Чтение онлайн

— Большой хитрец, правда?

— Кто же?

— Вы!

— А в Томинтоуле считают по-другому… Они там говорят втихаря, что у меня больше мускулов, чем мозгов.

— Но они говорят это шепотом, не так ли?

— Ну да, потому что знают, если я их услышу, то расквашу им морды, старина.

Мартину стало до того противно, что он, повернувшись к своему коллеге, спросил:

— Что вы об этом думаете, Блисс?

Тот пожал плечами:

— Явный случай ошибки природы…

Теперь он подошел к шотландцу.

— Вы начинаете нам серьезно надоедать, сэр.

— Поверьте, что меня это огорчает, старина.

— Вам, кажется, уже посоветовали возвращаться в Томинтоул!

— Уверяю вас: я обязательно туда вернусь!

— Это была бы интереснейшая мысль — отправиться туда сегодня же, потому что…

— Потому что?..

— Потому что, если мы встретимся в Следующий раз, для вас это плохо кончится!

— Вы так думаете?

— Я в этом уверен… старина!

Дункэн, Девит и мисс Поттер пили чай. Зазвонил телефон. Девит подошел. Он вернулся явно встревоженный.

— Джек, это шотландец…

Патриция живо подняла голову. Дункэн, наблюдавший за ней, заметил:

— Это вас трогает, Пат? Что он хочет, Питер?

— Он только что вышел из Ярда.

— Что?

Девит рассказал о стычке Макнамары с инспекторами и заключил:

— Он что-то часто стал светиться, вы не находите?

— Нет. Чем больше он будет выкидывать номеров, тем меньше на него будет падать подозрение…

— Вы уверены в этом?

— Ну, раз они его отпустили!

— Да, но они задержали Сэма.

Джек подскочил:

— И вы не сказали об этом сразу? Это уже намного хуже. У меня нет никакого доверия к Блюму. Если эти джентльмены будут допрашивать его и слегка… прижмут, он не устоит.

— Да он мало что знает.

— Слишком много… Боюсь, Питер, нам придется избавляться от Сэма Блюма.

— Ну что ж, выберем подходящий момент.

Патриция простонала:

— Еще одно убийство…

Дункэн сухо бросил:

— На вашем месте я бы помолчал, дорогая моя!

— Иначе меня тоже ждет судьба, которую вы уготовили Сэму?

— А почему бы и нет? Питер, позвоните адвокату. Скажите, что я приеду. Только Бил Маурис способен вытащить Блюма из их мягких коготков.

Оставшись наедине, Девит и Патриция долго сидели молча, но потом Питер мягко спросил:

— Видно, у вас с Джеком что-то разладилось сейчас?

— А почему вы мне задаете этот вопрос, Питер? Я никогда от вас не скрывала, что ненавижу Джека!

— В таком случае почему вы не удерете?

— Потому что я подлая…

— Что вы хотите этим сказать?

— Что я боюсь… Он достанет меня из-под земли!

— Если только он сам не умрет!

Она посмотрела на него долгим взглядом:

— Вы будете тем, кто его…

— А почему бы нет?

— С меня хватит крови, убийств… с меня хватит, хватит, хватит!

Потянувшись через стол, он взял ее за руку.

— Патриция, я тоже устал от такой жизни… Я люблю вас, и вы это давно поняли… Уедем вместе! Клянусь, что я вам гарантирую вполне обеспеченную и красивую жизнь.

— А как же Джек?

— У нас с ним старые счеты.

— Но у меня нет ни одного пенса, кроме моих драгоценностей, конечно, да и у вас…

— Мы скроемся, унося многие тысячи фунтов!

— Где вы их возьмете?

Он понизил голос:

— Послушайте меня, Патриция… Я сейчас докажу мое доверие к вам, раскрою свои планы… Если захотите меня предать, то подпишете мне смертный приговор… Но без вашего согласия я не буду пытаться хоть что-то сделать.

— Я слушаю вас.

— Кажется, Дункэн сказал вам, что прибыло десять кило героина… Он отправит шотландца за ним… Это целое состояние. А мне будет поручено следить за Макнамарой и при необходимости прикрыть его… Если вы согласны убежать со мной, я перехвачу шотландца.

— Что вы имеете в виду, Питер?

— Успокойтесь, я его просто попугаю.

— Вы и в самом деле думаете, что его можно напугать?

— Короче, я придумаю не одно, так другое, а сверток у него заберу, и это будет целое состояние!

— И вы воображаете, что Дункэн…

— Я бы уже давно свел счеты с Дункэном… Но не в Джеке дело, не его бояться надо, а того, другого…

— Кого другого?

— Главного шефа. Если бы я только мог узнать, кто это в точности, то я бы его заложил шпикам, и путь нам был бы открыт.

— Вы на редкость пакостная личность, Питер…

— Патриция?

— Пакостная! Если я и попытаюсь вырваться из этого ада, то уж точно не в вашей компании!

В ярости он бросил:

— С вашим погонщиком овец, не так ли?

— Если бы мой погонщик овец узнал, что вы мне предлагаете, от вас осталось бы мокрое место!

— Силачей я убиваю с особым удовольствием, Патриция… Запомните это!

Блисс и Мартин отпустили в конце концов Сэма под напором Била Мауриса — адвоката, умного, но с сомнительной репутацией. Коллеги его презирали, но при этом отдавали должное его знаниям и интеллекту.

По дороге в Сохо Блюма обуревали темные думы. Он мог предположить, что, несмотря на хитроумие Била Мауриса, Ярд отныне не будет спускать с него глаз и что рано или поздно он попадется в сети, которые ему будут все время расставлять. Он знал неутомимое упорство полиции и прекрасно отдавал себе отчет, что у него нет никаких шансов ускользнуть. Чем ближе подходил он к своему кварталу, тем больше его разбирала жалость к себе. У него совсем не было друзей. Его или ненавидели, или презирали, и все потому, что никто не хотел протянуть ему руку помощи, а еще потому, что он отказался продолжать дело своего отца и пошел в услужение к торговцам наркотиками. К тому же он был тщедушным, жалким на вид, неряшливым, и его хозяева держали его только на второстепенных ролях. Сэм смирился, но бесконечно страдал от этого, обуреваемый фантастической мечтой о какой-нибудь страшной мести.

В «Шик-модерне» его встретил Эдмунд, как всегда, замотанный, похожий на выжатый лимон, безропотный.

— Ну как? Они вас отпустили?

— А вам-то что за дело?

— А что я? Вы сами знаете, если я говорю, то это так, для сотрясения воздуха, а по-настоящему мне все до фонаря…

Сэм горько хмыкнул:

— Мне известна ваша преданность, Эдмунд!

— Она точно такая же, как моя зарплата, шеф!

— Тогда побегайте, по этажам, может, вы меня там встретите!

— Обязательно побегу, потому что там вас нет уж точно!