Чтение онлайн

Из остального, я продолжал тренировки, ну и прогрессом своим был доволен: ряд связок я забил на автомат, да и скорость подросла. Пусть не в разы, но на ощутимые проценты, снижая расклады, в которых я печально взирал, но ни черта не мог сделать в бою.

А вот преторианцы мои, хоть и подсократившись в числе, явно не особо прогрессировали. По крайней мере, личного позывного удостоился пока только болтливый Ритор. Остальные не проявляли достойного быть выраженном в поименовании отличия. Ну, разве что “жестокосердные пинатели Инквизитора Терентия и его Чувства Собственного Величия на тренировках”. Но, во-первых, подобное прозвище заслуживала вся семёрка целиком и по отдельности. А, во-вторых, хоть данное прозвище и отражало объективную реальность, но всё же было немного, чуть-чуть, слишком длинным.

Кристина, которой я всё же накапал на мозги по поводу рационального и нерационального использования псайкерских возможностей в бою, плотно взялась за тренировки с Герой. Старуха, хоть и не могла дать навыков “посильнее”, но будучи опытнейшим преподавателем с чертовски длительным стажем, учила девчонку как раз “рациональному и филигранному” пскайкерству.

Что, кстати, давало довольно парадоксальную для меня картину: демоны, даже изменяющего (а, судя по всему, по большей части его), не используют свой потенциал. Их навыки это филигранность в одном, много двух даже не направлений, а конкретных воздействий. А остальное по принципу: “вжарить от души”. Не знаю, с чем это связанно, но это что-то можно только поблагодарить: легионы демонов, рационально использующие свои силы… Да, наверное, это бы был конец даже не Империума Человечества, а материума в галактике.

Кстати, сама госпожа Ксенаки меня на некоторое время обеспокоила. Не конкретным проявлением, а вообще. Мол, я нерационально обращаюсь с аколитом, мало её знаю и вообще. На что моя тереньтетка выдала более чем разумный ответ, когда я поделился с ней своими мыслями:

— А зачем вам общаться более необходимого с Герой, Терентий? — вещала Кристина. — Она преподаватель псайкерства, лично вам не нужный. В рамках своего предназначения, как аколит-преподаватель, она занимается со мной и Джоном, что делает хорошо. Вы же сами не раз говорили: “работает — не лезь”, — процитировала она мои мудрые слова. — Это как, наверное, если бы вы стали учить Роберта, как ему заниматься организацией штурмовиков, — привела она вполне адекватный пример.

Не признать кристинину правоту я не мог, так что забил на Геру. И вправду, работает — не буду лезть. В общем-то, так потихоньку, но на удивление быстро (видимо, сочетание нанесённых повреждений, вместе с удачной починкой сказались положительно в варпе. Или варп его знает, почему — это был универсальный ответ) мы добрались до Крепости Инквизиции Сегментума.

И вот, вместо стандартного “стоять, бояться, булки раздвинуть, вы хто такие?” от орбитальной группировки, видим мы бодро чешущее к нам корыто явно ксеносовского типа. И судорожный вопль на всех вокс-каналах, при учёте взятия нас на прицел: “Это Джокаэро, не проявляйте агрессию!” — И только потом распознание и прочие моменты.

Хм, обезьянусам я зачем-то понадобился, несколько растерянно рассуждал я. Но, похоже, с генетическим материалом это я вовремя подсуетился, а то хлопал бы ушами перед приматами. Сейчас, впрочем, скорее всего, я тоже буду хлопать. Но не от невыполненного обещания, что не может не радовать.

Тем временем сюрреалистическое, чем-то смахивающее на гроздь винограда обезьянье корыто остановилось, да и выпустило в наш адрес челнок.

— Челнок, — откапитанствовал пребывающий на мостике капитан Франциск. — Принять? — обратился он ко мне.

— Принять, Франциск, — ответил я. — А я пойду к ангарной палубе.

Что я и сделал. Поджидавшая меня у входа на мостик Кристина присоединилась к моему променаду, да и пришли мы к палубе, как раз к прибытию челнока, немало смахивающего на плод ежевики. А из него вывалилась парочка джокаэро, деловито почесавшие ко мне, да и сходу бомбардирующие меня светом и ветром с мыслеобразами. Кристина нахмурилась, что-то явно ощущая, но явно недостаточно для сносного понимания. Да и я, признаться, был несколько ошарашен плотностью и объемом, явно превышающим мои возможности восприятия. Точнее, без сопроцессора, но все не так и не то. А главное, если уж говорить, то не на ангарной палубе.

Так что оттранслировал я обезьянусам мыслеформу в стиле “айда за мной”, да и направился в их компании в апартаменты. По пути вокс-связью раздавая аж целых два распоряжения: Франциску, выходить на орбиту Мира-Крепости. И служкам, доставить в мои апартаменты свежих фруктов, которые джокаэро общеизвестно уважали.

Добрались, оба обезьянуса захрустели витаминами, что никак не мешало им общаться светом и ветром. Точнее, одному из них, второй, а ещё точнее вторая, хрустела и в “беседу” не вмешивалась.

А сам диалог-обмен образами начался с того, что джокаэро известил меня, что “старший” (очевидно, тот самый обезьянус в возрасте, что упихал в меня сопроцессор) оповестил, что аж “говорящей человеке” понадобился спутник-джокаэро. Вот он и явился, потому что со мной будет “интересно и вкусно”. С ним пребывает его подруга, которая “очень болтлива”, точнее эквивалент этого слова в виде запредельно по скорости меняющихся образов, но сейчас молчит и стесняется. Так что здрасти мне, у меня теперь свой обезьянус, не без иронии отметил я.

Впрочем, джокаэро всяко лишним не будет, а учитывая то, что у меня с ними худо-бедно выходит коммуникация, это вообще редкостная удача. Так что выразил я согласие-удовольствие, да и приступил к “диалогу”. За два часа, в процессе которых к нам присоединилась и джокаэриха (и вправду, хоть и редко, но строчащая образами, как из пулемёта), стал я обладателям таких сакральных знаний:

Итак, мой будущий спутник и вправду “почуял дух приключений”, с подругой притом. Причём, он достаточно молод, сроки не понять, но джокаэрёнков у них ещё точно нет. Со мной ему будет “наверное, интересно”, так что, ежели что надо, то обращаться к нему. Что моя рачительность отметила внутренним восторженным кваканьем и потиранием лапок, нужно отметить.

Про “плодиться и размножаться”, кстати, мой персональный обезьянус не знал. Но, когда я худо-бедно посвятил его в содеянное, он важно покивал, ну и посулил посмотреть на результаты. Ну, вот пусть посмотрит. Главное, чтоб не я. Не стоит мне, мысленно вздохнул я — всё же, при всех достоинствах, бытие Инквизитора имело хоть и объяснимые и правильные, но неприятные недостатки.

Тем временем, по вокс-связи, Франциск доложил мне, что корыто обезьянусов с момента начала нашего пребывания в апартаментах начало проявлять активность, а ныне вообще исчезло в варпе. Видимо, некая связь между обезьянусами, уж чёрт знает, на каких принципах.

В общем, ситуация скорее радует, нежели наоборот. Вот только передо мной встала довольно занятная дилемма: я могу коммутировать с джокаэро, чего, насколько мне известно, не может делать в Империуме никто. И вот тут дело в том, что я не хочу, чтоб об этом знали окружающие (Кристина не в счёт, само собой).

Потому как, невзирая на мой статус, я на 99,99 % уверен, что соберут коллеги конклав, да и общей волей заточат меня переводить. Причём, на принципах исключительно “лучше, быстрее и миниатюрнее”. Соответственно, в этом случае встаёт вопрос производственных цепочек, которые с нашими шестерёнками пролюбливаются просто феерическими темпами.