Чтение онлайн

–  И что, действительно все блондинки?

–  Да нет.
– Юрик покачал головой.
– Я тоже там полюбопытствовал, но, судя по всему, две - крашеные.

–  Это к делу не относится, - перебил его Мишаня.
– Главное, дочка Матвея там и вроде даже отзывается на имя. Так что можно смело отзваниваться родителям и докладывать.

–  Вот Зэф ушел - жалко.
– Марат поморщился.
– Чую, натворит он еще дел.

–  Не переживай. Могло получиться и хуже.

Марат кивнул. Мишаня был прав: все могло и впрямь получиться намного хуже…

Труп хирурга особого впечатления на санитаров не произвел. Оба стражника глупо ухмылялись и явно играли в полную несознанку. Сунувшиеся было на этаж дежурные сестры были быстренько опрошены и деликатно выдворены на свою половину. Как и следовало ожидать, в свои криминальные игры премудрый Альбертик предпочитал играть исключительно на своей территории. Вполне могло статься, что о настоящей деятельности этого красавца персонал профилактория вообще ведать ничего не ведал. Поочередно и того и другого санитара сунули носом во все палаты, но оба в унисон пропели, что знать не знают - кто здесь лежит и по какой такой причине. Ясно было, что врут, но возиться с ними не было ни времени, ни желания.

В результате беглого обыска в помещении нашли груду каких-то ампул и упаковок с таблетками, а в отдельной палате, оборудованной по последнему слову техники, помимо светильников, хирургического инструментария и реанимационного, сопряженного с компьютером аппарата, обнаружили довольно вместительный морозильник. Емкости его были пусты, но Стас не сомневался, что холодильник многократно использовали, и явно не для хранения колбасы с рыбой. Здесь же нашлась парочка импортных термосов с множеством удобно открывающихся отделений.

–  По всему видать, фрукт был еще тот. В довоенной Германии явно бы не потерялся.

–  У нас тоже, как видишь, не потерялся. Еще неизвестно, что бы было, возьми мы его живым. Девчонки в коме, толком ничего не видели, и следов в палате никаких.

–  А кровушка на кушетке? А дробь в стаканчике?

–  Ну, с этим еще будем разбираться, хотя сдается мне, это он Зэфа на посошок подлечил.

–  И нарвался на ответную благодарность.

–  Что ж, на войне как на войне. Этот упырь всего-навсего подчищал за собой.
– Стас вздохнул.
– Ладно, это уже не наше дело. Как бы то ни было, а мы подписывались только дочь Плюснина отыскать. Вот и нечего ломать головы… Юрик, ты говорил с Кравченко?

–  Само собой. Надо думать, полковник уже мчится сюда на всех парусах.

–  Вот и ладушки. Приедут - им и карты в руки.

–  Да уж, работки ребятам до утра хватит.

–  А как быть с Машей?

–  Да никак.
– Стас пожал плечами.
– Посадим в машину - и домой отвезем. Родные стены - лучшее лекарство. Не в этом же гадючнике ее оставлять.

–  Надо бы и Плюснину звякнуть. Пусть отпускает своего Черкизова.

–  Сейчас сделаем.
– Стас опустился на стул, извлек из кармана мобильник. Но позвонить Матвею он не успел. Стоило ему включить сотовый, как тот разразился тревожной трелью.

–  Наверное, сам и звонит…

Но Мишаня ошибся. Звонили не Матвей, не Елена и даже не Диана, - звонила Марго.

–  Елки зеленые! Где ты была? Я уже раз семь пытался тебя достать.

–  Ребята убиты, - оборвала его Маргарита.
– Это он их убил!

–  Кто «он»?

–  Зэф. Тот тип, которого вы ищете. Я хотела тебе рассказать, но решила, что сумею справиться с ним сама. И ребят, дура такая, подставила. Они в него стреляли, а он их прикончил…

Стасу почудилось, что она всхлипнула.

–  Погоди, погоди! Где ты сейчас находишься?

–  Не важно. Главное, что Тачан с Малютой убиты. Хотели помочь мне и не сумели. Но сейчас я знаю, где искать этого гада. Надо было сказать тебе сразу, но я не решалась. А потом уже было поздно, и звонки из-под земли не проходили…

Стас уже не сидел, - он стоял, взволнованно теребя рукой край ворота.

–  Я не говорила тебе, но мы выследили его с Коржиком. Однажды, когда он выходил из «Стрельца», а второй раз - в одной из контор. Там еще название такое странное. Как у сыра.

–  «Гауда»?

–  Точно. Он наверняка сунется туда. Там я его и встречу.

–  Погоди, Маргарита! Ни в коем случае не ходи туда, ты слышишь меня? Але, Маргарита!…

Трубка ответила ему гудками. С окаменевшим лицом Зимин слепо взглянул на товарищей.

–  Что стряслось, Стас?

Он не ответил. Просто потому что не услышал. В глазах его стояли лица ребятишек, с которыми он успел подружиться. Малюта - подросток с жутковатым шрамом на животе и Тачан - верный оруженосец Марго. Представить их мертвыми никак не получалось. Эту падаль по имени Альберт - потрошителя несчастных недорослей - проще простого, а вот Тачана с Малютой - никак.

–  Куда ты?

На этот раз он услышал:

–  В «Гауду». Там Марго и там же, судя по всему, может объявиться Зэф.

–  Подожди! Мы с тобой!

Он покачал головой:

–  Сначала дождитесь Кравченко. Подробно ему все доложите. Потом отвезете Машу домой.

–  А ты?

–  Не беспокойтесь. Буду на связи…

Связанный по рукам и ногам Матвей успел уже прийти в себя. Зыркая злыми глазищами из своего угла, пытался время от времени что-то сказать, но из-за сунутого в рот кляпа порождал лишь злое мычание.

–  Да заткнись ты!
– Вова Клоп, один из бойцов Малыша, шагнул к лежащему, с силой пнул под ребра.

Матвей дернулся и замолк. Ожидая следующих ударов, рефлекторно подогнул под себя ноги, но больше Клоп бить не стал. То есть, может, и врезал бы еще пару раз, но сидящий за столом Черкизов лениво качнул головой:

–  Не надо, Вовик. Бить лежачих, да еще связанных, - не самое благое дело.

–  Так он ведь ноет и ноет, аж с души воротит!

–  Значит, накопились у человечка вопросы. Имеет право.
– Черкизов шевельнул бровью.
– Ну а мы имеем право ему не отвечать.

Морща лоб, стальной пилочкой он полировал ногти, то и дело подносил пальцы близко к глазам, проверяя чистоту своей работы.

–  Терпеть не могу заусеницы. Руку ли в карман сунешь или платок доставать начнешь - цепляется, пакость такая. А уж о том, чтобы погладить ножку в женском чулочке, - об этом и помыслить страшно.

Вова Клоп неуверенно хмыкнул. Перевернув автомат Калашникова стволом вниз, он присел на табурет - чуть поближе к печке, откинув заслонку, бросил в пылающий зев сосновое полешко. Какое-то время зачарованно, совсем как ребенок, смотрел в огонь. Лицо его от пламенных отблесков приняло бронзовый индийский оттенок.