Чтение онлайн

– Должно ли быть в семье разделение обязанностей? – В семье нет обязанностей . Обязанности в государстве, в армии, на производстве, а в семье – жертвенная любовь. Именно на такой основе строится прочное здание семьи, а на обязанностях семью не построишь. Чаще говорите об этом с мужем и старшими детьми, а для этого надо как можно больше времени проводить вместе.

– Моему сыну четыре с половиной года, и он стал очень строптив. Реагирует только на окрик и то далеко не всегда. Пытаюсь считать до десяти, потом, не удержавшись, шлепаю его…

– Успокою вас: это возрастное. Ребенок изучает мир, ставит эксперименты на родителях, бабушках и дедушках, на ком попало. Крик и беспорядочные шлепки, увы, входят в его наблюдения над миром… Это надо исключить. Мама может быть строгой, жесткой, суровой, но она не может быть скандальной, крикливой, «нервной». Ради ваших детей, найдите другой образ поведения. Не надо считать до десяти, надо обратиться ко Христу, и Он подскажет вам, что делать в каждом конкретном случае.

Превосходно действует, например, метод «хорошего и плохого мальчика». «Пришел плохой мальчик», и мама становится жесткой, холодной, не реагирует на каприз ребенка. Стоит ему сменить поведение, это значит, «пришел хороший мальчик», и контакт полностью возобновляется. Помните только, что дети в этом возрасте еще лишены способности к выстраиванию причинно-следственных связей: наказывать и поощрять ребенка следует лишь за то, что происходит здесь и сейчас.

Вам, безусловно, помогут хорошие книги по педагогике. К сожалению, среди литературы, которую пытаются выдать за православную, хороших книг не так уж много…

– Мне сказали, что для православного воспитания детей требуются телесные наказания, частая порка ремнем… Правильно ли это?

– «Бить или не бить? – вот в чем вопрос…» Ответ, к счастью, очень простой и короткий: не бить. Не бить даже тех, кто дал вам такой вздорный совет, хотя они-то как раз этого и заслуживают. Иных людей, вероятно, вводят в заблуждение ссылки на телесные наказания, о которых говорится в Ветхом Завете, а главное, в дореволюционных наставлениях по воспитанию детей, сегодня по чьему-то неразумию или недосмотру переиздающихся в изрядных количествах. Дело в том, что в воспитании ребенка (да и взрослого тоже) колоссальная роль принадлежит среде, а мы ее очень часто не принимаем в расчет. Не потому мы отвергаем телесные наказания, что мы такие хорошие, а потому, что окружающая нас жизнь сильно испортилась.

Нормальная жизнь создает максимум условий для общности людей, для сплочения семьи, для укрепления любви, уважения и доверия. Поэтому конфликт, вызванный телесным наказанием, в нормальных условиях ликвидировался сам собою, быстро и безболезненно, и урок шел впрок. Сегодня же жизнь крайне далека от нормы; все силы ада направлены на отторжение людей друг от друга, на разрушение семьи, развитие ненависти, злобы, недоверия… В таких условиях детские обиды неизбежно приводят к душевным травмам, влекут за собой болезни, преступления, гибель.

Вам поможет простая аналогия. Если сталь разогрета в кузнечном горне, то ударами молота ей придают прочность и форму. Если же ее охладить и ударить тем же молотом, сталь треснет – и тогда вы испортите изготовленный инструмент. Учтите, что мы с вами сегодня живем в холодном мире.

Для младшего возраста, однако, бывают исключения. Если двух-трехлетний ребенок, не вполне еще способный понять ваши слова, в игре увлечется чем-то опасным для жизни и здоровья (лезвием бритвы, газовой плитой, электрической розеткой), разумно его отшлепать: помимо физической боли, нет другого способа предохранить его от беды. Но делать это надо без раздражения и злобы.

– Благословите, батюшка! Помогите, пожалуйста, объяснить пятилетнему ребенку, почему плохо играть в карты. Мы в семье не играем, но он видит, как играют другие. Объяснения, что масти карт – это крест, копье и губка, мне кажется, в таком возрасте малопонятны.

– Они не только малопонятны, но и крайне маловероятны: скорее всего, изобретены в конце XIX века, чтобы отвлечь картежников от их склонности. Вроде как «телегония» в наше время. По существу ваши меры по устранению игральных карт (если вы находите это нужным) должны стать частью общего воспитательного усилия по разграничению дома и окружающего мира. Ребенок в таком возрасте и старше встречается с колоссальным потоком подобных явлений, начиная с вездесущего сквернословия. Обязанность родителей нагляднейшим образом продемонстрировать ребенку: ОДНО ДЕЛО – НАШ ДОМ и СОВСЕМ ДРУГОЕ – мир вокруг нас. Он живет по своим правилам и обычаям, далеко не всегда добрым, а НАШ ДОМ – это дом любви и добра, малая Церковь, безопасная гавань для тебя, сейчас и впредь.

С такой установкой ребенок, взрослея, не потеряет связь с семьей: перенося в жизни неприятности и скорби, он снова и снова будет возвращаться домой и испытывать, переживать эту радость возвращения, очищения от грязи, утешения, избавления от зла. И связь поколений не нарушится, а будет крепнуть.

Скажите ребенку: «Малыш! Они там играют, но это нехорошо. И что поделаешь, мы их не исправим, Господь им судья. А у нас, в НАШЕМ ДОМЕ, совсем другая жизнь!..» И повторяйте почаще такую ектенью, но учтите: ваш ребенок будет постоянно проверять вас, следуете ли вы сами этому принципу!

– Сын меня спросил: «Когда наша собака умрет, она попадет в рай?» – «Нет, – ответила я. – У нее нет бессмертной души». – «А как же тогда птицы? Ведь их рисуют на иконах?» И я вспомнила, что недавно в Раифском монастыре под Казанью любовалась фресками, изображающими райские сады. На одной из них дети возле ручья, гуляя по траве, ласково обнимали льва. Как же лев попал на фреску?

– Вопрос сложный, единого общецерковного учения на этот предмет не существует, Священное Писание явно ни о чем не свидетельствует. Толкования стихов (Рим. 8:19–22), в которых речь как будто идет о неразумных тварях, расходятся. Остается полагаться на отдельные святоотеческие труды и практический разум, откуда можно усмотреть, что бессмертная душа не присуща животным по их природе, но они способны приобщиться к вечной жизни посредством своего общения с человеком. Сродство между человеком и животными – не природное, а приобретаемое в процессе одомашнивания, благодаря нашей любви к ним.

Есть немало примеров из житий святых, где человек сближался (хоть и не отождествлялся) с животным миром вокруг него. Мы помним преподобных Герасима Иорданского и Серафима Саровского, друживших со львом и медведем. Другой отшельник жил на одном из островов архипелага (Эгейское море), где высадились охотники. Животные прибежали к человеку за защитой. Он вышел к охотникам и сказал: «Это мои друзья. Не трогайте их, ступайте охотиться в другие места!» Заметьте, он не обличил их за сам факт охоты, но только защитил тех зверей, которые были рядом.

Здесь надо соблюдать тонкое равновесие. С одной стороны, нам грозит бессердечность, бесчувствие по отношению к животным, которых явно влечет к человеку. С другой стороны, есть угроза нехристианской идеологии «благоговения перед всякой жизнью». Благоговеем мы перед Богом и перед человеком как Его образом, а животные могут служить нам пищей. Доходит до того, что Спасителя объявляют вегетарианцем, хотя Евангелие прямо сообщает, что Он ел рыбу (Лк. 24: 42–43)!

Предмет этот, с виду как будто не очень серьезный, имеет первостатейное образовательное и воспитательное значение. Детям младшего возраста он дает урок любви и молитвенного внимания к бессловесным друзьям; те, кто старше, на практике столкнутся с духовным вопросом, не имеющим простого, однозначного решения.

– Сейчас появилось много православной литературы для маленьких детей. А нельзя ли составить примерный список книг для подростков 12–16 лет, которые могли бы затронуть их души?

– К сожалению, а скорее, к счастью, это невозможно. Подростки такого возраста душой становятся взрослыми людьми, каждый со своим характером, своими интересами, своими предпочтениями… Одному затронет душу одно, другому – совсем другое. Следуя любому списку для чтения, вы непременно попадете впросак, как, впрочем, и всегда, когда живое дело воспитания подменяют формальными правилами и процедурами.

Но не унывайте. Вернейший для вас совет – читайте вместе с детьми . Интересуйтесь тем, что читают они, обсуждайте прочитанные книги, журнальные статьи, газетные заметки, стимулируйте их интерес и участие в общей духовной жизни. Тем самым вы добиваетесь двух целей: укрепляете свою связь с молодым поколением и приобщаете его к подлинным духовным ценностям.

Очень интересно и полезно вести общий дневник чтения , куда все члены семьи заносят свои впечатления от прочитанного. Дети, едва научившись читать, уже могут принять участие в таком деле. Пускай они оставят в дневнике лишь корявые картинки, зато их внимание и увлеченность заставят старших более ответственно относиться к семейному чтению.

– Как воспитать в сыне привычку к труду, чтобы праздность вызывала в нем отвращение? Ему всего восемь лет, а он уже не прочь побездельничать…

– Есть такое интересное высказывание: «Молись с осторожностью, а не то твоя молитва сбудется…» Это, наверное, сказано про вас. Самая лучшая привычка к труду – у ишака (правда, из-под палки). Вы этого хотите для своего сына? Праздность сплошь и рядом вызывает отвращение у тех, кто подвержен страстям суеты и стяжательства: они не могут допустить, чтобы у них хоть минута пропала «без пользы» (как им кажется), и с самодовольным презрением смотрят на тех, кто идет на молитву в церковь или на прогулку с детьми.

Значит, не всякий труд полезен и не всякая праздность (а точнее, досуг) – повод для отвращения. В детях такого возраста воспитывать следует в первую очередь трудолюбие, любовь и интерес к доброму делу.

Христианский образ жизни требует сбалансированного чередования разных видов деятельности, труда и отдыха. Святитель Иоанн Шанхайский (fl966), глубоко почитаемый в православном мире, рекомендовал монаху отводить ежедневно шесть часов на труд и шесть часов на богомыслие в тишине… Восточная мудрость гласит: «Кто не умеет расслабиться, тот не сможет и напрячься».

Беда состоит в том, что вместо покоя и созерцания необходимое расслабление для многих превращается в алкогольное самоубийство или телевизионное безумие… Зачем? Можно только сказать, что это следствие нашей греховности, которая способна любое добро употребить во зло нам самим.

Итак, надо учить детей досугу, так же как мы учим их труду. Прочтите внимательно ваш вопрос: можно подумать, что в безделье вы видите некую привилегию старшего возраста, которую притом не желаете разделить с сыном! А между тем цель воспитателя прямо противоположна: по мере взросления детей, по мере их врастания во взрослую жизнь дать им обнаружить в ней богатство как деятельности, так и созерцания, заинтересовать, исподволь открыть им туда дверь…

Если вы хотите защитить сына от безделья, дайте ему широкий выбор общих осмысленных дел на пользу ближним и поддержите в нем те интересы и способности, которые он проявит. А для общего дела, конечно, нужно общество, нужна общность.

– Мне бывает трудно разговаривать с взрослым сыном. У него такие вопросы, что я начинаю злиться. На днях принесла ему книжку о православии, очень короткую, там описаны все православные таинства, даются простые понятия, кто есть Бог и т. д., а он даже читать не стал. «Я, – говорит, – сам все знаю, любого священника за пояс заткну. Я поэтому с ними и не общаюсь, что они мне ничего нового сказать не смогут». У меня даже глаза на лоб полезли. Ну и гордыня… – Неудивительно, что полезли. От чужих грехов всегда глаза на лоб лезут, лишь бы на свои не смотреть. Вы ведь уже и сами видите, что дело никак не в нем, а в вас самой – если он задает вопросы, а вы начинаете злиться. Слава Богу, что он эти вопросы задает, гораздо хуже, когда человеку на все плевать. Вот вы принесли ему короткую книжку, где «дается простое понятие, кто есть Бог». Что же это за книжка такая, если Священное Писание на полутора тысячах страниц и близко не подходит к «простым понятиям», а учебники богословия – тоже отнюдь не самое простое чтение – до сих пор расходятся по самым серьезным вопросам! Православные верующие снисходительно относятся к таким неуклюжим упрощенческим опытам. А представьте себе, каково все это читать человеку, не знакомому с Господом, скептически настроенному…

Вы любите своего сына, хотите показать ему дорогу к Церкви, к Господу – так не отворачивайтесь от него! Безусловно, исключите всякое озлобление, неприязнь, осуждение в его адрес. Наоборот, нужна крайняя доброжелательность, открытость, готовность идти навстречу.

Надо познакомить его с кем-нибудь из духовенства, кто бы мог правильно ответить на его сомнения и недоумения. Поговорите с ним в таком, например, духе: «Ты ведь человек образованный, вдумчивый, много знаешь о жизни, о религии – конечно, священнику интересно и полезно будет с тобой побеседовать. Ведь для духовенства очень важно общение с серьезными людьми…»

– Дочке нравится «современный» стиль одежды, а я постоянно с ней спорю, у нас все время скандалы. Как их преодолеть?

– Скандалов не должно быть в любом случае, а вот преодоление их зависит от возраста дочери. Если она еще маленькая и способна смиренно принять ваше слово, вы должны просто указать ей, какую одежду носить можно, а какую нет. Ваш родительский авторитет будет ей неоспоримым руководством в выборе одежды и других жизненных вопросах.

Если же она достигла подросткового возраста, то никакой диктат уже не годится – пусть даже формально она и подчинится вам. Необходимо выбрать принципиально другой путь. В отношении «современного стиля» можно опереться на иронию, а иногда и на прямую насмешку над идиотизмом и пошлостью кумиров моды. Если дочь вместе с вами от души посмеется над ними, а вслед за тем получит разумный христианский совет и практическую помощь, то ваша цель будет достигнута.

Но будьте осторожны: насмешка – оружие обоюдоострое. Ни при каких обстоятельствах не смейтесь над вашими детьми-подростками, даже если вам кажется, что это всего лишь невинная ирония. Всегда относитесь к ним с подчеркнутым вниманием и уважением: тем самым вы сохраните с ними драгоценный контакт, который столь часто теряется в наше время.

– Вот уже несколько лет меня постоянно бьют в школе. Я переходил из класса в класс, менял школу – и всегда одно и то же: меня бьют, а я не могу ударить человека. Меня доводят, но не до конца, а я просто ненавижу их и поэтому даже играю в страшилки, представляя, что монстры – это мои враги из школы. Скажите, что мне делать?

– Что делать?.. Для начала понять и признать, что это непростой вопрос, что это дело моего жизненного подвига, моего становления как мужчины, как верующего христианина. А если так, сразу станет легче. Но не будем искать быстрых ответов. Быстрые ответы бывают только в детских, школьных задачках; в серьезных делах нужны время, терпение, труд, опыт… Прежде всего я бы выяснил, почему именно со мной случилась такая напасть? Что меня отличает от других? Почему меня доводят, а других нет? Или, может быть, доводят всех, но только я так остро это воспринимаю, а другим – до фонаря? Вы же сами пишете: «Доводят, но не до конца…»

Подумав над этим и сделав кое-какие предположения, я стану в открытую говорить на эту тему, но только с теми людьми, кому доверяю и кто ко мне хорошо относится: с родителями, со священником, с учителями (кто пригоден), со старшими друзьями. Стану рассказывать о себе, спрашивать совета. В таких разговорах я научусь не вызывать к себе жалости, но в то же время не выказывать ненависти, негодования, презрения… Одним словом, буду учиться у Самого Христа и у своих собеседников.

Одновременно я стану контролировать проявление своих эмоций, смотреть на себя со стороны: что в моем поведении хорошо, а что нет – и изменю в себе то, что мне не нужно, что не годится. Например: «Я просто ненавижу их, и поэтому даже играю в страшилки, представляя, что монстры – это мои враги из школы», – ведь это же явно занятие и невзрослое, и неумное, и нехристианское.

Я на сто процентов убежден, что эти шаги дадут превосходный результат. Но есть и еще один. Вы пишете: «Я не могу ударить человека». А почему, собственно? Может быть, следует заняться каким-то видом спортивной самообороны? Дело для мужчины нужное: защищать в основном не себя, а ближних и слабых. Только надо выбрать хорошую группу.

– Моему племяннику 18 лет, последнее время у нас нарастает скрытый конфликт. Он к нам приходит на 5—10 минут, убегает, а я не успеваю даже сказать ему что-то воспитательное.

– Слава Богу, что не успеваете… Вы думаете, в 18 лет парню приятно, что старшая родственница учит его жить? Для преодоления конфликта надо быть рассудительнее. Сейчас вашим основным инструментом воспитания должен стать не язык, а уши: научитесь внимательно слушать племянника. А если язык и применять, то не для обличений или увещеваний, а прежде всего для доверительных рассказов о чем-то, что может его заинтересовать. Делитесь с ним своими серьезными переживаниями, вопросами, спрашивайте его совета и т. п.

Помните: у неразумных старших молодежь «вырастает прочь от них», как бы убегает, а старшие пытаются за ними угнаться… Если же они ведут себя разумно, то молодежь «вырастает к ним», идет с ними на сближение, а они стоят впереди и приветствуют молодых в своем взрослом мире.