Чтение онлайн

– Здравствуйте, я к зав. кафедры, спокойно я произнёс, не подавая виду, что чем то удивлён или, что тут, что-то происходит необычное. Ясно, что его нет, и парочка решила воспользоваться уединённостью, будучи совершенно уверенной, что никто не посмеет нарушить их тет-а-тет в сердце святая святых МГУ. И совершала свои действия, явно любуясь красотой Столицы СССР.

– А, он вы…шел, запинаясь ответила девица, продолжая стоять передо мною на коленях в расхлыстанной одежде и со смазанной косметикой на лице, чем вызвала у меня ответную реакцию здорового мужского организма.

– А когда он будет?, задал я следующий вопрос.

– А, ты, что тут делаешь?, долетел до меня вопрос со стороны окна, где стоял «хлыщ». Он, судя по всему, уже справился со своей проблемой, и решил проявить активность.

Я не подал виду, что меня несколько задело фамильярное обращение «на ты» и ответил вполне вежливо:

– Да, вот, перевожусь к Вам.

– А, ну тогда Вам не к зав. кафедры, залепетала девчуля-секретарша, продолжая стоять на коленях и даже не пытаясь встать или поправить одежду.

– Профессиональная деформация, пронеслось у меня в голове и вызвала улыбку. В ответ, девчуля тоже зарделась прелестной улыбочкой, чем ещё больше меня подстегнула.

– Ты слышал, что тут тебя нечего делать?, а то вылетишь не успев вступить, продолжил свой наезд хлыщ.

Сориться, с кем либо, в мои планы, не входило, а с этим козлом я позже разберусь, решил я, а в слух спросил: – так, а куда мне обратиться?

– Вторая дверь с права, ответил девичий голосок снизу, и тут же добавив, – я Вас проведу. С этими словами, девчуля ловко вскочила, по пути, буквально жестом фокусника, поправила одежду и причёску, и даже макияж, проходя мимо большого зеркала, показывая мне дорогу к нужной двери. Подойдя к ней, она, не стучась, отворила её и пропустила меня вперёд, и вслед произнесла, обращаясь к находящейся там даме, – Ольга Матвеевна, это «переводник», займитесь им. Я уже был внутри кабинета, как услышал сзади, что дверь мягко закрылась за мной. Ольга Матвеевна была дамой, как говорят «бальзамовского возраста», я не успел прочесть при входе в её кабинет табличку с должностью, но скорее всего она зам. зав. кафедры. Вон как глядит на меня, «как вошь на солдата», ха-ха, улыбнулся я своим мыслям.

– А, чему Вы, молодой человек, улыбаетесь? Как бы плакать не пришлось, начала она наезд.

– Много тут хотящих перевестись из провинции в Столицу, да ещё и в МГУ, а спросишь «Кодекс строителя Коммунизма», так и всё, хоть из Комсомола отчисляй, не то, что из ВУЗа, продолжила она.

– Ну, давайте, что там у Вас?, и жестом потребовала мои документы.

– Так, школа, медаль, ага, КПИ, военный факультет, последнее она произнесла почти по слогам, с изменившимся тоном в голосе, рассматривая мои документы. Потом, оторвалась от бумаг и внимательно меня рассмотрела, как в первый раз.

– В «Пропаганды и агитации» значит?, толи спросила, толи констатировала очевидный факт.

– Да, на факультет «Пропаганды и агитации», подтвердил я, перестав улыбаться.

– А, чего это, улыбаться перестали? Улыбка, это главное оружие «пропагандиста – агитатора», подбодрила она меня совершенно другим тоном и улыбнулась, улыбкой, если не мамы, то очень доброй женщины.

– Ну, а вообще правильно, не нужно зря оружием размахивать, а то аж сама Катька тебя ко мне привела, бросила там своего очередного ёб…товарища, хи-хи, хохотнула замзав. кафедры.

– Так, считай принят, иди, вот с этим на факультет, получишь ордер на комнату в общежитии, тут рядом, ну и дальше по плану, с этим она пододвинула мне заполненный бланк со своей резолюцией и печатью кафедры.

Поблагодарив и выйдя из кабинета в коридор, я направился к выходу из Кафедры, когда услышал в след игривый голосок секретарши: – с тебя романтический вечер, как устроишься, звони мне в приёмную, пока, счастливо.

– Пока, спасибо, позвоню, выпалил я в след закрывающейся двери в Приёмную.

В дверях Кафедры опять чуть не столкнулся с «мастодонтом».

– О, так быстро?, тот констатировал очевидный факт.

– Да, ответил я просто.

– Ну, всего хорошего, «Ломоносов», бросил мне он, закрывая за собой дверь на Кафедру.

На факультете всё было тихо, ввиду окончания занятий и сессии, – а защита и госы идут в лекционных аудиториях в другом крыле, как мне сказала секретарь декана факультета, правильно поняв моё недоумением безлюдностью, такого популярного у студентов места. Тут только формировалась приёмная комиссия. Я отдал ей бланк по переводу, а она мне выдала ордер в общагу.

– Фамилию впишешь сам, зачётку выдам в сентябре, проинформировала она, – а пока получишь студенческий, ага, вот хорошо, что фото догадался принести сразу. Завтра и заходи за ним.

Коменда в общаге оказалась отличной тёткой, отреагировала на мой «трёхзвёздочный» штатно, выбором мною любой свободной комнаты и разрешением скомплектовать себе в комнате мебель из свободных комнат на выбор. Также, тут же решился вопрос с прокатом холодильника и телека, оставшихся от выписывающихся выпускников. Так как полных ходом шли защиты дипломов и госы. – Поэтому я зав. кафедры и не застал. Он в комиссии на госах пропадает днями и ночами, сказала всезнающая коменда, когда я ей обмолвился, что зав. кафедры не было.

Общага была похожа на общагу киевского Меда, где я жил летом, два года тому назад, блочной системы. Я поселился один, и как заверила меня коменда, побарабанив пальчиками по наклейке с тремя звёздами, что так и будет, если буду вносить вовремя ежемесячную абонплату. Я её заверил в своих самых лучших намерениях, жить одному и вносить взносы вовремя. А когда, оббегав другие свободные комнаты и определился, что мне из мебели нужно поменять и перенести, явился к ней с ещё одним «трёхзвёздочным» аргументов, то она из лучших чувств, собрала мне бригаду, как она выразилась, из «кандидатов на выселение за неправильное поведение по отношению к ней». «Бригаде» я пообещал поощрение, и они мне «на радостях», в «мгновение ока», поменяли всю мебель в комнате на почти «нулёвую», и даже нашли мне шикарную двуспальную кровать. Которую следовало было бы проверить в деле. Но было два «но». Первое и самое пока главное, все мои местные подружки в количестве «две», были либо в отъезде, это Шу, либо парились, сдавая выпускные экзамены в школе и лихорадочно готовясь к выпускному, это Снежка.

Да и особо расхолаживаться мне некогда было. Сразу попал в оборот к Оле. Та, в безапелляционной форме, реально меня припахала, заставив трудиться в нашем институте «Наука и Жизнь». На моей должности Председателя наблюдательного совета, с элементами лаборанта «подай-принеси», отрабатывая мой немаленький оклад. Но для «подсластить пилюлю» всё это сопровождалось лёгким флиртом с её стороны, пока она мне не подсунула для этого же, мою одногодку, «креатура Саныча», как Оля коротко пояснила. «Креатуру» звали Марина, очень смазливая девчуля и ещё кокетка. Сразу стала меня кадрить. Хотя, чуть что, то «я не такая, Вам показалось, я просто жду трамвая». Ну, лёгкий флирт и всё. Я так понял, это про неё шла речь в феврале. Значит ссылка на объект закончилась, раз она тут. О себе она особо не распространялась, кроме как, что коренная москвичка, мама, папа есть, а кто не сказала. Ну и хорошо. И мне не нужно тут про себя всё выкладывать. Хотя, как мне показалось, девчуля пыталась обо мне «справки наводить», но быстро была приведена в чувство, напоминаем, о порядке работы на режимном предприятии, где за лишнее любопытство хобот могут укоротить. Пару дней дулась непонятно за что, прямо, как «мышь на крупу». Но потом сменила тактику и перешла к решительным действиям, которые вылились в моё обещание… сводить её ко мне в гости, в общежитие. И этот день сегодня, так как завтра я улетаю вместе со всем руководством на объект, на «показательные выступления» наших изделий №1 и №2.

– Дэнчик, ну ты там скоро?, спросил меня динамик селектора в моём кабинете, обиженным голоском Марины.

– Да, а ты где?, спросил я её.

– Я уже в низу, звоню от Михалыча, с охраны, давай быстрее, затараторила она.

– Лечу, сейчас сдам в секретариат свои вещи и документы, чтобы завтра с ними не носиться, бросил я ей и отключился, схватив увесистый чемодан. Там мои «деловые» прикиды. Не в общаге же их держать?, и вызывать лишние вопросы, если кто увидит в шкафу деловые костюмы, рубашки, галстуки и туфли, известных брендов, на тысячи рублей. А тут, все себе висит и лежит в шкафу, в комнате отдыха моего кабинета, в полной готовности, постиранное и отглаженное бытовой службой института. Заодно прихватил и кейс с бумагами. Выскочил в коридор, дверь сама захлопнулась и встала в режим охраны. Там, пробежав до самого конца, заглянул в кабинет секретариата и сдал свои вещи под роспись, опечатав их контрольной спецлентой. Затем на лифте вниз. Где, с явным нетерпением, выхаживала туда сюда, Марина.