Чтение онлайн

Мужчины человеческого рода были шокированы от столь цивилизованного кота, который не хотел позорить девушку, которая знала как нужно чесать за ушком, по пузику и под подбородком, вызывая у меня ощущение райского блаженства, которого мне будет не хватать после того, как я сбегу, выбравшись из ловушки из книг и избавившись от этого украшения, который мне совсем не подхо–…

«А эта кожаная кругляшка с табличкой делает меня весьма величественной персоной, пожалуй, ее я оставлю себе.»

Я сел напротив витрины мимо которой мы проходили, разглядывая свою чистую белую шерсть с пятнами на теле и полосками на хвосте, уделяя внимание своим сапфирово-изумрудным глазам, что от лучей солнца стали лишь ярче. Осень весьма теплая. На дворе уже сентябрь, а солнце до сих пор столь же теплое, как и месяц тому назад.

Человек дернула за поводок, направляясь в сторону парка, где плавало много уток, которых я бы с радостью сейчас съел, да только Лиззи бросала мне в след кусочки вяленой колбасы, сперва достав пачку из своей сумки, лежащей на коленях, затем открыв ее, и которые я с радостью ловил и проглатывал.

На вкус они были весьма неплохими, как на свой внешний вид.

Поэтому до парка я добрался сытым и уточки меня уже не волновали, а вот слухи, которые я пытался расслышать, так сказать, намотать на ус, в моем случае усы, были весьма о тревожном известии.

Весь парк только и шептался о том, что в город приехала Маркуна де Кюри – известная леди; любительница шуб и жена одного известного дизайнера, который ещё промышлял бизнесом – открытием собственных магазинов с изделиями шуб разных животных. Одним словом я мог охарактеризовать их: живодеры.

Весь парк только и говорил о том, что среди людей она известна, как жена известного дизайнера (я вам так и сказал выше), а среди животных, как волк в овечьей шкуре.

В парке было многолюдно. Люди со своими домашними питомцами бродили то тут, то сям. Одни просто гуляли, другие резвились, наблюдая за глупыми хозяевами, которых считали своими питомцами и которые бросали то мячи, то пищалки, то палки, то летающие тарелки на которые бы уместилась целая курочка. Другие сидели без дела, животные, естественно, ну и их хозяева: одни уставились в гаджеты, другие в книги или бумагу (газету) с напечатанной информацией, которой иногда подтирали одно очень популярное место, которое будет фигурировать в этом предложении под кодовым словом «пятая точка», весьма чувствительное место и у животных, и у людей. Обычно такое случалось, когда заканчивалась туалетная бумага или другой бумаги не было под рукой, в моем случае, под лапами. Третьи же бегали, пытаясь сбросить килограмм или поддерживая уже имеющуюся фигуру. И питомцы тренировали их. К моему счастью, Лиззи не имела возможности ходить и найдя свободное место у пруда, оперевшись на рукоятки коляски, опустилась на траву, а меня привязала к своему инвалидному креслу да так крепко, что даже когти не помогут мне развязать этот узел. И открыв книгу, которую, конечно же, взяла с собой, начала читать, погружаясь в ее мир, представляя себя в роли главного героя или другого полюбившегося персонажа, не замечая ничего вокруг. Стоило ей услышать скрип коляски, как она поднимала руку и возвращала ее на место одним резким движением руки. Я так и не смог понять как она это делает, если все звуки стихают вокруг нее и реальный мир в данную минуту не имеет для нее никакого смысла?

И все, что я смог – смириться. Я лег рядом с коляской. Мой взгляд устремился на плавающих уточек, которым то взрослые человеки, то их человеческие дети кидали хлеб и я представил их жареными под каким-нибудь соусом. Они крякали о своем, о чем я не слышал. Мои мысли о еде, которые заставили пускать меня слюни, которые я облизал, прервал сперва шум в кустах через дорогу, а затем разговор двух бродячих котов, что высматривали кого-то в парке, выглядывая из-за них. Навострив уши я сконцентрировался на их голосах:

– Послушай, видишь вон того большого котяру? – спросил рыжий кот, явно говоря обо мне.

– Это тот у которого пятна и уши мышиные? – спросил сероватый кот, указав пальцем лапы на меня.

– Да, да, этот. – сказал рыжий.

– Ты должен выйти к нему и передать, что вчера в зоопарк прибыли две таких же больших кошки, как он. – дал указание рыжий кот.

– Подожди, пара двух кошек или пара из кота и кошки? – переспросил сероватый, нагнув голову набок.

– Пара из кота и кошки. – Сказал рыжий кот и отпрыгнул в сторону, почувствовав мое дыхание. – Мята, дружок, я… я смотрю, ты себе хозяйку нашел… – Он приветливо улыбнулся, помахав мне лапой.

– Мята? У меня нет имени. – Сказал я, вильнув в раздражении хвостом и нахмурив брови.

Благо, мой рост и длина поводка позволили мне бесшумно подойти к ним так, чтобы Лиззи не потревожила меня, и присоединиться к беседе.

Сероватый кот указал на табличку, которая висела на ошейнике, который я никак не мог снять, как бы не пытался.

«О, нет.» – Взяв лапами табличку и прочитав свое новое имя, подумал я, начиная ощущать паническую атаку.

«Я теперь домашняя кошка…» – Я выровнял дыхание, поглаживая рыжего кота лапами по голове, прижав к себе.

Он немного успокоил меня и привел в чувства.

– Мне никак нельзя быть домашним питомцем, иначе я не смогу попасть на родину, домой, да и к тому же, помимо этой проблемы, есть женщина, которая ведет на меня охоту! Мне нужно выбраться из этой книжной, черт ее побери, ловушки, найти корабль, который отходит в Африку и уплыть на нем домой, но прежде, узнать, как обстоят дела у пары, которую привезли в зоопарк, а значит нужно сперва выбраться из книжной ловушки и попасть в зоопарк, взять небольшое интервью у двух моих сородичей и затем уже искать корабль, который увезет меня домой. – сказал я, ходя кругами у кустов, отпустив рыжего кота по имени Олли. Олли был бродячим котом, который спрятал меня, когда работники зоопарка бросились на мои поиски, затем мы разыграли перед ними спектакль моей смерти и они, вроде бы, разочарованные, ушли, оставив меня в покое. Ну, или, там был один сотрудник… я уже не помню, это было давно, неделю тому назад. И с тех пор я жил на улицах города, пытаясь отыскать путь домой.

А затем я решил помочь человеку и вот, что из этой кутерьмы вышло – еще большая кутерьма.

– Ты имеешь в виду тебе нужно выбраться из книжной лавки, которой владеет твоя хозяйка, та двуногая, которая едет сюда? – спросил сероватый кот, Уинстон, друг Олли. Весьма противоречивая персона по которой не ясно: глупый он или же нет.

Я взял в лапы мышь, которая хотела по-тихому пройти мимо нас и запихнув в рот, обернулся к Лиззи, улыбнувшись, надеясь, что она испугается и сбежит, а я смогу пойти своей дорогой, но вместо моих ожиданий, что снова с треском рухнули, она стала хвалить меня, гладить и мять мои щеки, надавливая на болевые точки:

– Какой хороший кот, охотник, поймал мышку-воровку, которая хотела стащить угощение, да? Ах, ты, маленький добытчик. – Она вытащила за торчащий хвост из моего рта мышь и отпустив ее, отвязав от своей коляски поводок, повела меня в сторону лавки с хотдогами от которой пахло вкусным ароматом сосисок, держа на коленях вместо меня книгу.

– Раз ты у нас приличный кот, то мыши на обед не самое приличное блюдо, а вот хотдоги – самый быстрый перекус, пусть и не полезный, зато весьма сытный. – сказала она, подмигнув мне.

Я так и не смог расшифровать значение этого символа.

«Как же я ненавижу эти книги. Зачем вообще только люди держат их у себя дома?» – я тронул ее лапой, пытаясь скинуть с ног и занять ее место, ибо на коленях Лиззи было удобно; ее ноги были мягкие, ехать, а ещё я устал самостоятельно идти, но эта книга не сдвинулась с места. Даже не подумала шелохнуться!

Я грозно рыкнул, а затем растаял от рук Лиззи, которая указательным пальчиком почесала меня за подбородок. Она снова применила свою магию рук (я был не против), а затем соблазнила меня сосиской в булочках хлеба, пытаясь влюбить в себя, чтобы я забыл про родину и остался жить с ней.