Чтение онлайн

Из своей комнаты Головину была видна только часть голой спины мага, бугристая от высушенных временем, но не утративших силы мускулов. Они переливались с места на место вместе с острыми лопатками - в такт движению рук Бальсара.

–  Ты же смотрел, как я штопал рубаху и мантию. Как получилась дырка, ты, конечно же, представляешь: стрела нарушила связь между нитками и разорвала некоторые из них. Я просто восстановил прежнее положение ниток. Понятно?

–  Не очень.

–  Ты представляешь, как кузнец плавит металл? Как из множества отдельных кусков железа он, через расплав, получает один целый?

–  Да. Но он же греет железо до высокой температуры, и только тогда оно плавится и сливается в один кусок.

–  Я делаю то же самое, только мне не надо ничего плавить. Я соединил куски ткани, каждую ниточку возвратил на место. Понятно?

–  Смысл - да! Но - как?

–  Когда ты пилишь дерево, что происходит?

–  Что?

–  С помощью пилы ты нарушаешь связь целого, выдирая из дерева опилки. Два куска дерева с двух сторон от пилы остались неизменными, но связь между ними нарушилась. Они просто разделились в пространстве. Если ты найдёшь способ вернуть опилки на место и восстановишь их связь с деревом, с обоими кусками, дерево снова станет целым. Это понятно?

–  Да. Но оттого, что ты вернёшь опилки на место, они не срастутся. Будут отдельно два куска дерева и опилки между ними.

–  Правильно, если считать, что мельче опилок ничего не бывает. Но опилки состоят из более мелких частиц, их даже глазом видно, а те - из ещё более мелких. Их-то и надо сращивать между собой. Тогда дерево станет целым. Как стали и моя рубаха, и мантия.

–  Но как ты сращиваешь самые маленькие частицы?

–  Магическим полем - оно заставляет эти частицы занять определённое место.

–  Ну и что?

–  То есть, как - что?! Посмотри, отчего зависит форма любого предмета? Прежде всего, от положения составляющих его частиц в пространстве. Каждая из них имеет свои координаты, и их совместное расположение придаёт предмету ту или иную форму. Согласен?

–  Да.

–  Чтобы передвинуть предмет, тебе надо переместить в новые координаты каждую составляющую его частицу. Так?

–  Да.

–  А если ты переместишь не все одинаково - что будет?

–  Изменится форма?

–  Правильно. А если ты будешь воздействовать не на крупные частицы, из которых состоит предмет, а на более мелкие, из которых состоят эти крупные частицы? Тогда ты поменяешь уже не форму, а сущность предмета. Было железо, станет золото. Это понятно?

–  Это понятно. Как глубоко ты видишь внутрь предмета?

–  Вижу? У меня обычное для человека зрение. Чтобы проделать эту работу, мне не надо видеть сами частицы. Мне же надо не рассматривать их, а поставить на нужное место. Я создаю поле, которое воздействует на все частицы сразу. Зачем мне видеть каждую из них?

–  Сделай из неё железо, - Василий кинул Бальсару золотой, воспользовавшись тем, что тот прекратил стирку и развернулся к нему.

–  Здесь я бессилен. Монеты Двенадцати королевств не поддаются ни одному магу Соргона. Они для нас неразрушимы: ни повредить, ни переплавить. Я совсем недавно говорил как раз на эту тему. С кем же? Ах, да, с Паджеро, - Бальсар нахмурился и продолжил без всякой связи с предыдущим, раскладывая на горячей печи рубаху и мантию, - Что же там, в Соргоне, творится? Просто невыносимо,… - он достал запасную рубаху из мешка, одел и, глянув на Корону, потом на Василия, ушёл к гному в сарай.

"Если верить Бальсару, то он может воздействовать не только на атомы, но и на нейтроны с протонами. Иначе как переменишь "сущность" предмета?
– размышлял Василий, катая монеты по столу, - Что же, отказаться от Короны или - принять? Принять или отказаться? Что лучше: раскаиваться в совершённом поступке или сожалеть об упущенной возможности? Да, действительно, вопрос не хуже гамлетовского "быть или не быть? ", да и по последствиям для меня он примерно такой же. Как же мне поступить? Как?"

Бальсар отсутствовал недолго - не лето, всё-таки, чтобы разгуливать без верхней одежды. Как-никак, а на улице - тринадцатое декабря, хоть ни морозов, ни снега всё ещё не было.

Вернувшись в дом, маг наткнулся на очередной вопрос Василия, за которым чувствовалось не только любопытство, но и желание Головина оттянуть принятие решения. Бальсар понимал сложность выбора, стоящего перед избранником Короны. По сути, это был выбор между мирами для дальнейшего проживания, поскольку шансов на возвращение у Василия не было: маг не сомневался, что их нет.

–  Как получилось, Бальсар, что мы говорим на одном языке?

–  Мы говорим на разных языках, Василий.

–  Этого не может быть: я понимаю тебя и Эрина, вы понимаете меня.

–  Согласно нашим легендам об Алане, когда он раздавал Короны и другие символы власти людям Соргона, он сказал так: "Все люди одинаково смеются и плачут, одинаково страдают от боли и, раненые, истекают кровью. Они мечтают и думают одинаково. Но, чтобы скрыть свою похожесть и иметь возможность ненавидеть друг друга, говорят на разных языках и пишут разными знаками. Язык в Соргоне больше не будет мешать людям понимать друг друга, он не будет причиной вражды и ненависти. Один человек всегда поймёт речь другого". С тех пор для Соргона не имеет значения, на каком языке говорит человек.

–  Не сходится - я не из Соргона, да и вы - не в Соргоне.

–  Но мы из Соргона, и поэтому понимаем тебя.

–  Но я тоже понял вас сразу!

–  Нас поймёт любой, с кем бы мы не говорили, потому что мы из Соргона.

–  Алан говорил про людей, а как же гномы, эльфы и орки? Почему и на них?… Почему они тоже понимают всех и те понимают их?

–  Я же тебе уже доказал, что гномы - люди. Эльфы и орки - тоже. Даже у гоблинов в Соргоне не возникает языковых трудностей, хотя сами они в Соргоне не живут. Алан определял людей не по внешним отличиям, а по внутреннему их сходству.

–  Интересно, несоргонец за пределами Соргона сохраняет умение понимать чужие языки, или же - нет?

–  У меня нет ни одного знакомого несоргонца, кроме тебя. На твой вопрос ты сможешь ответить сам, когда побываешь в Соргоне.

–  Если смогу покинуть его пределы. Бальсар, ты сказал: "…и другие символы власти…" Что ты имел в виду?

–  Алан сделал Двенадцати королевствам Короны. Кроме того, каждое королевство получило Денежный Сундук и Знамя с вышитым на нём Гербом. У нас ни одно королевство не чеканит монеты - их даёт Денежный Сундук. Фальшивомонетчики, конечно, есть, но их деньги легко отличить от настоящих - они не так прочны.

–  Любой король может достать из Сундука сколько угодно денег?

–  Нет, Сундук не даст лишнего. Это как-то связано с экономикой королевства, налогами, но я не знаю - как.

–  А что дают Знамя и Герб?

–  Ну, это прежде всего - символы государства. Да, Паджеро говорил, что историк Морсон упоминает об изменении Герба на Знамени и монетах во время войны…

–  Какие ещё чудеса есть в Соргоне?

–  Королевские Грамоты. Они появляются в руках короля в момент вручения, никто не знает откуда. Это, действительно, чудо.