Чтение онлайн

— Дерьмо, что это было? — шепчу я.

На трясущихся ногах я следую за Беном в такси.

— Что, черт, происходит? — спрашиваю я снова и снова, как будто Бен знает о состоянии Джея больше, чем я, что, конечно, не так. — Что случилось?

— Успокойся, Миа. Мы в больнице, они позаботятся о нем. — Бен сжимает мою руку. Мы заходим в огромное здание, куда недавно привезли на скорой бледного, дрожащего Джея. Мои зубы стучат, и не только от холода.

Мы должны подождать, потому что Джея еще обследуют. Бен так часто покупает черный кофе в автомате в комнате ожидания, что вскоре ему приходится менять деньги у других ожидающих, в то время как я нервно листаю совершенно неуместный журнал, быстро доходя до последних белых страниц. Я дергаю ногой, такое ощущение, что время застыло на дурацких часах. Бен играет на телефоне, но так усердно жует губу, что я точно знаю, как он себя чувствует.

— Что они там делают? — спрашиваю я, в конце концов. — Прошло уже больше часа! Его оперируют? Почему нам никто не может сказать, что с ним?

— Мы должны просто ждать, Миа. Успокойся. Кофе?

Я потягиваю еле теплый горький бульон только для того, чтобы крепко держать пластиковый стаканчик. Даже несмотря на то, что в баре я чувствовала себя слегка выпившей, сейчас алкоголь полностью испарился. Как только, наконец-то, в дверях появляется врач, и осматривает комнату поверх оправы своих очков, я тут же вскакиваю и бегу к нему.

— Миссис Штерн? — спрашивает он, а я сразу же киваю, долго не думая. Кто знает, какие законы в этой стране. Что, если он узнает, что я просто его подруга, ничего мне не скажет, поэтому я вру. Прежде, чем врач начинает говорить, Бен осторожно двигает меня в сторону, встает перед мужчиной в белом халате и представляется братом Джея.

— Речь идет о приступе эпилепсии, — объясняет нас врач. — Мы ввели ему противосудорожные препараты, и теперь он должен чувствовать себя лучше. Также пульс и давление в норме, также как и ЭКГ. Но...
– он наклоняется к нам и понижает голос, потому что те три человека, что находятся в комнате кроме нас, не являются членами семьи.
– Вам известно, что мистер Штерн принимает наркотики?

Я хватаю воздух ртом. Начинает кружиться голова, но Бен крепко меня держит и мотает головой.

— Нет, никогда, — говорит он. — Алкоголь время от времени, но вы не его имели в виду.

Я уставилась на него так, будто на моих глазах у него вырастет еще один нос. В любом случае, я сейчас не в состоянии что-либо говорить. Или же стоит упомянуть о нескольких косяках? Кто знает, чем он занимался в баре? Какие-то таблетки принимал, или еще что.

— Бен... — пытаюсь я привлечь его внимание, но он совершенно на меня не смотрит.

— В любом случае, вполне возможно, что именно из-за наркотиков случился приступ, — говорит врач. Его выражение лица становится более суровым. — Если это не так, я советую вашему мужу пройти обследование у невролога в Лондоне. В короткие сроки здесь мы не можем этого сделать, но такое нельзя оставлять без внимания. За этим может скрываться что-то более серьезное, где наркотики должны быть абсолютно исключены.

— Он может... Мы можем его забрать или он должен еще остаться здесь? — спрашиваю я.

— Я бы оставил его для наблюдения на ночь, но он настаивает на том, чтобы пойти с вами. Я не могу его здесь удерживать силой... — он поднимает обе руки вверх, и потом резко опускает.

— Но с ним все в порядке? Кроме приступа, я имею в виду?

— Миа, в противном случае, они бы его не отпустили. — Бен мотает головой и протягивает врачу правую руку. — Большое спасибо, доктор. Вы нам очень помогли.

— Всего вам доброго, — говорит врач, бросает на меня странный взгляд и выходит за дверь.

Я растерянно смотрю на Бена.

— Что здесь происходит? — спрашиваю я. — Ты говоришь так, будто что-то знаешь, о чем не знаю я.

— Я просто не хочу, чтобы у него были проблему, — шепчет Бен. — Ты же знаешь, какой он. Возможно, он что-то принял в баре. Взял у девочек или еще у кого. Ты же не хочешь завтра забирать его из тюрьмы?

Я кусаю губу. Мой пульс громко отдается в висках, когда мы идем к Джею. Когда мы заходим, Джей сидит один на больничной кровати и что-то печатает на телефоне.

— Эй! — его лучезарная улыбка сбивает меня с толку. Он больше не бледный, и выглядит так, будто только что проснулся после оздоровительного сна. Напряжение немного спадает и я глубоко дышу, вместо него во мне растет злость.

— Пожалуйста, скажи мне, что ты ничего не принимал, — требую я. Останавливаюсь перед кроватью и, прищурившись, смотрю на него.

— Конечно, нет. Дерьмо, за кого ты меня принимаешь? — Джей закрывает глаза и проводит руками по волосам. На его щеках играют желваки, глаза прищурены.

— Врач считает...

Бен перебивает меня.

— Тебе уже лучше, дружище?

Джей кивает.

— Все прекрасно. У них действительно крутые препараты здесь, чувствую себя идеально.
– В подтверждение своих слов он спрыгивает с кровати и приобнимая меня за плечи. Я до сих пор чувствую себя онемевшей и замерзшей, и не совсем еще верю в то, что он действительно не делал ничего дурного. Потому что это же Джей, и я не могу представить, что он не делал глупости. Но поскольку у Бена не возникает сомнений, я просто молча следую за ними на улицу.

— Джей, это действительно было страшно, — говорю я в такси, после того, как Бен уговорил его поехать с нами домой. Джей хотел вернуться в бар, но это даже не обсуждалось. — Ты должен обязательно пойти к врачу в Лондоне с этим. А вдруг это что-то серьезное? Твои постоянные головные боли, усталость, а теперь еще и это.

— Хорошо, сладкая, — говорит он и берет мою левую руку, пока Бен держит мою правую. — Обещаю. Пойду сразу же, как только выкрою время.

Таксист улыбается в зеркало, когда Джей меня целует. Джей выглядит расслабленным и смеется над глупой шуткой, которую рассказал Бен. И вообще, ведет себя так, будто ничего не произошло. Как будто мы не едем с больницы. Все мое тело до сих пор наполнено шоком и я не могу просто так от него избавиться.

Этой ночью меня ожидают кошмары во снах. Я плаваю в огромном озере, Бен и Джей тонут, и я пытаюсь их спасти. И как только мне удается приблизиться к одному из них, он сразу уходит на дно и слышны крики о помощи от другого позади меня, и я плыву в обратном направлении. Они машут руками, захлебываются, их глаза широко открыты. Я плачу, кричу, плаваю туда и обратно. Моя мокрая одежда тянет меня на дно, я теряю силы. Вижу сначала Бена, потом Джея, тонущих в холодных водах, и не могу ничего сделать.