Чтение онлайн

Еще у нас дома филиал лесопилки. Ага. Натуральный. Я тут придумала палки с прогулок домой таскать, пусть, думаю, девочка хоть палки грызет пока я на работе. Не все ж в стену глядеть. Девочка грызет с удовольствием, с азартом молодого бобра. А потом не спит на своей подстилке, поскольку та вся в щепках… Палка на день. Щепок на неделю. Но я спокойна, мудра, несуетлива.

На днях Варвара получила медаль и диплом. От меня. В знак признательности. Диплом психотерапевта и медаль за отвагу. Ну и лапу пожали, как положено. На памятных часах, правда, сэкономили.

Дело так было. В квартирах рафинированных дамочек вроде нас, живущих без золотых мужских рук, глаз и плеч, все время что-то ломается. Розетки, краны, антенны. Оказывается, это хорошо функционирует только определенное время, а потом, как хроническая болезнь, вовремя не починенное, работает все хуже и хуже вплоть до полного издоха. Не помогают ни тычки шпильками, ни крепеж пластырями, ни подпорки зубочистками.

А тут обрушилось сразу две беды. Вылетела антенна из телевизора, и засорился пылесос. Я вооружилась маникюрными ножницами и пошла в бой. Антенна чиниться не хотела, в гнездо обратно влезать отказывалась, пылесос надсадно гудел и, кажется, даже раздувался от возмущения, грозясь лопнуть. Я психовала. А психую я знатно.

Варвара не психовала совсем. Сидела рядом, смотрела своими грустными карими глазами и думала, какие слова утешения мне сказать. Предложила вызвать «мужа на час» — одного из тех, которые мужички из конторы профессиональных ремонтников. Или не вызывать. Плюнуть на все и завалиться спать прямо посреди разгрома.

Рядом с таким рассудительным ребенком, я успокоилась. Ведь истеричка рядом с меланхоликом смотрится негармонично. Я достала педикюрные ножницы, огрызки засохшей синюшной изоленты, набор штопальных игл и, медленно вдыхая-выдыхая, взялась за починку. На каком-то этапе механических запихиваний антенны в полагающуюся ей дыру, в работу включился мозг, и я поняла — что куда пихать и какие контакты с какими контачатся! Через 25 минут телевизор работал, как новенький. Антенна была намертво приклеена жвачкой.

Пылесос мы вообще сделали как ребенка. Он только реветь-гудеть, а мы его — хрясь и разобрали. Там просто шланг забился под завязку нашими же палками-щепками. А закрадывалась, закрадывалась такая мыслишка — завтра же побежать и купить все новое: и телевизор, и пылесос. Мы как те новые русские, которые купили мерседес, потому что в старом переполнилась пепельница.

И если бы не умница Варвара, сохраняющая спокойствие, даже когда соседи бегут за берушами от моих проклятий, если бы не хладнокровная Варвара, остающаяся невозмутимой, когда без всякого полтергейста предметы летают по комнате, если бы не безмятежная Варвара… Сидели бы теперь с новым телевизором и пылесосом. Как дураки.

Вышла на балкон покурить. Погоды стоят теплые, балкон еще открыт для посещений. На балконе лежит одинокая маленькая засохшая какашка (нет, Word, и не предлагай). Я теряюсь. Зачем-то с подозрением смотрю в небо. Потом опять на какашку. Голуби, похоже, ни при чем. Но не могла же это моя девочка?… Девочка лежит в комнате, спокойно дует в свой ус, чувствует себя как дома. Виноватость не повышенная. Я зачем-то нюхаю какашку и убеждаюсь, что это именно она и ничто другое. Выкидываю ее с пятого этажа и, помыв руки, выкуриваю свою сигарету.

Я — солнце, я — солнце. Спокойна, мудра, несуетлива-2.

Выходные у нас проходят по незатейливому графику: в субботу — День лентяя, в воскресенье — День труда. В субботу разрешается есть в кровати и валяться в грязи, в воскресенье весь свинарник ликвидируется. Впрочем, разрешения и расписания касаются только одной из нас. Той, которая умеет писАть. Той, чьи функции в жизни попроще — писать и принимать пищу, в выходные разрешается гулять, сколько влезет, при условии предварительного крепления мамы к поводку.

Да, мы живем по вышеописанному распорядку, если не вклиниваются досадные мелочи типа прихода гостей (уклоняемся) или приглашения в гости (увиливаем). Ведь что может быть приятнее субботнего задрыхона на четыре ноздри и дуракаваляния! А вечером мы торжественно включаем телевизор и смотрим «Мисс Марпл» (Word предлагает исправить на «Мисс марал». Руки прочь от Агатушки Кристи!) Так вот, просмотр телевизионного фильма «Мисс, хм, Марпл» — мероприятие недели. Телефоны отключаются, свет гасится, пледы разворачиваются, чай с лимоном заваривается, праздничная кость Варваре выдается, и под аккомпанемент уютного грызения наслаждаемся сценами из жизни английской деревни.

Варвара на историческую родину смотрит с близкого расстояния, упираясь в экран влажным носом и усиленно нюхая пляшущих на экране человечков. Или плющ на стенах британских замков. Мы фанатеем от Англии.

В эти выходные День лентяя прошел на ура. План по ничегонеделанию был выполнен, свинарник разбит великолепный, грязелечебница, в которую превращается квартира за неделю, удалась на славу.

А день Труда отменился. С утра была тренировка, после которой мы не смогли… Не смогли и все тут. Свинарник продолжил свою работу и в понедельник. Дни открытых дверей в грязелечебнице продлились.

Так бы вся эта оранжерея фантиков, оберток, пустых консервных банок и упаковок от «костей со стоматологическим эффектом» процветала до следующих выходных, но тут Варвара сказала свое веское слово. Смотрю: собирает со всех концов комнаты игрушки и складывает к себе на подстилку. Аккуратненько так, рядком…

Потом села, смотрит на меня и хвостом метет. Как раз по куче щепок. Щепки со страху — прыг! — и под ковер. Сразу чище в доме стало. Дальше Варвара пошла, мячик боднула. Мячик под кроватью спрятался, и тотчас просторнее в комнате сделалось. Врать не буду, пылесосить Варвара не стала, по малолетству боится она гудящего монстра с хоботом. И пол мыть не стала: с ведром и водой у нее недружба и нежвачка. Зато с любопытством смотрела, как с ведром, водой и тряпкой дружу я. С поощрением даже. С похвалой. Молодец Галка, Варина помощница растет!

Мои друзья сразу поняли бы: речь пойдет о кошках и собаках-бабаках. Есть у нас подруга Юля. У Юли есть подруга Люся. Кто из них кошка иногда понять бывает сложно. Мы частенько наведываемся к ним в гости. Варя ведет себя прилично: от кофе-чая вежливо отказывается, переходя сразу к бутербродам. Я пью и чай, и кофе, и вино, и кефир — все, что есть в доме, все пью. И неспешно беседую с хозяйкой помещения.

Варя в это время сидит у дверей в комнату и наблюдает за кошкой. Кошка сидит в углу комнаты и наблюдает за собакой. Три месяца к ним ходим, три месяца они наблюдают. В контакт не вступают. В гляделки играют. Счет 85:85.

Хотя на улице Варвара прекрасно кошек отражает. И даже несется за ними, как и положено приличной собаке. И на слово «кошка» напрягает уши и устремляется к горизонту. А тут вот нет. Не несется. И уши на месте. Только все время на меня оборачивается и спрашивает: а ты уверена, что это собака? Уж больно у нее вид подозрительный.

Мы их, когда знакомили, одной объяснили, что это маленькая такая собака, а другой — что это кошка-переросток… То есть все свои.