Чтение онлайн

— Наталь! Ты у нас это… семейный ангел-хранитель, — брат решил наступать с другого фланга, — наш добрый гений… Почему же ты не хочешь появиться в суде хотя бы в качестве свидетеля?

— Все! Иду подписывать контракт, мы поговорим позже! — Я игнорировала Лешкину риторику. — Но учти, это мой последний вклад в твое сомнительное дельце!

— Чем же оно сомнительное?! — Где-то в далеком Ганновере Лешка выходил из себя, а я стояла в вестибюле адвокатской конторы и аккуратно убирала телефон в сумочку.

Весь день я спешила. На запредельной скорости неслась из адвокатской конторы в офис, на работе барабанила по клавиатуре, одновременно отвечая на телефонные звонки, готовила экспертные заключения и беседовала с клиентами.

— Пойдем пообедаем, — предложила Татьяна.

Но мне было не до еды.

К шести часам я пожинала плоды собственного трудового героизма: многодневный завал, возникший по разным обстоятельствам, был более или менее успешно ликвидирован. Напрягалась я не просто так — хотела уйти с работы пораньше, чтоб успеть побеседовать с музыкальным доктором.

— Ну иди, — в ответ на мою просьбу снисходительно протянула Любаша. Ей нравилось казаться мягкой и безотказной (вот уж действительно — кому что несвойственно!). — Дай-ка я еще раз твое заключение посмотрю.

Пока она изучала документ, я лихорадочно поправляла макияж, расчесывала волосы, заметив, кстати, что они достигли максимально допустимой длины и требуют срочного вмешательства мастера.

— Надо доделать, — резюмировала начальница, изучив мое творение. — Ладно, завтра тогда.

Экономя время, я не стала уточнять, что именно придется доделывать, и через несколько минут уже рулила в направлении клиники нервных болезней. На развилке Каширки и Варшавки образовалась небольшая пробка. Привыкнув за день существовать в жестком ритме, я почти физически ощутила простой и, чтобы заполнить его, набрала номер Глеба.

— А я уже заждался, — по обыкновению насмешливо ответил он.

— Ну вот что, у меня для вас плохие новости. Брат настроен судиться. Встречный иск, правда, не станет подавать. Делом занимается адвокат Сергей Юрьевич Капошко. Если позвонит — не удивляйтесь, теперь он доверенное лицо моего брата.

— Не торопитесь, Наташа, я так ничего не понимаю.

— Чего не понимаете? Адвокат Капошко — доверенное лицо нового владельца вашей квартиры Алексея Павловича Векшина. К нему все вопросы.

— Хорошо. При встрече вы мне объясните все более подробно.

— При какой встрече?

— Как при какой? При сегодняшней!

— Вы о чем?

— На восемь часов я заказал столик в ресторане…

Он назвал довольно известный ресторан недалеко от «Академической».

— Я вас не понимаю.

— Да вот, хочу вас в ресторан пригласить, поблагодарить за гостеприимство.

— Не за что благодарить. Нормальный человек не может поступить по-другому.

— Нет, нормальные теперь могут поступить по-всякому, а вот вы не можете!

— Потому что я ненормальная?

— Вы необыкновенная! И замечательная!

— Ладно, не стоит об этом… Спасибо за приглашение, но вечер у меня занят.

— Чем же, позвольте узнать?

Я догадалась, что сейчас он начнет язвить в адрес Влада, поэтому ответила нейтрально:

— Визитом к врачу.

— Вы больны?

— Не я. Это лечащий врач моей матери.

— Но ведь вы освободитесь к восьми часам?

— Освобожусь и поеду домой.

— Ладно, я еще свяжусь с вами, — пообещал Глеб, и остаток пути я не могла заставить себя настроиться на разговор с музыкальным доктором.

Я думала о Глебе.

Абсолютно ясно, что на данный момент тема квартиры почти полностью исчерпала себя. Есть еще одна тема, которую он с удовольствием начнет развивать, — наш неравный брак с Владом. И, сидя в ресторане, я должна буду выслушивать вчерашнюю галиматью.

Нет, не галиматью! Вчера он, видимо, почувствовал, что попал в точку со своими логическими построениями, и решил скуки ради немного понаблюдать за мной, как наблюдают за подопытными животными. А чтобы я не обиделась, время от времени надо угощать меня каким-нибудь нехитрым комплиментом типа: вы, Наташа, потрясающая! Необыкновенная! Неземная!.. Сам же вчера сказал: заурядная женщина и глупая баба.

Увы, он снова оказывался прав. Действительно, заурядная женщина, которую так подмывает принять злополучное приглашение в ресторан!

Я еще находилась в клинике, когда Глеб перезвонил. Музыкальный доктор невероятно обрадовался его звонку, и вот по какой причине. Долгие и подробные объяснения с родственниками больных часть его медицинской практики. Доктору нравилось приоткрывать завесу тайны, вводить людей в мир психического заболевания — как он выражался на своем витиеватом языке.

Но сегодня никакой тайны не было. Мамин приступ не удалось купировать до конца, средства лечения остались прежними — уколы, таблетки, ванны, массаж. К музыкальной терапии можно приступить значительно позже, когда появится хотя бы небольшая ремиссия.

Возможно, доктор боялся, что эти несколько слов не соответствуют размеру суммы, которую я заплатила ему вчера. Качество информации он пытался компенсировать ее объемом — повторял одно и то же по третьему разу. И вдруг, так удачно, телефонный звонок.

— Надеюсь, наш договор остается в силе? — с веселой наглостью спросил Глеб.

— В силе! — Я за досадой попыталась скрыть смущение.

— Значит, в восемь часов. Не опаздывайте! Я послушно села в машину и поехала на «Академическую».

…По крайней мере, честно признайся себе: несмотря на замотанность, болезнь матери, неприятности брата, тебе все равно хочется чего-нибудь такого… чего не может дать добрый Влад! Хочется, чтоб замирало сердце, как оно замерло вчера, когда ты увидела Глеба, сидящего на скамейке!

С недоверием я стала прислушиваться к себе. Нет, кажется, радость тогда вспыхнула по другой причине — мне просто не хотелось сидеть весь вечер одной. За праздники я ни разу не вспомнила о Глебе… А что, если мою смутную жажду приключений он примет за свою мужскую победу — полную и окончательную — и начнет бессовестно меня дразнить? Но даже если и не так, все равно неясно, для чего ехать в ресторан. Все уже решено. Влад, семья, ребенок, магазины «Бенеттон», школа раннего развития… Я остановила машину на стоянке у ресторана, поправила волосы и вошла в вестибюль.