Чтение онлайн

Ид лежал, устремив взгляд к небу, оно окропляло его лицо угасающим дождём, облака снижались, будто небо вот-вот рухнет, а может, и весь мир. Всё тело парализовала пронзающая неврологическая боль, звон в ушах не позволял услышать, что говорят поснимавшие шлемы номера из его отряда, расталкивающие друг друга, чтобы дать командиру больше кислорода.

Возможно, он умирал, как Седьмой в Вайтхае, а может, ещё была надежда на спасение. Думал командир лишь об одном, в его голове звучал собственный голос, складывающийся в лиру, которую он хотел послать к дальним звёздам, да хотя бы к солнцу и обратно. Он голосил внутри головы, теряющей ощущение реальности:

«Ты меня и не видишь! Я кричу — ты не слышишь!

Небо падает вниз, где ты друг? Тебя нет!

Мой мир рухнет вот-вот, отзовись, если дышишь,

Подари мне надежду на новый рассвет.

Протяни же мне руку сквозь пепел и дым,

Ты — мой ангел хранитель, опора моя!

Сквозь пространство и время вернись вновь живым,

Лишь тогда я пойму, что живу я не зря.

На жестокой войне я прошёл через ад,

Я весь кровью истёк, утонул в море зла,

Проносясь сквозь жестокость, с оглядкой назад,

Мимо смерти и горя, туманная мгла,

Она всё застелила, сравняла с землёй,

Города хоронила, машины, людей,

Отпечаток оставив своей пятернёй

На могилах несбывшихся чьих-то идей.

День за днём, шаг за шагом, и за боем бой,

В атмосфере подрывов, снарядов, огня,

Я жалел, что нет прочной стены за спиной,

Той, что сможет спасти и утешить меня.

Как дозваться до крайних пределов всего?

Как кричать своим сердцем, всем телом, душой?

Как суметь в этот час сотворить волшебство?

Ты возьми на корабль мою душу с собой!

Ты услышишь меня в парусах корабля!

Небо падает вниз, где ты друг? Нет тебя!

Леденеет огонь, улетает земля,

Но я верю в спасителя, верю в тебя!

Точно знаю, ты жив, и меня ты отыщешь

Среди звёзд миллионов и хищных планет.

Мой мир рухнет вот-вот, отзовись, если дышишь,

Подари мне надежду на новый рассвет».

Звонок Винсента так и остался глухим ночным эхо, раздающимся в ночи, медленно затухающим и угасающим. На звонки он больше не отвечал, через пару недель Ванесса перестала трезвонить, а через пару месяцев начала активно гнать мысли о минутном разговоре.

Кейра убеждала её постараться забыть. Как всегда, это было непросто, но время лечит, как бы примитивно это не прозвучало. Тем более что с его течением более насущные и часто встречающиеся проблемы оттесняют старые неурядицы, занимая место в мыслях. Голова — не бесконечный космос, и даже триллионы нейронов головного мозга не в состоянии отвлекаться на призрачные переживания, когда жизнь продолжает поливать дерьмом из своего щедрого черпака.

Шли месяцы в новой должности, каждый день, как в знаменитом фильме, начинался, проходил и заканчивался одинаково. Любой врач рано или поздно настолько пресыщается жалобами своих пациентов, что начинает пропускать ненужную информацию мимо себя, вычленяя из неё лишь то, что важно для сбора анамнеза и постановки диагноза, а также назначения лечения. Но вот когда на работе никто из коллег не общается с тобой, лишь издавая шипящие звуки приветствия и прощания, выдавливаемые из чувства долга, будто из чрева гадюки, разговор по душам с каждым пациентом становится отрадой для мозга. Особенно, когда друзей и родных рядом нет, ты не пьёшь, тебе некому излить душу.

Новообретённая подруга в лице Кейры Шульц была чрезвычайно занятой бизнесвумэн, их общение происходило не чаще раза в неделю, а порой и на выходных они не виделись.

«Так и становятся одинокими старыми девами, — понимала Ванесса. — Может, кота завести? Да нет, он и сам будет скучать. Заведи любовника, дура!»

Тоже не то, не сейчас, не готова она ещё, не остыла. Он только напомнит о прошлом, а это сейчас ни к чему. И так есть, кому сыпать соль на душевные раны.

Заведующая отделением педиатрии — Агуль Нэрвек, в последнее время затихла, с ней хотя бы поскандалить было можно на равных. Остальных обижать своим словом не хотелось. Не заслужили они этого, по большому счёту, не хотят общаться — это их личное дело. Не вытянуть из них слова клещами. С другой стороны, вспоминая все эти бабские сплетни, которые и мужчинам врачам были не чужды, Ванесса в глубине души была рада отсутствию ненужных диалогов.

Шума голосов в жизни Чейз днём стало меньше настолько, что даже лютые кошмары уже не казались страшными, а веселили её, будто она смотрит кино.

В очередную осеннюю субботу Кейра сказалась свободна и пригласила подругу поужинать в респектабельный модный ресторан.

Ванесса надела бежевое платье в пол с серебристым узором, светло-серое пальто, золотистые туфли на высоком каблуке, уложила волосы на бок, завив их крупной волной, дополнив образ круглыми серьгами и парой неброских колец с маленькими огненными топазами.

Такси пришлось заказать бизнес класса, другими Чейз последнее время не пользовалась. Уровень водителей, их воспитания и знания этикета всегда соответствовал уровню авто. Слушать неуместные разговоры в пути или вообще вконец грубые вопросы, вроде: «У Вас там гаражей рядом с домом нет, а то я поссать хочу, не могу просто!» — от миловидного с первого взгляда молодого человека, Ванессе не хотелось. Сразу напрашивались мысли о том, а трезв ли водитель вообще, откуда он, с самых загаженных улиц Нижнего города?

Прибыла машина с комфортабельным и просторным салоном, отделанным светлой кожей, надушенная и чистая. Шофер в костюме. Весь этот антураж уже отвлекал от злобной рабочей повседневности.

Ресторан, выбранный богатой подругой, тоже не мог не порадовать. Заведение носило название «Шоколадная комната Сэнджеллы». Внутри, куда не брось взгляд, всё с роскошью и со вкусом. Хостесс проводила Ванессу за столик, Кейра уже ожидала.

— Я позволила заказать нам аперитив, бузинный лимонад. Он здесь бесподобен. Посмотри это восхитительное меню! Они специализируются на разных видах фон-дю, у них есть сало в шоколаде, если желаешь попробовать, но и много всего более привычного. Ни в чём не отказывай, я угощаю.

— Спасибо, Кейра. Ты уже столько всего сделала для меня, что мне становится неловко.

— Ты моя спасительница. Я буду благодарить тебя до конца дней своих.

— Тогда за твое здоровье и долголетие! — подняла тост Ванесса.

Они заказали шоколадный фонтанчик и тарелку фруктов. Хотелось немного разбавить сладким свою горькую госпитальную жизнь.

— Ну что, твои мигеры продолжают доставать тебя?

— Лучше назови их змеями, шипят по углам, только вот укусить пасть мала.