Мы видели звезды лишь на старых фотографиях
Шрифт:
— Зачем? Чтобы вы придумали мне на будущее ещё немного планов, которые мне не нужны? — выкрикнула я, дёргая ручку двери.
Улицу запорошил снег. Его белизна успокаивала, но моё сердце продолжало бешено биться, а внутри словно зияла огромная дыра, прожжённая невероятной обидой. На маму — за полное непонимания, на отца — за отсутствие поддержки и защиты, к которой я уже так привыкла.
К моим вымышленным руинам прибавилась ещё одна большая куча. Ещё немного, и я не смогу из них выбраться.
И я просто шла. По заснеженной дороге, мимо домов счастливых семей, молодых пар, мимо жизнерадостно играющих детей. Лишняя на этом празднике жизни, я шла, сама не зная куда, без определённого маршрута.
Шла, пока не начали болеть и стынуть ноги, пока предательски не помутнело в глазах, пока не запершило в горле.
Шла, пока не стемнело.
Шла, пока не зазвонил телефон.
— Виктория, ты прекрасно знаешь, что я бы уже забрал тебя, если бы не был болен. Ты обещала мне не делать глупостей. Пора домой.
Немного помолчав, я опустила потяжелевшую голову, вздохнула и произнесла:
— Иду...
Только ради тебя, пап.
POV Билл
Joshua Radin – Closer
Если бы в эту минуту я мог остановить время, то, не раздумывая, сделал бы это.
Я лежал почти не дыша, в страхе, что данное мгновение в одну секунду может закончиться. Повернув голову вправо, я широко улыбнулся. Рядом со мной была Она. Её шелковистые волосы, чуть золотистые от пробивающихся в окно комнаты солнечных лучей, разметались по моей подушке. Глаза были плотно закрыты, а чувственные губы наоборот чуть приоткрыты.
Я безумно хотел дотронуться до них, но боялся даже пошевелиться. Крепко зажмуриваясь и прикусив губу, я повернулся на правый бок и подложил руку под голову. Улыбка снова осветила моё лицо, и я, казалось, вот-вот задохнусь от счастья.
Я аккуратно наклонился к уху девушки, прошептав что-то очень важное, Она чуть дёрнулась, а потом её глаза открылись. Она несколько раз удивлённо моргнула, глядя в потолок, а потом повернулась ко мне.
Её прекрасная улыбка заставила моё сердце трепетать. Оно забилось в несколько раз быстрее, предвкушая прикосновения моей возлюбленной. Девушка потянулась к моему лицу и нежно положила ладонь на левую щёку. Я прикрыл глаза от удовольствия ощущать её руку на своём лице. Девичьи пальцы плавно легли на мои губы и очертили их по контуру.
Я открыл глаза и увидел тёмный взгляд девушки, от которого у меня всякий раз перехватило дыхание. Она потянулась своими губами к моим, и я вновь закрыл глаза. Тёплое дыхание опьяняло меня, и я крепко обнял девушку, которая целовала меня. Всё вокруг вдруг стало неважным.
Оторвавшись от моих губ, Она тихо рассмеялась и нависла надо мной. Я не мог сдержать широкой улыбки, глядя на ту, что навсегда поселилась в моём сердце. Вот бы не умереть от счастья, которое переполняет меня... Вот бы не потерять рассудок...
— Билл, хватит стонать, ты не один в этой комнате!
Я резко распахнул глаза и увидел перед собой лицо Тома, который склонился надо мной и тряс за плечи. Осознание того, что реальность невероятно далека от моих мечтаний, просачивалось в меня со скоростью света.
Садясь в постели, я небрежно скинул с себя руки своего близнеца и недовольно потёр глаза.
— Том, ты конченый придурок.
Брат в удивлении раскрыл рот и плюхнулся на край моей постели.
— Ты это серьёзно? Это я что ли стонал на весь дом?!
— Не неси чушь, я всегда сплю спокойно, — отмахнулся я, стыдливо отводя взгляд. Ну, стонать я точно не мог, а вот что-нибудь говорить — вполне вероятно... Чёрт побери!
— Всегда. Но, — брат поднял вверх указательный палец. — не сегодня. «Виктория, Виктория... Пш-пш-пш»... О чём хоть шептались?
Я поморщился и толкнул Тома с кровати. Тот даже не шелохнулся, снова принимаясь меня доставать.
— Это был хотя бы эротический сон? — не унимался брат, криво усмехаясь.
— Знал бы ты, как я ненавижу тебя в такие моменты! — возмущённо отозвался я, пытаясь спрятаться от настойчивого близнеца под одеялом.
— Взаимно, — фыркнул Том, выуживая меня из-под моего тёплого кокона. — Может, мы поговорим?
— О чём? — непонимающе поинтересовался я, мечтая оказаться в двухуровневом сне. Вдруг, разговор с Томом — это тоже сон и мне нужно снова проснуться?
— О том, что ты влюбился в Викторию. Только не отрицай, у тебя на лице всё написано. Ну, ещё ты слишком громко спишь, — объяснил брат, неожиданно став более серьёзным.
— У неё есть парень, — промямлил я, утыкаясь лицом в подушку. — Поверь, мои чувства не взаимны.
— Почему ты так решил? Может, этот парень ей не слишком-то и нужен? — с энтузиазмом спросил Том, забираясь на мою кровать с ногами и одалживая у меня немного одеяла.
— Я пытался её поцеловать. Это вышло случайно... Я не планировал, просто так получилось... Глупая ошибка, только и всего. После моей неудачной попытки Виктория ушла, — вспоминая о произошедшем на набережной, я покачал головой.
— Ты что, не умеешь подбирать подходящий момент? Всему тебя учить надо...
— Эй! — выкрикнул я и приподнял голову от подушки, перебивая чересчур разумничавшегося брата. — Не нужно меня учить! Иди в свою кровать, дай мне поспать!
— Чтобы ты уснул и опять начал стонать на весь дом? — Том рассмеялся и, устраиваясь поудобнее на моей кровати, отрицательно покачал головой. — Ну уж нет.
Теперь уже я недовольно застонал во весь голос, пытаясь спихнуть близнеца с кровати. Он продолжал валяться на ней с невозмутимым выражением лица, которое в темноте казалось мне чересчур спокойным, совершенно не реагируя но мою враждебность.
— Чёрт бы тебя побрал! — прокричал я, со злостью взбивая подушку, и повернулся на другой бок, закрывая глаза.
Нет уж... Это точно за гранью. Этот сон только осложнил мне жизнь. Я не должен думать о Виктории в таком ключе, она просто мой друг. Друг, который мне очень нужен, которого я больше не могу потерять. Я обязательно справлюсь с собой. Ведь каждый должен пройти через неразделённую любовь, вот и настала моя очередь. Я смогу... Я всё смогу.
— Спишь? — в тёмной комнате раздался тихий голос Тома.
— Ты можешь уже свалить отсюда? — пробурчал я из-под одеяла.
— Вот и не спи, — предупреждающим тоном проговорил близнец и громко зевнул.