Чтение онлайн

Лицо Джакопа начало стремительно багроветь. Ясно было, что подобного начала беседы он никак не ожидал. На него откровенно наезжали, но кто и по какому поводу, он не имел ни малейшего представления.

–  Клиент нервничает, - проворчал Лосев.
– Не мучь его, Димон.

–  Он нервничает потому, что у него до сих пор нет потомства.
– Дмитрий продолжал лучезарно улыбаться.
– И чувствует, шельмец, что может уже не успеть. Жизнь, как известно, коротка, и что случится завтра - не сумеет сказать никто…

–  Какого дьявола!
– Туша Джакопа стала медленно прорастать из кресла. Утесом нависнув над столом, он упер в полировку свои короткие мясистые пальцы, царственно расправил широченные плечи.
– Вы к кому заявились, щенки? Да я вас сейчас самолично в окно выброшу!…

–  Только давай без резких движений, ага?
– Дмитрий неспешно распахнул пиджак, демонстрируя хозяину кабинета кобуру с «ТТ».
– И на кнопочки хитрые не нажимай. Во-первых, потому, что все равно твои мальчики помочь тебе не успеют, а во-вторых, не мешало бы гражданину Джакопу, прозываемому в миру Савелием Репышевым, сначала выслушать своих дорогих гостей, а после уже решать, что с ними делать.

–  Что-что?!

–  То самое, милок. Мы к тебе на разговор пришли, так что на глот не бери. Слушай нас и на ус мотай.

–  Ну?
– Джакоп продолжал буравить их своими глазенками.
– Что надо?

–  Вот! Уже конструктивный диалог пошел. А то «щенки», «в окно»!… - Дмитрий удовлетворенно качнул головой.
– Прав Тимоха. С лексикой у нынешнего актива полный провал.

–  Это кто актив-то?!

–  Да вы все актив и есть. Ссученные и приученные. Может, и было когда честное ворье, да сплыло давно. А уж тебя-то, касатик, и нынешние блатари побрезгуют зачислять в свои доблестные ряды.

–  Пустой базар!
– процедил сквозь зубы Джакоп.

–  Всего-навсего прелюдия.
– Харитонов невозмутимо извлек из кармана миниатюрный диктофон.
– Ты садись, Савелий, не торчи, как пень. Сейчас пленочку послушаем, голосочком твоего знакомого насладимся.

–  Какого еще знакомого?

–  Некоего гражданина Полетаева Константина Сергеевича. Да ты его знаешь - крепенький такой мальчуган. В зале вместе качаетесь, иной раз и поручения твои исполняет. Когда с Зэфом, а когда и один. Те, что из рода щекотливых. Смекаешь, о чем я говорю?

Джакоп медленно опустился в кресло. Кровь отлила от его лица, в глазках промелькнул явный испуг.

–  Ну что, послушаем?… Ага, молчишь, значит, согласен.

Щелкнула кнопка, и крохотная катушечка плавно пошла накручивать метраж, выдавая монолог господина Полетаева. Хоть и не слишком долго краснобайствовал Костик, а выболтать успел много чего. И про многомудрого Джакопа, и про фирмочки-времянки, заведующие трудоустройством российских гражданок за рубежом, и про Зэфа, и про юных блондинок.

–  Ну что? Понравилось?
– Дмитрий в упор взглянул на хозяина кабинета.
– Или скажешь, что мальчик не из твоего джуза и ты его знать не знаешь?… О! Вижу, что угадал! Только ведь мы не поверим.
– Дмитрий покачал головой.
– Твой это мальчик. И работал он не на дядю из соседней деревни, а на тебя.

Джакоп продолжал молчать. Видимо, переваривал услышанное.

–  Впрочем… - Дмитрий пожал плечами.
– С нас довольно и того, что парень этот - из нашего города, а парни из нашего города должны вести себя тихо и мирно.

–  Кто вы такие?

–  Мы инспекция, Савелий. Причем инспекция с широчайшими полномочиями.

Массивными пальцами Джакоп расстегнул верхнюю пуговицу ворота, ему было явно не по себе.

–  Гнилой базар. Запись еще не доказательство!

–  Верно, вот мы и пришли за этими доказательствами к тебе, Савелий.

–  У меня честный бизнес, лицензия. Все вполне законно.

–  А фирмы по трудоустройству девушек за рубежом?
– Дмитрий заглянул в шпаргалку.
– У тебя ведь их аж целых три!

–  Там тоже все в порядке.

–  Сомнительно, конечно, но допустим.
– Харитонов коротко кивнул.
– Давай поболтаем на предмет похищаемых блондинок? Давно увлекаешься таким хобби?

–  Что за бред! Ни о каких блондинках я ничего не знаю.

–  Тогда почему нервничаешь?

–  Не базарь попусту, начальник. С чего ты взял, что я нервничаю!

Но Джакоп действительно нервничал, это было видно невооруженным глазом, - то и дело покусывал нижнюю губу, а пальцы его выложенных на стол рук сами собой сжимались и разжимались. Что и говорить, кулачки у мужичка были впечатляющие, да только ни Дмитрия, ни Тимофея данное обстоятельство ничуть не волновало.

Убрав диктофон в карман, Харитонов покосился на Лосева:

–  Может, просто взорвать этот крысятник к чертовой бабушке? В самом деле, чего мы с ним рассусоливаем?

–  Пусть сначала скажет, где Маша.

–  Слышал, Джакопчик?
– Дмитрий вновь взглянул на громилу. Взглянул с явной угрозой, хотя особых иллюзий при этом не питал.

Ситуацию нельзя было назвать патовой, но колоться оппоненту и впрямь не было никакого смысла. Зэф по сию пору гулял на свободе, Кузьменко остывал в морге, а показания Костяя действительно мало чего стоили.

–  Так вот, дорогой, специально для тебя расшифровываю задачу. Нам, - для наглядности Харитонов указал на себя и на Лосева, - нужна Маша. Девочка, которую твои подручные похитили двадцать седьмого февраля. Пока мы ее не освободим, мы не отступимся. От тебя и требуется-то самая малость - всего лишь назвать адрес этого клятого профилактория. Мы наведаемся туда, заберем девочку и успокоимся.

–  И все?

Это вырвалось у Джакопа непроизвольно.

–  И все, - подыграл Дмитрий.
– У нас свой бизнес, у тебя - свой. Никому не нужна лишняя кровь. И не твоя вина, что эти придурки - Зэф с Костяем взяли не ту дивчину.

–  Видишь ли, Джакопчик, - решил вмешаться и Тимофей.
– Папа у девочки, конечно, человечек маленький, а вот друзья оказались покруче. Вот и попросили нас об услуге. Все, что нам нужно, это знать, где найти Альбертика. А уж с ним мы как-нибудь сумеем договориться.

Лосев нарочно дистанцировал Джакопа от неведомого хирурга. Сдавать посторонних - оно всегда легче. Бандит вполне мог клюнуть, но, увы, он не клюнул.

–  Если бы я знал, о чем идет речь, с удовольствием бы помог.
– Джакоп не слишком естественно развел руками.
– Но никакой Маши и никакого Альберта я не знаю. А ваш долдон на диктофоне - мне не указ. Я и сам таких записей могу полторы сотни наклепать. Хоть даже по делу президента Кеннеди.