Чтение онлайн

Толкнул пальцем фигурку, передвигая, распрямился и прошагал мимо.

Подхватил висящий на стене белый плащ, набросил, вышел за дверь. Полы плаща сделали крутой разворот в воздухе над полом — и помчались следом. Криту часто казалось, что плащ Тейрина — живое существо, прирученное им в каком-нибудь волшебном мире. И все хотелось потрогать ткань — понять, что это, такое летучее. Но трогать, когда оно на Тейрине, было бы странно. А пытаться добраться до плаща, когда Тейрин отлучился, было бы опасно. Тейрин узнает — Тейрин все всегда знает — и отрубит голову. На всякий случай.

Тейрин только с виду изменился. Подрос. Прическу вон сделал.

На самом же деле — Тейрин остался собой.

***

Алеста лежала, прикрыв глаза. Казалось, не дышала. Казалось, застыла, умерла. Только если присмотреться очень внимательно — было видно, как едва заметно шевелятся кончики пальцев. Ну, или просто если знать — она сейчас ведет химеру.

Тейрин осторожно отворил дверь, шагнул было к ведьме, но путь ему тут же преградил огромный черный Пес — монстр, которого Алеста привела с собой. Единственный, оставшийся рядом с ней монстр.

Остановился между ним и ведьмой, низко опустил голову, утробно зарычал, глядя исподлобья.

Тейрин замер, глядя на него.

Медленно потянул с пояса кинжал. Так же медленно шагнул вперед — навстречу монстру. И монстр, припав к полу, попятился.

— С дороги, — одними губами бросил Тейрин. Он не станет повторять дважды.

Дважды повторять он может только, когда беседует с собой. Иногда — с непонятливым гномом. Но не сейчас.

Ни один монстр не имеет права находиться в его дворце. А если уж забрел, если тебя приютили, прояви уважение вне зависимости от того, успела тебя ведьма спрятать в какой-нибудь сундук, или нет.

Тейрин медленно поднял кинжал чуть выше, примерился для удара, и Пес черной молнией метнулся в сторону. Замер, прижавшись к полу, зарычал снова.

Тейрин твердо прошагал мимо — и только тогда на пороге возник гном.

— Тихо! — цыкнул Псу, решительно подошел к нему и потащил прочь за ошейник. Пока Пес упирался, бросил на Тейрина странный взгляд: вроде и гневный — что правитель так глупо собой рискует, с другой стороны — растерянный. По той же причине.

Он не знал: Тейрин не рисковал.

Тейрин никогда не рискует.

— Алеста! — позвал он, останавливаясь над ложем. Хотел было сесть на край, но присмотрелся — и передумал. Ложе показалось слишком грязным. Просто присел рядом, заглянул в лицо.

Она была напряжена, хмурилась, тяжело дышала.

Она устала.

Но отозвалась, хоть и хрипло.

— Да, Тейрин…

— Разверни химеру, летящую в Даар, — приказал он.

Она ухмыльнулась как-то через силу. И с видимым трудом уточнила:

— Не… передумаешь… опять?

Тейрин тяжело вздохнул. Захотелось наотмашь ударить. Разок — чтобы запомнила, с ним не стоит шутить. Не насчет его планов. А то обнаглели уже вконец. Гном гневно зыркает, ведьма — издевается. Но бить ее было нельзя. Она держала химеру, которую теперь нужно вернуть. Да и перчатки придется опять менять, идти за новыми в другое крыло дворца…

К тому же, еще через мгновение Тейрин понял, как ответить.

Приблизился, насколько мог. Прошептал в самое ухо:

— Туда идет Затхэ, — она вздрогнула. — К тому же… — он поднялся, заговорил громче, прошелся по комнате, заложив руки за спину. — Мне нужно, чтобы ты отправила еще одну химеру, срочно.

— Вести сразу две? — уточнила она, уже совсем иначе, уже очень серьезно. И даже почти перестала хрипеть — собрала силы.

— Сразу две, — эхом отозвался Тейрин. — Вторая химера принесет письмо Нивену, — на последнем слове развернулся к ней, последнее слово проговорил с особыми нажимом, и оказался прав — она снова вздрогнула.

— А он… они…

— Они разделились. Я не знаю, где эльф. Но ты всегда умела его находить, не правда ли?

— Ты просишь слишком много, — прошептала она. — Моих сил не хватит…

— Подумай, — равнодушно бросил Тейрин. — Рыжий без твоего Нивена — долго проживет? Идущий в Даар рыжий. Один. А впрочем…

Оборвал себя на полуслове и зашагал прочь, к двери.

— Стой! — процедила Алеста — ей явно было тяжело. — Принеси письмо… которое доставить…

Она замолчала надолго. То ли трудно было говорить, то ли трудно произнести имя.

— Нивену, — все так же равнодушно подсказал Тейрин.

— И тело для… химеры…

— Тело тоже мне принести? — ровно спросил Тейрин.

Ответа уже не дожидался — это была шутка, а ей сейчас не до шуток. Помрет еще — где потом новую ведьму искать? Нет, ведьм вокруг, конечно, полно, но где найти такую, которой можно доверять? Которая не предаст, и не потому что ты много платишь, не потому что знаешь грязный секрет или держишь ценного заложника — нет, с этой все гораздо сложнее и проще в то же время.

Она потеряла ребенка, дважды. Это талант — умудриться потерять не своего ребенка. Дважды.

И теперь ей нужен был ребенок, чтоб оберегать его. Даже если тот боится запачкать об нее свои белые перчатки, а об ее ложе — плащ.

Именно поэтому и только поэтому Тейрин терпел ее во дворце вместе с ее животным.

Животное зарычало из тьмы, из угла в коридоре — там его удерживал Крит.

— Отпусти уже, — отмахнулся Тейрин и пошел прочь. Бросил, не оборачиваясь. — И найди тушку для химеры. Быстро.

Он слышал, как животное рвануло прочь от гнома. Но не к нему — выбежало было за поворот, рыкнуло еще раз и скрылось в комнате ведьмы.

Он знал: Пес, каким бы страшным и большим ни был, всего лишь животное. Животные чуют страх. Пес видел Тейрина, он чуял Тейрина, он знал: Тейрин не боится. Значит, бояться надо ему, Псу.

И Пес боится — прячется.

Значит ли это, что с Тейрином что-то не так? Тейрин не боится, потому что точно знает, когда бояться? Или в нем сломаны какие-то механизмы выживания?