Чтение онлайн

Пиро боролся с явной неохотой. Несмотря на суровую внешность, он больше всех не любил насилия. Но оставить своих друзей никак не мог. Притянул врага за руку, уперся ладонью в лицо Тени, слушая истошные крики. Дождался, когда оболочка, защищающая человека, лопнет, и демон покинул тело, оставив носителя практически невредимым.

Противник, управляющий землей, побагровел от злости. И хоть почти всех его напарников перебили, но он не проиграет. Притянув к себе острый, продолговатый камень, Тень раскрутил его, намереваясь запустить в лоб Алексу. А тот, поняв, что не может вырваться, уставился на демона, ожидая скорой боли.

Внезапно, на всю округу раздался высокочастотный вой, закладывающий уши. Звуковая волна, пролетевшая над местом битвы, сбила с ног двух последних Теней. Послышался звук лопающегося стекла, и двое людей, испуская черный дымок, упали на землю. Шесть пар глаз уставились в ту сторону, откуда прилетела волна. Мужчина с индийскими чертами лица, длинными, темными каштановыми волосами, и большими, темными глазами, стоял посреди поля сражения, до побеления костяшек сжимая ремень походной сумки, тяжело дыша.

Тойфель активно потряс головой, пытаясь избавиться от звона в ушах. После схватки он смог только усесться на землю, не в силах подняться на ноги. Рогатый попытался получше разглядеть вмешавшегося в схватку мужчину, но внезапно понял, что в глазах у него все расплывалось, а один безнадежно опух, заплыл. Он приложил ладонь к лицу, чтобы больной глаз не мешал ему видеть.

— Шумон! — в полной тишине раздался звонкий восхищенный голос Штефана.

Близнец выскочил из-за спины Пиро. Похоже, он единственный, кого не сильно потрепало во время сражения. И если бы не вовремя подоспевший Шумон, которого Тойфель так же узнал, то исход схватки мог быть оказаться более плачевным. Штефан подскочил к озадаченному демону, попытался по-дружески хлопнуть его по плечу.

Ко всеобщему удивлению, Шумон вежливо, но настойчиво выставил вперед свободную от ремня сумки ладонь в сторону Штефана, прося, чтобы тот к нему не прикасался. Близнец растерянно остановился, оглядев остальных своих товарищей, задавая взглядом немой вопрос.

— Он не пробудился, — вздохнул Брудер, зябко растирая себе плечи бледными ладонями.

— Но как тогда использовал Силу? — Поинтересовался Пиро, держа ладони в воздухе, болезненно хмурясь.

— А… Привет? Я все еще здесь. — Шумон привлек к себе внимание, помахав рукой. — О чем вы говорите?

Тойфель вздохнул, аккуратно поднялся на ноги, продолжая прижимать ладонь к лицу. Настало его время говорить. Все-таки он должен придумать, как именно разбудить своего шестого, последнего потерянного собрата. Конечно, у рогатого пока не было идей, как именно это сделать, но он мог хотя бы попытаться задержать спящего демона, чтобы он не потерял интереса. Вокруг тела Шумона извивалась петлями нить Силы, словно дразнила.

— Да, в это трудно поверить, — начал Тойфель, — но мы знакомы. Просто ты этого не помнишь. А то, что ты сделал — спасло нам всем жизни.

Шумон хотел было что-то сказать, но тут же закрыл рот, когда поднял взгляд на рогатого. Спящий настойчиво отнял ладонь демона от его лица, внимательно вглядываясь в поврежденный глаз, оценивающе его осматривал. Затем бросил взгляд на разодранное плечо под курткой, кровь на котором уже успела немного засохнуть. Оглядел остальных, больше обращая внимания не на них самих, а на их раны.

— Собственно, это моя работа. — Шумон попытался усмехнуться, но получилось как-то вяло. — Жизни спасать.

Тойфель удивленно вскинул брови, пытаясь отследить Силу демона. Но она так и вилась вокруг его тела, и будто бы издевательски мерцала перед внутренним взором рогатого. Но его удивило совсем другое — Шумон в стае был не только почти боевым звуковым демоном, но и прекрасным лекарем, чьи навыки не раз выручали всю команду. Но как так получилось, что этот момент из жизни Шумон помнил?

Тем временем, звуковой уже отошел от Тойфеля, приблизился к Алексу, который безуспешно пытался выдрать свои ноги, по лодыжку зарытые в асфальт. Но у него совсем не получалось раздвинуть землю так, как делал это Тень, поэтому любая попытка пошевелить стопами, причиняла лишь дополнительную боль.

— Не шевелись, — спокойно проговорил Шумон. — будет неприятно, но иначе никак.

Алекс, повинуясь тихому голосу, оставил бесплотные попытки высвободиться самостоятельно. Спящий демон приложил ладони к асфальту так, словно обхватывал кольцами лодыжки Лани, но не касаясь их. Буквально через несколько секунд асфальт начал бурлить, измельчаться в мелкую крошку. В конце концов, Алексу удалось вытащить свои ноги из подавшегося камня.

Теперь, когда кожу больше ничего не закрывало, начала течь кровь. Она бежала тонкими струйками по бледной коже, затекая на носки. Но внезапно начало происходить нечто необычное. Хоть рана и была достаточно глубокой, но она буквально на глазах покрывалась багровой корочкой, застывая за считанные секунды. Тонкие стекающие струйки мгновенно застывали на воздухе, бледнели.

— Никогда подобного не видел, — удивился Шумон, рассматривая затянувшуюся рану. — Какая-то…Скорость…Нечеловеческая…

Внезапно демон резко вскинул голову, уставившись куда-то прямо перед собой, застыв без движения. Тойфель робко заглянул ему в лицо и увидел, что глаза Шумона подернулись темно-зеленой пеленой, полностью скрыв все яблоко, радужку и зрачок. Он пробуждался! Самостоятельно, без чьей-либо помощи.

Но вместе с радостью от пробуждения товарища, Тойфель ощутил и еще что-то. Еле заметное волнение, заставившее прислушаться к собственному телу и мыслям. Это чувство заставило дыхание сбиться и участиться, а сердце забиться быстрее.

Вдруг к рогатому пришло осознание, что он помнит все. Помнит себя и своих друзей семьсот лет назад и раньше. Помнит, как все они встретились, образовав стаю. В мелочах помнит изгнание болезни. Может прочувствовать заново все те эмоции, которые он испытывал, когда растворялся в воздухе. Память окончательно вернулась к нему.

Конечно, некоторые воспоминания были утеряны, забыты за казавшейся тогда ненадобностью и пустяковостью еще много веков назад, когда стая только формировалась. И как же Тойфель теперь жалел, что так относился к собственной памяти. Сейчас он бы многое отдал за хоть еще одну крупицу его и товарищей удивительной жизни.

Дьявол с легкой, не поддающейся контролю улыбкой взглянул на своих друзей, словно в первый раз. Про каждого из них он мог вспомнить столько, сколько ему хотелось. Теперь братство не казалось лишь иллюзией, а стало настоящим. И сейчас рогатый видел в их глазах то же, что и ощущал сам.

Тойфель ненадолго задержал взгляд на Шлафе. Тот, в отличие от всех, помнил практически все. Но даже его взгляд изменился. Он перестал смотреть на мир, дома, машины, окружавшие его, как на что-то чужое. Теперь он тоже чувствовал себя комфортно.