Чтение онлайн

Чёрт бы побрал её и её нулевой процент жира.

Хорошо, всегда есть Uber. Но куда попросить отвезти меня? Домой к Тому? Ко мне? Мне нужно место. Мне нужно большое романтическое воссоединение. Мне нужно идти, чёрт возьми. Мы с Томом бежим друг другу на встречу по лугу, заросшему маргаритками. Или мы с Томом перепрыгиваем через чемоданы в аэропорту, чтобы добраться друг до друга.

Или мы с Томом голышом в лодочном сарае. Я не придирчива, пока он рядом. И голый.

– Мне пора, дамы, - говорю я, бросая чаевые на стойку и подмигивая бармену. – У меня есть люди, которых нужно увидеть и трахнуть.

Я убегаю. Почему я бегу? Потому что я знаю, чего хочу, и я хочу Тома, а это значит, что хочу его сейчас! Я расчищаю идеально ухоженный дворик на крыше, направляясь вдоль бесконечной лужайки к металлическим лифтам.

Я нажимаю на кнопку лифта. Ничего не загорается. Давай же, ублюдок. Я нажимаю ещё несколько раз, чтобы показать, кто здесь главный. А потом слышу жужжание, и полоса синего света проносится вокруг лифта, возможно, сигнализируя о подъёме. Я не знаю. Мне нужно сосредоточиться. Я так взволнована, уверена, что единственное, что меня успокоит – это чашка шоколадного супа или секс с Томом. Илллиииии, секс с Томом в чашке с шоколадным супом.

Теперь я действительно не могу сосредоточиться.

Я залезаю в декольте моего платья, и поправляю сиськи. Они нуждаются в этом. К тому же, это успокаивает меня. Поэтому, когда дверь лифта со звоном открывается, я стою, крепко обхватив себя за грудь, и, чёрт возьми, если это не Том прямо передо мной, ухмыляется мне в лицо.

Синие огни сверкают.

Единственное, что я замечаю в своей лишённой сна и напряжённой дымке, это то, что двери лифта открылись с лёгким щелчком и мигающими огнями, как будто я собираюсь войти на палубу «Энтерпрайза». Когда двери открываются, то должен признать, я слегка ошарашен. Эта великолепная, соблазнительная, восхитительная женщина смотрит на меня, лаская свою грудь. А потом я смеюсь, потому что, что ещё я мог сделать?

То, что происходит дальше, меня удивляет, а это о чём-то говорит. Бринн бросает на меня взгляд, выпускает грудь и говорит голосом, который, кажется, доносится со дна колодца или, может быть, из-за её внутреннего волка. – МООООООЙЙЙЙЙ. – А потом прыгает. Это словно дежавю в лодочном сарае.

На этот раз я готов.

Бринн прыгает, обхватывает меня ногами, а мои большие руки обнимают её и направляются прямо к её заднице, где я немного приподнимаю её, чтобы лучше держать её, потому что прямо сейчас, и ещё очень долго, я собираюсь держаться за эту женщину. Я слышу, как она рычит ещё раз, а потом сосёт моё лицо. Я имею в виду, буквально. Она как инопланетный кокон в Чужом, только знаете, инопланетная версия, которая сексапильная и которую можно трахнуть.

Я всасываю её лицо в ответ. В лифте. Двери закрываются, и я окружён ею, а она мной…

Блядь.

Мы в лифте.

– Детка, - выдавливаю я.

– Заткнись, - говорит Бринн. И она целует мои губы, шею, ухо. Потом слегка расстёгивает мою рубашку и целует ключицу, так что я нажимаю кнопку тридцатого этажа, где Брахт уже забронировал мне номер.

Как будто он знал или что-то в этом роде.

Я БУДУ ЗАНИМАТЬСЯ ЛЮБОВЬЮ СО СВОЕЙ ЖЕНЩИНОЙ ЧАСАМИ, кричит мой член.

Заниматься любовью? Да.

Потом я киваю, и моё лицо оказывается в её декольте, а мой язык и мои руки что-то делают, и мой член так счастлив, что напевает. Или вибрирует. Сэр Мастер Член в восторге.

Когда двери снова со звоном распахиваются, я позволяю её ногам опуститься на пол и перестаю целовать её на достаточное время, чтобы посмотреть на неё и убедиться, что она настоящая. Её волосы растрёпаны, грудь вздымается под грёбанным платьем с запахом, и я не думаю, что когда-либо был счастливее.

На данный момент.

Но уверен, что через несколько минут будут ещё более счастливым.

– Что? – спрашивает она.

– Пентхаус, - говорю я. – У меня. Ключ.

– О. Да! – А потом мы снова целуемся.

Пластиковая ключ-карта, скольжение, нащупывание, и мы вваливаемся в номер. Я закрываю дверь. Она раздевает меня, я разворачиваю её. Рождество каждый день с этой женщиной! Боже, я чертовски люблю её.

Она резко останавливается.

– Неужели? – спрашивает она, либо я сказал это вслух, либо она читает мои мысли. Это не имеет значения.

– Да, Бринн. Боже. Где-то между лодочным сараем и твоим пристрастием к закускам, я влюбился в тебя. Сильно. И… я люблю тебя. Я хочу тебя. Я хочу, чтобы между нами было всё по-настоящему…

Она перебивает. – Это по-настоящему, всё это. – Бринн разрывает на мне рубашку, разбрасывая пуговицы. Это очень круто, и я знаю, что нашёл женщину для себя. Она стягивает с меня рубашку, так что я обнажён по пояс, а Бринн стоит там в лифчике и этих крошечных трусиках, которые мало оставляют места для воображения, поэтому дёргаю их, пока она не оказывается обнажённой. Намного лучше. У меня не осталось терпения что-либо воображать с этой женщиной.

– Я тоже люблю тебя, - говорит она. – Очень люблю. Из-за твоих больших рук. Прямо сейчас не хватает слов, так что…

Я перевожу дыхание в течение минуты. Я делаю это, потому что не хочу ничего испортить. – Теперь я могу заняться с тобой любовью?

Она наклоняет голову. – Если ты подразумеваешь под «заняться со мной любовью» «трахнуть меня» и действительно это имеешь в виду, то «да». Я тоже люблю тебя. Неужели я так сказала?

– Да, сказала. – Я протягиваю руку и расстёгиваю её лифчик. Бринн позволяет упасть ему на пол. Она стягивает с меня штаны и трусы, и я отбрасываю их. Мой член в полной, эм, готовности. Приветствует. Неважно. Он больше и твёрже, чем когда-либо. Поэтому я указываю на него. – Займись этим. Сейчас же.

Да! Что он сказал! Иди к папочке! Последний в…

Оооооо. Прямо… сюда.

Наконец-то.

Том снял номер в гостинице на все выходные. Я не понимаю зачем, поэтому спрашиваю, когда мы лежим в постели, и я прижимаюсь к нему, моя рука играет с волосами на его груди. Он такой человек, знаешь? – Зачем забронировал номер в отеле, когда у тебя огромный холодный особняк в Ист-Гранд-Рапидс?

– Вот и ответ на твой вопрос.

– Неужели?

– Ты сказала огромный. Холодный. Особняк.

– Я так сказала?

– Да.

– Ну, это было грубо с моей стороны. Даже, если это и правда. У этого места нет души. За исключением лодочного сарая. Я могла бы жить в нём. Или на кухне.

Кажется, я не фильтрую свою речь. Вот что происходит, когда вы сексуально удовлетворены и свернулись калачиком рядом с правильным парнем. Вы перестаёте беспокоиться о каждой мелочи.

– Это место не для меня, - говорит он. – Ну, по крайней мере, теперь. Оно было для меня… когда я пытался быть идеальным.