.

— О Боже, как же с тобой тяжело! Я тебя вообще не понимаю!

— Да ты никогда и не пробовал, тебе не было до меня и дела. Зато ты прекрасно успевал лапать своих баб. А они и рады стараться! Как же, сам Ставицкий обратил на них внимание! — меня понесло, я не могла остановиться. — А каково мне было знать, что в твоих руках несколько часов назад находилась очередная шлюха? Каково ощущать чужие духи на твоей коже? Как ты думаешь, приятно ли мне было понимать, что до меня ты трахал другую? Безумно противно! До тошноты, до боли в горле! Я не могла выкинуть эту картину из головы!

— А что мне оставалось делать? — откликнулся мужчина после моей тирады. — Здоровый мужчина, которого дома жена не просто игнорирует, а нос воротит. Я свято верил, что противен тебе, что ты совершенно ко мне равнодушна.

— Ты просто дурак! — крикнула я и скрылась от него в ванне.

Этот разговор я продолжать не могла. Он отнимал у меня все силы, возвращал в прошлое, которое я не хотела вспоминать даже под дулом пистолета.

Мне нужно было спрятаться от него, скрыться, как это часто случалось раньше. Я слышала голос из телефона: