Чтение онлайн

некогда

содержались

«важные

государственные преступники» (петрашевцы А. Плещеев и А. Ханыков,

польские революционеры Б. Залесский и З. Сераковский и др. ). На

несколько дней (октябрь 1850 г.) останавливался Т. Шевченко по дороге в

Форт Александровск.

Рядом с рынком – гостиница и трактир Н. Коротина. Уральцы не

любили эти шумные заведения ( «базарный кабак», по их словам), отдавая

предпочтение Масляйкину трактиру (владелец – купец В. Маслио), более

спокойному и приветливому, расположенному недалеко от центра города

(на углу Самарской и Крестовой улиц).

И, конечно, постоянный интерес у горожан (и не только у них)

вызывал непривычно высокий (для Уральска), с большими окнами -

витринами дом купца А. Карева, построенный в начале XX века на углу

Мостовой (Кировской – в советское время) и Большой улиц. Народная

молва утверждала, что таким образом один из самолюбивых иногородних

дельцов открыто показывал не только свое богатство, но и превосходство

перед известными казаками-скотопромышленниками бр. Овчинниковыми,

чей небольшой двухэтажный особняк с открытой террасой и фигурными

воротами находился (находится и теперь) на противоположной стороне

центральной городской улицы.

13

Дом Карева – обычный, «стандартный» доходный дом... Его владелец

охотно сдавал комнаты и залы в аренду. На первом этаже разместились

известные среди горожан магазины... Рядовые уральцы редко посещали их

и еще реже что-либо покупали: цены в «каревских» магазинах «сильно

кусались.» На втором этаже здания заседали Офицерское собрание,

Коммерческий клуб, здесь собирались члены Войскового Собрания и

крупные чиновники, иногда устраивались банкеты и балы. На третьем –

можно было получить гостиничный номер.

Во второй половине XIX–начале XX веков. город «обогатился» рядом

административных ( главное – Областное правления и его отделы) и

учебных зданий (реальное училище, женская гимназии, учительская

семинария и др.), гостиничными корпусами («Казань», «Россия» и др.)и

несколькими особняками зажиточных казаков. В них были установлены

телефонные аппараты ( первые появились в городе в 1889 г.).

В 1902 г. возобновилось мощение Большой улицы, прерванное в 90-е

(бутовый камень использовали для укрепления фундамента Храма Христа

Спасителя). На некоторых улицах появились кирпичные тротуары. Пугая

людей и животных резкими звуками клаксона, по городу проносился

автомобиль присяжного поверенного Н. Логашкина... В 1907 г. началась

электрификация Уральска. Местная газета настойчиво убеждала горожан в

преимуществе нового средства освещения над традиционным : «во многих

магазинах и богатых домах с некоторых пор используется электричество;

оно дешевле, чем керосин».

По инициативе «Общества любителей леса» в городе на рубеже веков

создается несколько бульваров и скверов: Пушкинский, Коммерческий,

Приказческий,

Крестовоздвиженский

(«Ванюшинский»),

Железнодорожный («Кругленький») и др. В небольших палисадниках

перед домами весной расцветали сирень и акация.

Без преувеличения можно сказать, что Уральск в начале XX в. потерял

свой прежний, казачий облик. В значительной степени, процессу

преобразования города способствовала железная дорога, строительство

которой было закончено к середине 90-х гг.: укрепились торговые,

культурные, деловые связи города с центральной Россией.

Войсковая столица превращалась в рядовой административный (с

1868 г. – областной) центр с его известными приметами: типография и

телеграф, телефон и почта, вокзал и железная дорога, промышленные

предприятия и электростанция, газеты и библиотеки, театры и учебные

заведения, церкви и мечети, кумирня и синагога, частные (@@ «вольные»,

– как говорили казаки) аптеки и гостиницы, мелкие лавки и крупные

магазины, войсковая (на 100 кроватей) и земская (на 30 кроватей)

больницы, бактериологическая лаборатория и «лечебница для приходящих

14

больных с бесплатной выдачей лекарств», родильный приют, богадельня,

ночлежный дом (для бродяг) и пр.

7

Уральск менялся не только внешне...Постоянно росла численность его

населения...Формировалось новое социальное и национальное «лицо»

города.

В 1897 г. в войсковом центре проживали 36 466 человек, в 1904 г. – 39

918, в 1910 г. – 45 584. Накануне Мировой войны он насчитывал более 46

тысяч жителей (русские, украинцы, татары, казахи, евреи, немцы и др.).

Как отмечал Вл. Короленко, в начале века рядом с казачьим городом

возник “целый поселок, живущий своей особой жизнью, и главное – растут

интересы, которые когда-нибудь потребуют своего представительства».

В отличие от Илека, Лбищенска и Гурьева где казаки по-прежнему

составляли большинство населения, войсковой центр в предвоенные годы

превратился в обычный российский город. «Природные» уральцы

составляли в нем лишь 28 % его населения (13 321 человек). Однако

казачья верхушка, как и раньше, считала себя основным, законным его

хозяином. Органы местного самоуправления (дума, управа и пр.), несмотря

на неоднократные, настойчивые предложения местной либеральной

интеллигенции и членов «Общества уральских горожан» ( Н. Коротин, В.

Краузе, Ф. Макаров и др.), не были организованы: войсковые «вожди» не

желали уступать иногородним свою власть. Без согласия атамана и