Чтение онлайн

А вот чтобы все наши наличные истребители в бой с немецкими кинулись, такого не бывало. То есть у нас обязательно, даже если часть истребителей дралась с немецкими, то другая часть продолжала осуществлять непосредственное прикрытие и в бой не лезла.

– А если в прикрытии было только одно звено – четыре истребителя, то тогда как вы действовали?

– Да в принципе так же – одна пара прикрывает замыкающий «ил», а вторая – над «илами» сверху.

– Как я понял, Пе-2 вы тоже прикрывали. Порядок их сопровождения отличался от того, какой был при сопровождении «илов»?

– Отличался. Во-первых, мы шли на большей высоте, «пешки» – на 3000 метрах, а мы так еще выше. Во-вторых, и боковые пары или четверки шли с превышением (боковые на 400-500 метров выше «пешек», а центральная – на 600—1000 м). В-третьих, шли на более высокой скорости, особенно от цели.

Я полеты на прикрытие Пе-2 не любил. Прикрывать «пешки» тяжелее, чем «илы». Во-первых, за счет высокой скорости «пешек» потерять их очень легко – вроде только одну атаку отбил, а они уже почти оторвались.

Во-вторых, опять-таки за счет высокой скорости «пешек» и того, что они летают дальше и выше «илов», у нас резко возрастает расход горючего (поэтому в этих вылетах мы летали с подвесными баками).

Ну и в-третьих, тяжело контролировать нижнюю полусферу. Пе-2 идут высоко, а мы еще выше – есть «мессерам» простор для атаки снизу. Правда, у «пешек» нижнюю полусферу стрелки прикрывали (была у Пе-2 нижняя огневая точка), – это помогало такие атаки отбивать, но все равно прикрывать «пешки» тяжелее.

Вот чем «илы» были хороши, так тем, что на отходе от цели могли вообще идти на высоте 150-200 м. Как их снизу атаковать? А на крутом пикировании? На 600 км/час это практически невозможно.

– Теперь поменяем задачу наоборот – шестерка «мессеров» сопровождает шестерку Ю-87 и отражает нападение шестерки «яков». Какова была тактика немецких истребителей в прикрытии?

– Непохожа на нашу совершенно. «Юнкерсы» шли где-то на 2000 метров в «пеленге», а шестерка «мессеров» ходила зигзагом на 1000 м выше их. При подходе к району бомбометания «сто девятые» оставляли своих бомбардировщиков, вырывались вперед и связывали боем истребителей, прикрывающих район. Перед атакой старались набрать высоту, чтобы атаковать наши машины сверху и на высокой скорости. Пока «мессеры» ведут бой, «юнкерсы» становятся в круг и свободно бомбят. Делают один заход (в отличие от наших «илов», которые делали по несколько заходов, «штуки» делали только один – немцы атаками не увлекались), потом выходят из атаки и на полном газу домой. После этого из боя выходят и «мессеры».

Подобным образом «мессеры» прикрывали все типы своих ударных самолетов – Ю-87, Ю-88 и Не-111. Только два последних в круг не становились – бомбили обычными девятками.

– Тогда вот такой вопрос: при какой тактике прикрытия истребителей, нашей или немецкой, ударные машины несли меньше потерь?

– По потерям примерно одинаково.

– Тогда еще один вопрос: что мешало нашим истребителям действовать подобно немецким? Вырываться вперед и атаковать истребители противника на высокой скорости?

– Видишь ли, каждая тактика имеет как свои достоинства, так и свои недостатки. У нас считалось, что недостатки немецкой тактики перевешивают ее достоинства.

– Какие недостатки и достоинства у той и другой тактики? Начнем с нашей.

– У нашей тактики недостатки были следующие:

1. Истребители ведут бой на малой скорости, что не позволяет эффективно преследовать противника.

2. Бой ведется «от обороны», т. е. инициатива у противника.

3. Наш бой требует очень четкого взаимодействия как пар истребителей между собой, так и истребителей со штурмовиками.

4. Повышенная уязвимость истребителей от огня ЗА. Ведь мы всегда были рядом со штурмовиками, в том числе и в зоне зенитного огня. Конечно, в самое пекло мы не лезли, но все равно нам периодически «перепадало». Бьют по штурмовикам – значит, бьют и по нам.

5. Даже не знаю, считать ли это недостатком… Маленькая результативность.

При нашей тактике очень тяжело сбивать. Почти все атаки на встречно-пересекающихся курсах, тяжело попасть. Мы не сбивали – мы отбивали.

Достоинства:

1. Удар штурмовиков (или бомбардировщиков) для противника совершенно внезапен.

2. Наша тактика позволяет сохранять строй ударных машин, потому как:

А. Наша тактика позволяет довольно эффективно вести бой, когда наши истребители в меньшинстве.

Б. Наша тактика не дает прорвавшимся истребителям противника «зависнуть» в атаке, чтобы поразить несколько ударных машин за заход.

3. Бой ведется на «горизонталях», т. е. на тех элементах, в которых наши машины сильнее.

Достоинства немецкой тактики:

1. Истребители начинают бой на высокой скорости, а часто и с превышением по высоте, т. е. можно с самого начала боя завладеть инициативой.

2. Бой ведется активно-наступательно, с сильным элементом внезапности и навязыванием противнику своей воли. Отсюда и довольно высокая результативность истребителей. Атаковал внезапно – значит, сбил.

3. Бой ведется на «вертикали» (по крайней мере, вначале), на которой «мессер» особенно хорош.

4. Истребители почти не несли потерь от огня ЗА. В зону зенитного огня немцы не входили.

Недостатки немецкой тактики:

1. Теряется внезапность бомбового удара. Появление истребителей впереди ударных машин приводит к тому, что все средства ПВО в районе удара успевают привести в максимальную боевую готовность, а все остальное успевает попрятаться. Из-за этого эффективность бомбового удара падает (иногда довольно сильно).

2. Немецкая защита односторонняя, т. е. бой ведется только с теми нашими истребителями, которые немцам удается «связать». Оставляя даже на короткое время свои ударные машины без прикрытия, немцы делают их очень уязвимыми от атак с других сторон, оттуда, где нет немецких истребителей. Появись в этот момент хоть одна наша пара (да что там пара – один истребитель), немецким бомбардировщикам не поздоровится. Даже атака одной пары чревата если не потерями, то разрушением строя ударных машин, а значит, и срывом бомбового удара.

3. Немецкая тактика неэффективна, если ты ведешь бой в меньшинстве или когда не удается захватить инициативу (это когда к моменту боевого соприкосновения противник уже изготовился – набрал максимальную скорость или имеет превышение по высоте, а то и то и другое).

– Вот что мне непонятно: почему наша тактика эффективна, когда истребителей противника больше, чем истребителей прикрытия?

– Видишь ли, когда штурмовики или бомбардировщики идут в плотном строю, то ракурсы атак такого строя ограниченны. Например: с ракурса в 4/4 никто не атакует, так чего его прикрывать. То есть задача истребителей непосредственного сопровождения – качественно перекрыть именно эти ракурсы атак. Если это делать умело, то даже одной-двумя парами истребителей можно весьма эффективно отбиваться. Другое дело, что такое умение далеко не всем летчикам по плечу. При немецкой же тактике надо перекрывать не ракурсы атак, а направления подходов к «бомберам», а это полные 360°. Если ты в меньшинстве, то все не перекроешь. Это просто физически невозможно.