Чтение онлайн

Он читает отрывисто, и я поражена, насколько увлекательным может быть чтение меню.

Выступление заканчивается, Бликса Баргельд подписывает бесчисленное количество книг, уже глубокая ночь, и теперь звезда хочет пойти поужинать. В Санкт-Пёльтене. В одиннадцать вечера. Издатель заранее оповестил ресторан, что мы придем, поэтому кухня еще работает. В столице Нижней Австрии все равно чрезвычайное положение: сегодня проходят первые заседания по делу Фрицля. В Санкт-Пёльтен съехалась вся европейская пресса, чтобы посмотреть на «амштеттенского монстра», который на протяжении десятилетий держал в подвале свою семью. Бликса злится, что не может найти номер в гостинице в Санкт-Пёльтене. Ему приходится остановиться в двадцати километрах от города, в какой-то лесной глуши, но там, по крайней мере, есть очень хороший шоколад, который можно привезти своей семье. Сотрудница издательства не в восторге от этого: ей придется сопроводить его туда сегодня, а значит, надо сидеть в ресторане до тех пор, пока не будет опустошен последний бокал вина. И конечно, опустошит его не она, потому что ей лучше оставаться трезвой.

И вот мы сидим в дальней комнате единственного фешенебельного ресторана Санкт-Пёльтена, и он выглядит именно так, как можно представить себе фешенебельный ресторан в Санкт-Пёльтене: при декорировании заведения не упустили ни одного клише. Хозяин подходит к столу, слегка откашливается в попытке привлечь к себе внимание, наконец приветствует нашу компанию и выглядит слегка напряженным. Кажется, он пытается понять, кто из гостей за столом — знаменитость. Поскольку Бликса — единственный в костюме и за последние десятилетия уже попривык быть в центре внимания, то хозяин наконец признает в нем почетного гостя и радушно приветствует.

После чего нам предлагают выбрать аперитив: пиво — для мужчин, игристое с чем-то фруктовым — для женщин, чтобы это не слишком напоминало выпивку. Барбара, которая отвечает за гендерные вопросы в нашем книжном магазине, бормочет что-то себе под нос и заказывает пиво. В меню — мясо с мясом и с мясным соусом, и, когда Барби спрашивает, есть ли что-нибудь для вегетарианцев, разговор переводится на эту тему. Бликса, похоже, давно оставил этот этап жизни позади и заказывает огромный стейк.

За столом собралась небольшая компания. Кроме Барби и меня, еще несколько человек из издательства, и через четверть часа я осознаю нашу роль: нам нужно развлекать звезду. Сотрудники издательства возятся со своими кусками мяса и выглядят измученными. Неудивительно, ведь они уже несколько дней разъезжают в турне со своим автором. Всё уже обсудили, каждая история рассказана, и, в конце концов, такая звезда может прилично утомить. К счастью, сегодня присоединились мы. Свежая кровь в марафоне светских бесед, да к тому же истинные фанаты. Точнее, я не фанат, но не думаю, что он это замечает. Барби оттаивает, по большей части разговаривают только она и маэстро, сотрудники издательства расслабленно разваливаются на стульях, и красное вино льется рекой. Я же пью галлоны минеральной воды, потому что мне еще вести машину сорок минут по заснеженной магистрали.

Конечно же, речь заходит и о книжном магазине. Бликса и Барби в восторге от идеи создать огромную, похожую на сеть витрину любимых книг и украсить ее греческими колоннами. Молчаливый молодой человек напротив меня, роль которого остается для нас загадкой на протяжении всего вечера, присоединяется к разговору и спрашивает, что такое колонна. Мы заинтересованно всматриваемся в лицо Бликсы и с волнением ждем реакции. По лицу пробегает короткое непроизвольное подергивание, после чего он вежливо просвещает молодого человека. «Безумие, — еле слышно усмехается Барбара в мою сторону, — как родительство меняет людей, уверена, что раньше он бы не спустил этого с рук».

Видимо, и у Бликсы Баргельда возникают похожие мысли, потому что вскоре мы переходим к теме детей, и он с гордостью показывает на смартфоне фотографии своей крошечной дочери Анны. Он рассказывает, что ее второе имя — Миллисент, Миллисент Баргельд[18], и весь стол от души смеется. Однако в нас, книготорговцах, просыпается профессиональное рвение, и мы говорим о том, что знаем лучше всего, — о книгах. Мы закидываем Бликсу рекомендациями по поводу замечательных детских книг, с которыми он просто обязан познакомить Анну. Мы меняемся ролями, и приходит наш черед выступать. Всю нашу компанию веселит этот рефлекс Павлова книготорговцев: «ребенок» равно «срочно нужна одна, две, а лучше много книг».

Наконец-то выпивается до дна последний бокал, и мы шумно покидаем ресторан, к этому моменту уже совершенно пустой, за исключением усталого официанта и его босса-зазывалы.

По безлюдному Санкт-Пёльтену мы, пошатываясь, бредем по снегу до своих машин, и уже далеко за полночь. Бликса возглавляет это шествие в пальто, которое выглядит так, будто он содрал его с Микаэля Нюквиста прямо на съемках фильма «Как на небесах». Интересно, может, у них один и тот же портной? Со спины он напоминает гигантского ворона, выпорхнувшего со страниц рассказа Лавкрафта на улицы пустынного Санкт-Пёльтена. Под мышкой он несет детское издание книги Эрнста Яндля «Мопс Отто», которое ему как признанному поклоннику этого писателя подарил издатель. Вдруг знакомый сценический голос разносится по пустой улице: «Мопс врос в пол. Отто: во двор, мопс, пшел…» И мы доверчиво следуем за Бликсой, который продолжает декламировать Яндля, по лабиринту спящего города к нашим машинам. Я бросаю косой взгляд на Барби, которая идет рядом и курит. Она опережает мой вопрос и с улыбкой произносит: «Очень хорошо».

Знакомый менеджер по продажам сообщает, что в город приезжает Ти Си Бойл[19]. Крупное мероприятие в театре «Рабенхоф», нам нужно успеть достать билеты: народу будет много. Но есть кое-что еще — сверхсекретный ужин накануне, в узком кругу коллег-писателей, журналистов, друзей издательства. «Одна из твоих коллег — его большая фанатка. Думаешь, она хотела бы пойти?» Басистка дэт-метал-группы сидит за столом в подсобке и обрабатывает заказы по электронной почте.

— Ты бы хотела сходить на ужин с Ти Си Бойлом?

— Ничего себе, я? Одна?

— Нет, там будут и другие гости.

— А ты?

— Нет, вдвоем нельзя. Кроме того, я так плохо говорю по-английски, что мне стыдно.

— Одна я не пойду, мне не хватит смелости.

Проходит несколько недель, мы забываем об ужине с Бойлом, пока менеджер по продажам снова не звонит мне и не сообщает: «Первого мая, девятнадцать часов. „Штадтхойригер“. Приглашение на двоих».

Я набираю басистку:

— Какие у тебя планы на первое мая?

— Я думала, что у меня выходной.

В ее голосе слышится недовольство, и я почти читаю ее мысли: «Вы что, пытаетесь навязать мне очередной книжный стол?»

— У тебя ужин с Бойлом. Без паники. Я пойду с тобой.

— О боже!

Мы встречаемся на Йозефштедтерштрассе, и обе немного взволнованы. Я надеюсь, что компания будет не слишком маленькой, потому что у меня нет никакого желания выставлять напоказ свой плохой английский. В свою очередь, моя коллега так нервничает, что всю дорогу болтает без умолку, а как только мы входим в сад хойригера, то сразу замолкает. Она ничего не может из себя выдавить, ничего не ест, залпом выпивает два белых шпритцера. В какой-то момент к ней обращается маэстро, он обаятелен и остроумен, и они быстро находят общую тему — музыка. Она смущенно достает из сумки диск своей дэт-метал-группы, который случайно захватила с собой. Ти Си рад этому, и по дороге домой мы представляем, как он ставит его в проигрыватель в своем доме в Санта-Барбаре, там еще когда-то жил Френк Ллойт Райт, и слушает ее басовую партию.

Уже поздно, мы идем по улице Йозефштедтерштрассе к метро, вдохновленные этим классным, великим автором, чьи книги мы так любим и который, кроме всего прочего, так очарователен.

— Знаешь, когда я заболею Альцгеймером и забуду все, совершенно все, я не смогу забыть этот вечер, никогда. Ты только подумай: я ужинала с Ти Си Бойлом в хойригере!

…Ну и правильно. В воскресенье он играет произведения Моцарта и Баха, а также Большую сонату си-бемоль мажор Шуберта в переполненном зале оперного театра. Ее можно услышать — вместе с четырьмя экспромтами, соч. 90 — на компакт-диске Шуберта, выпущенном Sony, которую сейчас представил Бухбиндер. Она была записана…

Вырванный из газеты клочок настолько маленький, что его можно убрать в кошелек не складывая. Он лежит на моем прилавке, херр Л. кинул его, проходя мимо, потому что он вечно куда-то торопится: «Закажите это для меня: позвоните мне!» Вечно суетливый, не особо вежливый, но мне удалось найти с ним общий язык: он сильно напоминает моего отца, всегда немного ворчливый и властный, но на самом деле он это не нарочно. По клочку размером три на два сантиметра нам нужно разобраться, чего именно хочет херр Л. К счастью, у нас невероятно много времени, и после утомительного поиска в интернете нам все-таки удается четко определить нужный диск и заказать его. Хорошо еще, что мы на этом заработаем полтора евро.