Мы еще живы!
Шрифт:
– Ваша милость!
– девушка попыталась быстро вскочить с дивана, но тот был слишком мягким, да еще эти дурацкие маленькие подушечки!
– О, можешь не вставать, дочь моя, - хмыкнул жрец, усаживаясь у нее в ногах.
– Я был по делам во Фритауне и узнал важные известия, которыми решил поделиться с тобой. Как ты понимаешь, нашим союзникам я не очень верю, впрочем, это взаимно. А вот ты... Ты - другое дело, - он хитро улыбнулся.
– Надеюсь, ты ответишь мне впоследствии взаимностью?
– Конечно, конечно, ваша милость!
– зачастила польщенная высоким доверием Изольда.
– Дело возвращения нашего Повелителя - самое важное дело моей жизни!
– Прекрасно, - довольно сощурился Марк.
– Прекрасно. Тогда я тебе расскажу радостные новости, что ждали меня в пути...
– Какие?
– прошептала девушка, все же приняв сидячее положение. Она очень досадовала, что на ней одет лишь шелковый халатик, а не какое-нибудь красивое платье, которое могло бы показать серьезность ее намерений. Еще примет ее за какую-то простушку!
– Моим братьям удалось узнать, где находится принц Лоуренс, - усмехнулся Марк, откинувшись на спинку дивана.
– Его вывезли некоторое время назад из Замка Королей, чтобы спрятать от тех, кто захочет его похитить. Наш сторонник очень долго пытался разузнать, где же он находится, и теперь ему это известно!
– Неужели?!
– удивилась девушка.
– А я полагала принца мертвым. Это было бы совершенно логично...
– Да, это было бы логично, - усмехнулся жрец.
– Ты и я так бы и поступили, но у Талинды просто не хватает духу избавиться от него, что играет нам на руку. Принц жив. Он во Фритауне. Мальчишка находится в доме на Сосновой улице, который принадлежит короне. Естественно, это не афишируется. И, конечно же, в доме минимум охраны чтобы не привлекать внимания окружающих.
Марк внимательно осмотрел стройные смуглые ноги девушки, лежащие на диване рядом с его бедром. Изольда ему нравилась. Определенно. Дурак Нил не заслужил такой жены. Ему в общем наплевать на женщин, это Марк уже понял, а вот жрецу женщины нравились, особенно такие высокие и сильные. И решительные. Очень нравились. Тем более, что постоянные неудачи Ринго и провал с покушением на Талинду сильно разозлили Марка, а все эти бесконечные перелеты из храма в Нерейду, потом во Фритаун, опять Нерейда, опять пустыня Стенаний не оставляли места для простых удовольствий и выматывали Марка. Да еще эта огненноволосая Мэри, что умудрилась сбежать... Пожалуй, ему просто необходимо немного расслабиться!
Жрец погладил щиколотку Изольды, усмехнулся. Кожа у нее была гладкая, нежная...
– Думаю, в рамках нашего соглашения, было бы логично, чтобы принц покинул дом на Сосновой улице и оказался в другом месте. Как ты думаешь?
– он резко дернул Изольду к себе.
– Да, его надо похитить, чтобы Талинда не могла предъявить мальчишку в качестве доказательства беспочвенности слухов о его смерти, - Изольда затряслась от восторга и предвкушения. Такого она не смела ожидать! Сам верховный жрец ее бога захотел ее!
– Мои братья уже окружили дом. В самое ближайшее время Лоуренс будет в наших руках, - усмехнулся Марк, потянув за пояс ее халата. А девчонка-то с мозгами... Хорошо, что у такой милой упаковки есть еще и мозги. И не только мозги. Ладно, пусть считает, что он с ней откровенен, может быть, в будущем пригодится! Ему нужны свои люди в стане врага, а Дарел - враг, хоть пока они и бегут в одной упряжке.
– Дверь не закрывается, может войти Генриетта, - немедленно сориентировалась Изольда.
– Лучше подняться наверх.
– Успеем, - усмехнулся жрец.
– Твоему жениху будем говорить о похищении Лоуренса?
– закинул удочку Марк, срывая с нее халат.
– А без него мы сможем захватить власть?
– Изольда ловко расстегивала на нем рубашку.
– Сейчас - нет.
– Тогда придется, - девушка уселась на колени жреца, подставляя ему для поцелуев шею и грудь.
– Хорошо. Лоуренс будет у меня, - Марк поцеловал вкусно пахнущую нежную кожу на ключице, потом не удержался и вцепился зубами в ее плечо. Изольда с удовольствием застонала, выгибаясь дугой.
– Прямо жалко тебя отдавать этому олуху.
– Что поделаешь?
– хитро усмехнулась девушка, - но мне нужна корона, у меня на нее все права. Пришельцы свергли моего прапрадеда...
– Ты ее вернешь, моя дорогая, но ты помнишь мои условия?
– Конечно!
– она улыбнулась, обнимая его.
– Мое сердце отдано нашему Повелителю... Я все сделаю для нашего бога и господина.
– Отлично.
Глава 7
13, месяц Огней, 5555 года - 17, месяц Огней, 5555 года
1
Генерал Бодлер-Тюрри не очень любил районы творческой серости и будущих великих актеров, певцов и музыкантов, что поднимались в горы на востоке Джорджии. Тут постоянно кто-то пил, гулял, веселился или отчаянно ссорился, тут иногда прямо на тротуарах и у серых бетонных стен многоквартирных домов репетировали неудачники и будущие звезды, или вспоминали былое за бутылочкой дешевого коньяка или бренди опустившиеся на дно жизни музыканты, композиторы, танцовщицы и художники. Они не стеснялись прогуляться до ближайшего винного магазина в проеденных молью меховых манто или дырявых платьях с кринолинами, а иногда и вообще в одних только потертых бархатных халатах и домашних тапочках на босу ногу, причем, что на халатах, что на тапочках были вышиты их инициалы - аристократия былых времен, непризнанные гении, что вы хотели? Иногда поведение этих несчастных вызывало полную растерянность: а не пора ли вызывать психиатров? Или вот эти угрозы покончить жизнь самоубийством, прыгнув из окна второго этажа - это нормально, человек в образ вживается? Или это он и впрямь задумал свести счеты с жизнью? А может быть, это очередной приступ белой горячки?
Тут находили прибежище толпы юных дарований, ищущих ярких ролей в большом кино, тут жили костюмеры, декораторы, специалисты по гриму, осветители, подтанцовка, массовка, операторы, буфетчики и сценаристы, наверное, общество сумасшедших и спившихся звезд им было привычно. Кто-то уезжал со временем домой, кто-то добивался успеха и съезжал в более приличные кварталы, а кому-то предстояло провести всю оставшуюся жизнь в этих побелевших на солнце многоэтажках.
Здесь было аж две больницы и три станции скорой помощи - местные жители любили сводить счеты с жизнью, злоупотреблять спиртным, а иногда и кое-чем похуже, в приступе гнева бить друг друга или воображать, что умирают от неведомой науке болезни. Здесь никто не обращал внимания на валяющиеся на асфальте тела - ну, устали люди, прилегли поспать, бывает! А т.к. люди искусства были в большинстве своем людьми истеричными, то и дворников, сантехников, электриков тут почти не водилось - мало кто из людей с обычной психикой, занимающихся честной простой работой, мог выдержать сию эмоциональную публику, кидающуюся бутылками и нетленками в дворников, истерично орущих на сантехников, требующих построить им космический корабль из труб у водопроводчиков. Коммунальные службы в сих примечательных районах вроде как присутствовали, но появлялись очень редко и исклю-чительно набегами. От того на тротуарах и стояли батареи стеклянных бутылок, в подъездах в углах лежали горки мусора, выбитые стекла на лестницах не меняли годами, а крыши не чистили вовсе.
Одним словом, та еще публика. Генералу Бодлер-Тюрри больше по душе были старые добрые заговорщики, кершийские шпионы и сумасшедшие сетопоклонники из Алсултана... Хотя нет. Лучше местный сброд, чем эти ненормальные.
Винсент зашел во двор одной из многоэтажек. Юная белокурая девчушка застыла с гордым видом посреди песочницы, перед ней на коленях выстроились мальчишки, протягивая ей различные дары: кто конфеты, кто цветы, кто какие-то стекляшки. Девочка презрительно их отвергала, декламируя какие-то уничижительные стихи. Сумасшествие какое-то!