Мы ни за что не будем вместе
Шрифт:
— Привет, тетя Юля. — дверь мне открыла Вика, дочка подруги.
— Привет, солнышко. — обняла девочку. — Прости, сегодня без гостинцев, очень торопилась.
— Ничего страшного. — просияла пятилетка. — У тебя очень хороший пёсик, но сейчас он спит. — рассказала.
— Привет, Юлька! — из кухни показалась Катя, вытирающая руки полотенцем. — Беляш накормлен и уложен спать. — отрапортовала.
— Ты у нас мать-героиня. — села на стул, глядя, как подруга что-то запекает в духовке. — Спасибо, что выручила. Правда. Что бы я без тебя делала? — риторически спросила.
— Да ну тебя, Полетаева! Рассказывай, что в жизни твоей холостой творится. — подмигнула мне.
— Полная каша. — напряженно потёрла виски. — Мазня, которую я сама усердно создаю, а потом страдаю. — пресно усмехнулась.
— Дай-ка угадаю, где-то здесь должен фигурировать Илья Левжинский? — со знанием дела подметила Захарова.
— Взял себе главную роль. — фыркнула я. — Мне кажется, что несколько дней, и я себя окончательно закапаю в такую яму, из которой уже не смогу выбраться. — заныла.
— Ну что ты раскисла? — Катя села рядом, обнимая меня. — Куда девается твоя рассудительность, когда ты видишь его? — грустно хмыкнула подруга. — Хотя у тебя же с детства с ним так, что тут говорить. — вспомнила.
— Я не знаю. С одной стороны, мне очень хочется, чтобы мы просто не знали друг друга, но с другой — какая моя жизнь без него? Он всегда был важной её частью, так или иначе. — пожала плечами.
— А не влюбилась ли ты в него случайно? — Катя успокаивающе провела по плечу, а я буквально застыла, задумавшись. Влюбиться? В Левжинского?! Кто? Я?!
— Кать, а влюбляются на капельку? — простонала, вспоминая, как млела от его даже самых мимолетных прикосновений.
— На капельку — нет. — подруга помотала головой. — На капельку можно только осознавать, что ты влюбилась со всей дури. — хмыкнула.
— Ну какой «со всей дури», я и он? — риторически заметила.
— Как раз-таки «со всей дури» это точно про вашу парочку. — было мне ответом.
— Ладно, я поеду. Созвонимся. — спустя четверть часа я и радостный Беляш загрузились в машину. Единственное, чего я хочу сейчас — ванну, и сегодня точно ничто меня не остановит!
Поужинав, я наконец-то легла в горячую, ароматную воду. Малыш уютно устроился на моих тапочках в углу ванной, а я смотрела какой-то непопулярный ситком по планшету. Неожиданный звонок, раздавшийся по квартире, заставил меня вздрогнуть.
— Все ушли на фронт. — сказала лениво поднявшему голову Беляшу и продолжила пялиться в экран. Звонок повторился:
— Вот если бы ты был побольше, то мог бы что-нибудь откусить этим нехорошим людям. — пожаловалась. Порядком устав от непрекращающейся трели, все же встала. Наспех вытерлась полотенцем и запахнула тонкий халат. Блин, пояс в спальне оставила! Ладно, и так сойдет.
— Кто? — задала вопрос, на каком-то подсознательном уровне уже зная ответ.
— Юль, это я. — отозвался Левжинский Илья Романович собственной персоной.
— Юля здесь больше не проживает. До свидания, молодой человек. — слегка изменила голос, в надежде, что это сработает. Беляш остался стоять возле двери и подвывать, чрезвычайно прозрачно намекая, что мы все ещё на месте и вполне здесь проживаем.
Звонок повторился, но я плюнула на это и снова погрузилась в ванну. Неожиданно дверь в мою тайную обитель открылась, и я выронила планшет в воду: безумно дорогая техника, последняя модель, которую я купила на свои кровно заработанные деньги всего несколько месяцев назад, мгновенно пошла на дно и погасла.
— Ты совсем мудак?! Ты что, спер запасные ключи? — заорав не своим голосом, швырнула в стоящего посреди ванной Левжинского теперь окончательно неработающий планшет. — Какого хера ты здесь забыл?! — Илья поморщился от прилетевшего железа, но вовремя успел его отбить. В конце концов, и я не в голову целилась. Все также молча, он стал раздеваться. Тут у меня окончательно снесло крышу:
— Илья! Что ты творишь?! Оденься, придурок! — прикрывая все свои стратегически важные места, продолжила верещать.
— Ты сама выйдешь, или мне придётся тебя вытаскивать? — скинув с себя последний предмет гардероба, жестко поинтересовался.
— Я вылезу отсюда только через твой труп, Левжинский! — пригрозила пальцем, поджав колени к груди. — Ты — самый ужасный человек из всех, кого я знала! — продолжила. — Ты — чудовище! — мой голос предательски сорвался, когда Илья подошёл ко мне и запустил руку в воду, вытаскивая затычку.
Помимо того, что я отчаянно пыталась не смотреть на него и его восставшее естество, я все ещё старалась сохранить крупицы самообладания и не разреветься от жизненной несправедливости.
— Уйди! — взвизгнула, когда вода была слита, а Илья потянулся ко мне. — Илья! — пронзительно завопила и забрыкалась, стоило ему протянуть руки к моему телу.
— Я предлагал тебе выйти самой, малышка. — с этими словами он водрузил меня себе на плечо и потащил в спальню.
— Я вобью кол в твою заносчивую задницу, Левжинский, если ты меня сейчас же не отпустишь! — прошипела, продолжая колотить мужчину по спине.
— Не боишься, что я могу отомстить тебе тем же, зайка? — язвительно усмехнулся Илья. — И поверь, у меня гораздо больше шансов сделать это. — влажный поцелуй на ягодице сменился обжигающим шлепком.
— Отпусти меня, кретин! — снова вскрикнула.
— Послушай меня внимательно. — швырнул меня на кровать. — Ты не встанешь с этой кровати, пока я не вытрахаю из тебя всю ту дурь, что сидит в твоей прелестной голове. Что за концерт ты устроила в ресторане? — широко раздвинул мне ноги и с силой провел по промежности, вызывая судорожный всхлип.
— Потому что ты все решил за меня! — вскрикнула, когда он ввел палец внутрь.
— То есть ты хочешь сказать, что мы не вместе? — навис надо мной сверху, испепеляя своим почерневшим взглядом.
— Не вместе. — обиженно протянула.
— Да? — оскалился. — А твое тело считает иначе. — показал мне пальцы, по которым стекала моя смазка. — Что скажешь?
— Я ненавижу тебя. — вцепившись ему ногтями в плечи, истерично прошептала.
— А я ненавижу, когда меня пытаются обмануть, зайка. — накрыл мои губы обжигающим поцелуем. Больно: он кусает, заставляет отдать бразды правления ему, но я совершенно не желаю поднимать белый флаг и продолжаю бороться. Илья с силой сжимает сосок, заставляя меня простонать ему в рот, и, благодаря моей заминке, он одерживает победу.