Чтение онлайн

"- Это, сир, гномий видеотелефон. Ещё не знаю как он работает, но обязательно разберусь… В нём и других тайн полно…"

"- Помнишь, я обещал не выпытывать тайны Эрина? Не соблазняй меня нарушить обещание. Королю это не к лицу".

"- Что я могу сделать, сир, если эти тайны сами в меня лезут, как раньше Ваша память…"

"- Держи секреты Эрина при себе. Ты меня поняла?"

"- У-у, зануда… И за какие же грехи мне такой король достался?"

И ещё одно событие произошло этой ночью.

Король высыпал на подоконник содержимое найденной в подвале шкатулки, взял в руки ножны с мечом и подозвал гнома:

–  Опуститесь на колено, Эрин.

Гном послушно склонился перед королём. Своим королём.

–  Гном Эрин, этим мечом я, Василий Первый, раттанарский король по выбору Короны, посвящаю тебя в рыцари… - Василий потянул из ножен меч, -…учреждённого мной Ордена рыцарей Короны, - король коснулся лезвием меча сначала левого, затем правого плеча гнома, - Отныне ты - первый рыцарь Соргона и дворянин. Как рыцарь, ты имеешь право на ношение герба и золотых рыцарских шпор, а также, на набор воинского отряда, который и сможешь водить в бой под своим знаменем. Обращаться к тебе следует не иначе, чем с добавлением слова "сэр". Как доказательство твоего положения, ты имеешь право носить эту рыцарскую золотую цепь с гербовым щитом, - Василий открыл шкатулку и вынул оттуда массивную цепь, появившуюся неизвестно откуда, и надел её на шею всё ещё стоящему на колене гному.

–  Встань, сэр Эрин, - король вынул из шкатулки золотые шпоры, запевшие в его руках звонкими бубенцами, и протянул их первому рыцарю, - Вот твои шпоры, рыцарь. Вот рыцарское свидетельство, - на правой ладони короля из голубого тумана возник свиток, перевитый зелёным шнуром с печатью-медведем - Королевская Грамота, - Я верю, что ты достойно будешь нести звание рыцаря и в мирной жизни, и в жестоком бою.

Король замолк, и Эрин понял, что теперь - его слово. Гном переложил шпоры и Грамоту в левую руку, и, с чувством стукнув кулаком правой по скрытой кольчугой могучей груди, звонким от волнения голосом произнёс:

–  Клянусь честью!

Посвящение в рыцари состоялось. Но король, по-прежнему, сохранял важный вид, и маг с гномом поняли, что это ещё не всё.

Выдержав паузу, Василий заговорил:

–  Учреждённый мной рыцарский Орден не имеет пока ни Устава, ни ритуала посвящения, ни, что немаловажно, руководителя. Поэтому вам, сэр Эрин, вменяется в обязанность создать и ритуалы, и Устав. Руководить Орденом тоже придётся вам, и этот документ, - у Василия в руке возник ещё один свиток, - утверждает ваше назначение на высший в Ордене пост - князя Ордена. Вы, возглавляя Орден, получаете право на посвящение в рыцари достойных этого солдат, и всё необходимое для этого найдёте в этой шкатулке, - король отдал гному и шкатулку, - На всех, выданных вами рыцарских свидетельствах, будет стоять моя подпись, подтверждающая возведение героя в дворянство, и оспаривать этого никто не посмеет. Теперь же, на правах друга и собутыльника, от души поздравляю вас и с должностью, и с дворянством, - король обнял гнома и по-русски, троекратно, поцеловал его в обе щеки.

Бальсар тоже поспешил с поздравлениями, и все трое стали с интересом рассматривать герб сэра Эрина.

Вверху, на красиво выгнутой вокруг изображения Короны ленте, стояли слова рыцарского девиза. Никто не удивился, прочитав на ней:

КУЗНЕЦ И ВОИН

Под этой надписью помещался сам герб: наковальня и скрещенные возле неё боевой топор и кузнечный молот. Под наковальней нашлось место и для рыцарских шпор.

Герб понравился всем, и король с магом тактично не заметили капнувшую на него счастливую гномью слезу.

"- Сир, а почему Вы Эрина сделали князем? Рыцарскими орденами заправляли, как мне помнится, магистры".

"- Как мне помнится, Капа, магистрами в Соргоне называют молодых магов, только что окончивших магическую школу. Зачем создавать ненужную путаницу? По-моему, князь - ничуть не хуже магистра. Поняла, дорогая соратница?"

–  Ну, что, уложились, господа королевская свита? Тогда - в путь! Обождите, сэр Эрин. По обычаям моего народа полагается перед дальней дорогой немного посидеть. Не знаю, то ли - чтобы ещё раз вспомнить, не забыли ли чего. А может, чтобы проститься с покидаемым местом. И то, и другое - вполне разумно. Присядем на дорожку, - Василий уселся на табуретку, забыв про торчащий из неё гвоздь:

"- Ой!"

"- Хи-хи-хи!"

"- Ты чего, Капа?"

"- Представила, как является в Соргон грозный король в драных штанах. Хи-хи-хи".

"- Кому что, а тебе - хи-хи…"

Василий обвёл грустным взглядом спартанскую обстановку шпального пятистенка. Пусть и неказистое здесь было всё, но зато - родное, земного производства. Даже…

"-…гвоздь в Вашей, сир, извиняюсь, филейной части, вызывает слёзы умиления. Я права?"

"- Права, права. Это теперь моё недоступное прошлое. И незаконченный роман про Ивара, и бабушка печатных машинок, и холодильник, постоянно льющий на пол воду… И этот гвоздь - тоже моё прошлое. Пройдёт время, и забудется, сотрётся из памяти каждая деталь моей здешней жизни, и стану я сомневаться, была ли она на самом деле…"

"- Пока у Вас, сир, есть я - ничего не сотрётся, и ничего не забудется. Я напомню Вам всё, что Вы захотите вспомнить, сир. И так подробно, как Вы этого захотите".

"- Спасибо, Капа" - Василий встал:

–  Пошли, пора.

Присевшие на краешек садовой скамейки из уважения к чужим обычаям Бальсар и Эрин вскочили, едва король начал вставать, и слово "пора" оба услышали уже у входных дверей.

"- Им, понятно, не терпится домой. Они знают, что их там ждёт. А что ждёт меня?"

"- Если это вопрос - отвечаю: двенадцать пустых королевских тронов, сир. И все они - Ваши. А остальное - как сложится. Они тоже могут застать совсем не то, чего ожидают, сир".

"- И опять ты права, Капа".

Василий вышел следом за своей свитой и запер входную дверь. Ключ он положил под условный камень у крыльца - хозяин без труда отыщет его. Всё. С этим миром короля больше ничего не связывало, и если оставались здесь невыполненными обязательства, то такими им и предстояло оставаться.

Король повёл своих подданных на старое место, как раз на то, где уже открывался Переход, приведший сюда мага и гнома. И, лишь только троица спасителей Соргона свернула за угол, тот снова зарябил, заискрился в ночном воздухе зимних Масанов.

Как и было оговорено ранее, первым вошёл в Переход Эрин, поигрывая своим страшным топором. За ним, без промедления, шагнул в Переход Бальсар.

Король на мгновение приостановился:

"Эх, был бы верующим - перекрестился бы. Ладно, пойду так, без суеверий," - и шагнул в искристое под напутственные слова Капы:

"- Тоже мне, исторические слова! Разве с таких слов начинают великие дела? Не историческая Вы личность, сир. Недоразумение какое-то, а не спаситель Соргона…"

Шаг. Ещё шаг. Ноги провалились во что-то мягкое и холодное. Бр-р. И какая темень.

Василий беспомощно развёл руками и нащупал чью-то спину. По высоте спины определил: "Бальсар". Что же он стал на дороге и не двигается?