Чтение онлайн

– Да, Вы правы, Витольд Юрьевич, согласилась со мной Поля.

– Поля, будьте добры, на ты и просто Дэн, поправил я её, так как терпеть не могу, когда меня так вот официально. Сразу пахнуло казёнщиной, которую я очень не люблю.

– Ой, извините, меня предупреждали, а я дура такая…, начала она извиняться и ругать себя, пока я её не прервал:

– Да, ладно Поля, ничего страшного, веди, показывай, где тут гении вылупляются.

– Да пока кроме оборудованных лабораторий ничего особенного нет, начала Поля оправдывать не многолюдность, «Технопарка», как я уже его про себя назвал и обратился к ней:

– Поля, я так понял ты тут главная по «пиару»?

– В общем да, ответила она.

– Ну так вот тебе моё предложение назвать это всё «Технопарк», а то «Центр развития коммерческих научных исследований» длинно и скучно звучит, а «Научный инкубатор» по меньшей мере смешно, предложил я.

– Да, очень интересно и, наверное, так правильно, я только с Ольгой Георгиевной посоветуюсь, ответила Поля.

Мы с час погуляли вокруг и внутри «Технопарка». Заглянули в пустые и полупустые лаборатории и помещения, без определённого назначения. Всё было красиво и основательно.

Потом посидели в красивом парке, поговорили ни о чём.

– Пока здесь малолюдно, продолжила Поля выполнять свои функции, – местных всех почти повывезли на «Большую землю». Выкупили их халупы, а они себе там жильё купили, кто где хотел и живут себе. Правда, молодые, уезжать, потом отказались, увидев и тут возможность развернуться. Опять же, многих обучили современным профессиям. Токарь станка с ЧПУ, оператор ПК, и даже программист, но это уже на базе хорошего технического или математического высшего образования. В перспективе открытие местного филиала Бауманки. Конечно, точно никто не знает, что тут делают, но все знают, что это очень нужное для Страны дело. И каждый стремиться на своём участке быть первым. А для этого нужно учиться и постигать новые горизонты. Ширится движение передовиков и различных производственных соревнований. Да у нас даже дворники уже не просто дворники, а операторы уборочных машин. Тут листву и мусор пылесос убирает. Видел, такая здоровенная и тихо шуршащая зелёная, машина ехала? Вот это оно. Тротуары и дороги с шампунем моют, два раза в день. За каждым деревом садовод закреплён. А зарплата, как у Академика, тут Поля добавила, опять смутившись и покраснев, слово, – наверное.

Во время её рассказа, я положил свою руку ей на плечи и немного приобнял, а как раз, мимо проходили две пионерки, и весело выкрикнув: «жених и невеста, тили-тили тесто», со смехом убежали. Это или моя рука, остановили Полю, и возникло неловкое молчание.

– Полина, ты как сюда попала?, спросил я первое, что пришло мне на ум, чтобы его нарушить.

– Так по распределению, здесь газету и телерадиокомпанию местную открывают, так я тут за главную, ответила Поля, и добавила, – пока, наверное.

– Да не переживай, я скажу, оставят тебя тут «за главную», как «первопроходца и старожила», успокоил я её.

– Я главной не хочу, ответила она неожиданно.

– А, чего ж ты хочешь?, спросил я на автомате.

– Ну, а что все девушки хотят?, вопросом на вопрос та ответила.

– Вообще разного хотят, например замуж за кого то не досягаемого или африканца во вторые мужья, начал я перечислять женские прихоти из разговора с Олей, во время полёта.

– Да, бывает, задумчиво произнесла Поля.

– Что, тоже за африканца хочешь?, опешил я.

– Нет, скорее за недосягаемого, уже веселее та ответила.

– За артиста какого поди?, поддел я её, зная, что в таком возрасте, девушкам раз плюнуть влюбиться «до гроба», в любого певца или спортсмена, иногда иностранного, причём заочно, раз увидев его, даже просто плохонькое фото в районной газетёнке.

– Почти, сказала и вздохнула.

– Ну, и кто он?, спросил я, давя в себе желание рассмеяться.

– Да, неважно, он там, я тут, пойдём лучше в Аквапарк, сменила она тему.

– Пойдём. А там плавки можно купить?, спросил я.

– Можно, коротко она ответила.

В Аквапарке было, как и положено в тропиках, жарко и душно. Плавок был огромный выбор, как и купальников. Я, как мужчина и кавалер, оплатил Поле самый лучший и дорогой, на корню пресёк все её возражения против бикини, которое ей очень шло. Подчёркивая и так выдающуюся красоту её тела.

Народу в Аквапарке было умеренно, так как был разгар рабочего дня, а дети, как пояснила Поля, уже на каникулах в большей своей части и улетели на «Большую землю», а другие заняты экзаменами в школе.

Мы приятно провели время. Ни я, ни она, до этого, не были в подобных местах. Местный «массовик-затейник», а по новому «аниматор», нам всё показал и рассказал. После очередного спуска с водяной горки, случился небольшой и приятный для меня конфуз. С Поли слетел её купальник и она вынырнула голышом. Специально она это сделал или нет, неизвестно, но это подстегнуло меня к решительным действиям. Тут же, в сауне, мы, не сговариваясь, этими самыми «решительными действиями» и занялись. Конечно, не в самой парилке, а в гостиной, перед основным отделением. Ключ, от которого, этот самый аниматор и дал мне, видимо заранее проинструктированный выполнять все мои прихоти.

– Поля, ты где так хорошо научилась всему?, только и смог я спросить через час «активных действий», уместив в этом простом наборе слов, все те качества, которыми Поля меня «сразила на повал».

– Да, работала в «массажке» в Москве, там и «прокачали» меня основательно, нехотя та ответила, и тут же спросила с тревогой в голосе:

– А что, сильно заметно? Меня там вообще то хвалили. Не слезала, тьфу, не сходила с «Доски Почёта» и «Наши передовики». Повышенные нормы выполняла, стала она хвалиться своими достижениями.

– Да, нет, всё отлично, мужу твоему будущему очень повезло, семейный бюджет не пострадает от «массажисток», своя будет, подхватил я её тон и продолжил делать ей довольно сомнительные комплименты.

– Вот и я так думаю, с энтузиазмом она со мной согласилась и продолжила, – не зря же меня и девочек, направили туда по «комсомольской путевке» в составе первой «Парттыщи». Думаешь, как сразу в Москве появилось восемьсот «массажек»? Ну, да. Был в начале порыв энтузиазма. Но он быстро спал. А нам нужно было вырвать из рук империалистов это грозное оружие и поставить его на нашу службу. Чтобы во всеуслышание заявить: «Секс в СССР – есть !». И тут, как всегда, за трудное дело взялся Комсомол. Прошли первичные отборы в комсомольских организациях. Выбирали из тех, кому уже есть 18 лет, хотя можно и с 16, но там нужно получать разрешение. Морока, короче. Ну, и конечно, по красоте. Потом смотрели характеристики, успеваемость, поведение, место учёбы или работы. Я даже в «Конкурсе Красоты» МГУ участвовала. Получила приз «Мисс Красивые ножки». Потом направление в «кис». И год оттрудилась там. За это короткое время стала комсоргом нашей бригады, вывела её в передовики, потом выбрали меня комсоргом «салона» и парторгша всего «киса», дала мне рекомендацию в КПСС. Сейчас я кандидат в члены Партии. В конце учёбы в МГУ, получила, как «Отличник общественного обслуживания», льготы по распределению. Многие мои такие же успешные коллеги по «массажке», выбрали «медвежьи углы» в Европейской части СССР, а моим родителям, один добрый человек, сюда посоветовал. И я последовав совету, своих папы и мамы, поехала в этот Челябинск – 100 и не жалею, с гордостью в голосе, как настоящий Советский журналист, Поля закончила повествование, ещё одной славной страницы, своей замечательной, молодой жизни, такой же, как и у многих других комсомолок, в СССР.

– Полина, да ты настоящая передовая комсомолка, освоила и вторую древнейшую женскую профессию, после которой только идёт журналистика, продолжил я её хвалить, – супруг будет гордиться твоими достижениями.

Поля, лежала голышом в свободной позе на диване, на простынке, а я развалился напротив в кресле. Она покраснела от смущения и потупив взгляд, тихо спросила: – ты так честно думаешь?

– Конечно, если он не дурак, а тут дураков нет, начал я её горячо заверять, переместившись к ней на диван с намерением ещё раз пройтись по пройденному материалу, для закрепления в памяти её выдающихся навыков в устном изложении.