Чтение онлайн

— Извините, я сестра Анны, Татьяна, вы что хотели? Что-то срочное?

— Тетя Аня разводится с мужем? — напрямик спросил Тимур. — Слезы по этому поводу?

— Да, а откуда вы знаете?

— Давайте я подъеду, и мы пообщаемся.

Через час Акулов уже заседал на кухне в незнакомой старой хрущевской однушке. Напротив устроились две зареванные женщины в одинаковых розовых спортивных костюмах и изливали на него потоки информации.

— Я, конечно, всё понимаю, но муж Анечки свинья, каких мало! В свинарнике ему место, — вещала Татьяна, такая же круглая в разных местах брюнетка, как и ее сестра.

— Меня на какую-то молоденькую профурсетку решил сменить! — пыхтела тетя Аня и утирала щеки бумажным платком. — У всех мужики как мужики, переживают кризис среднего возраста по-человечески. Рыбалкой занимаются, машины красные покупают, а этот Ли-и-идочку завел. Заявил мне: для души ему надо. Какая там душа после такого поступка, а? И главное, иди, говорит, вон! Я… из своей квартиры! Словно там ничего моего! А там всё мое, Тимурка, всё-всё, и пусть эта квартира ему от родителей досталась! Самая последняя шторка, каждая обоина лично мной поклеена. Да я эту квартиру вплоть до каждой паркетины перебрала. Я жизнь положила на этого козла, его квартиру, детей. А он… нет, не человек после такого поступка! Ирод! И главное — машину продал, вторую квартиру, которую мы сдавали, продал, а денег нет. Куда дел, не говорит. На улицу меня с голой задницей… что делать, Тимурка, я не знаю!

— Судиться, — пожал Акулов плечами. — Тут ответ весьма однозначен.

— Так а как я с ним судиться буду, если у меня даже сумки с кошельком нет? Ничего нет, он даже вещи забрать не дал, представляешь? Слава богу, дети у матери, зимние каникулы уже начались, я их отправила от греха подальше, как чувствовала. А старший в Москве. У меня нет денег! Ни рублика…

— А не надо денег на суд, теть Ань. Я вам лично помогу, безвозмездно.

— Правда поможешь? Спасибо тебе, Тимурка, вот не зря я тебя в детстве пирожками-то угощала!

«Ну держись, Витинатор!» — прорычал про себя Акулов.

Любителям обижать детей следует помнить — они взрослеют.

Правильный поступок

Часы показывали двенадцать ночи, а Тимур и не думал из кабинета перемещаться в спальню.

Во-первых, не было в холодной постели ничего привлекательного.

Во-вторых, дело тети Ани всё никак не давало покоя.

«Ну и гад же ты, Витинатор…» — ругался он про себя, вникая в детали случившегося.

Прутский оказался еще большим жуком, чем Тимур думал изначально. Первые несколько лет он на тете Ане даже не женился, и в это время к нему как раз перешла по наследству отцовская квартира. Расписались уже после того, как она родила ему первого ребенка, которого, как и остальных, прописали у ее матери.

Акулов не знал, как жили эти двое, клиентка на семейную жизнь в целом не жаловалась, лишь на окончание этой самой жизни. Но по всему выходило, что Прутский был весьма прижимист, поскольку даже ремонт тетя Аня, по ее словам, зачастую делала лично.

Зато супруги сумели накопить на приличную двушку и машину. Именно это имущество Прутский недавно продал. По официальной версии собирался с согласия жены вложить деньги в две квартиры в новом строящемся доме. У него действительно уже имелись договоренности по этому поводу. Но накануне с Витинатором случилось великое несчастье. Всё нажитое непосильным трудом у него украли!

Неподалеку от дома в темном переулке на него напал грабитель, когда тот как раз возвращался с деньгами домой. Заявление в полицию потерпевший написал сразу. По словам Прутского, у него украли сорок тысяч долларов — если перевести в рубли, как раз получалось три миллиона, которые выручил с продажи квартиры и машины.

Через знакомых у Тимура получилось узнать детали дела: нападавший — неизвестный среднего роста, плотной комплекции в лыжной маске. Грозил Прутскому каким-то черным пистолетом. Попробуй найти кого-то с подобным описанием в городе-миллионнике. Вишенка на торте — дело попало на стол к совершенно нерасторопному следователю, по его поводу Акулова также уже просветили. Самое большое количество висяков в отделе. Каково?

Он верил: дело с мертвой точки даже двигать никто не будет, несмотря на то, что украдена была очень крупная сумма денег. Да и вообще, зачем бы Прутскому гулять пешком с баксами в тихом переулке? Это не противозаконно, разумеется, но очень глупо.

Картина складывалась неприглядная — останется тетя Аня без всего. Витинатор постарался.

— Фига с два… — пробурчал Акулов про себя.

Будить изрядно перенервничавшую женщину звонком он не стал, написал сообщение: «Не думаю, что ограбление вообще имело место. Скорее всего, ваш муж просто спрятал деньги, а пропажу сымитировал. Подумайте, куда он мог их деть? Вряд ли отнес в банк, так недолго и спалиться. Вероятно, спрятал на даче или у знакомых. Есть у него доверенное лицо или тайник?»

Несмотря на поздний час ответ пришел почти сразу:

«Я подумаю-помозгую!»

— Ох ты ж дуреха… Раньше надо было думать-мозговать, когда судьбу свою связывала с этим придурком. Видно же — говно человек… — хмыкнул Акулов в пустоту кабинета и откинулся на спинку кресла.

Его искренне возмущала наивность этой женщины. Что мешало сделать себе какое-нибудь прикрытие? Карьеру построить, отложить денег на черный день так, чтобы муж не знал. Много чего можно было успеть сделать за двадцать пять лет. А слепо доверять уроду — такое себе удовольствие.

Прутский очень сильно взбесил Тимура своим гадким поступком. Этого упыря даже не смутило, что у него двое несовершеннолетних детей.

«Это каким скотом надо быть, чтобы вот так жену с детьми…» — скрежетал он зубами.

И вдруг до самого дошло: он ведь Ангелине тем же самым пригрозил когда-то.

Попрекал, что денег в дом не приносила, сказал, чтобы уходила ни с чем.

«М-да… Не только Прутский говно на палочке, — Тимур уронил голову на руки, с силой потер лицо. — Может быть, поэтому Лина меня никак простить не хочет?»

Ну конечно, кому понравится, когда дорогой человек творит такие вещи? Вон как тетя Аня слезами умывалась по такому же поводу.

Да, в отличие от Витинатора, Тимур вообще не хотел, чтобы жена уходила. Сказал те слова лишь для того, чтобы застращать, сделать так, чтобы ей стало невыгодно его бросать. Хотел таким вот противодействием отбить желание подать на развод. Но тогда он, оказывается, еще очень плохо знал свою Лину.

«На всё наплевала, развернулась и усвистала куда подальше…»